До последнего вздоха - Лариса Павловна Соболева

уехал, а раз уехал, то вернется. Случалось, он забирал из сейфа деньги или золото для покупок ценных вещей, Беликов большой любитель красоты.

Однако деньги нужны. Открывая ящики в сейфе, повеселевшая Арина Павловна обнаружила золотые запонки с бриллиантами, ну, этого хватит с головой.

В городе она продала запонки скупщику, как и думала, за очень хорошую сумму, разумеется, меньшую, чем на самом деле они стоили, но так заведено, иначе не заработает скупщик на перепродаже. Так переволновалась, что жажда замучила, она зашла в трактир, села за столик, сняла перчатки, подошел половой, велела ему принести чаю с печеньем. Едва он ушел, тут-то и заметила Арина Павловна на себе недобрые взгляды, будто она сильно навредила всей этой публике. Обвела она глазами всех — никто без внимания ее не оставил, напряжены, безмолвны, злы. От компании из трех молодых людей отделился молодчик и двинул в ее сторону, стал в трех шагах от ее стола и громко оповестил:

— А вот и ведьма из самого Элизиума пожаловала. Говорят, в Европе ведьм сжигают на кострах, нам бы узаконить такую привычку.

В зале захихикали, подзадоривали его, а кто-то поддержал, дескать, прямо в сей же час и сжечь, а то шабаши устраивают каждую ночь, порчу наводят, пора показать всей нечисти, кто сильней. Арина Павловна встала и хотела уйти, но молодой негодяй перегородил дорогу:

— Куда спешишь? Не слышала, что мы решили? Сжечь ведьму! А потом и прoклятый замок сжечь, чтоб следа от него не осталось…

А ведь азарт загорелся в очах молодчика, не только у него, это плохой признак, жажда крови лишает разума, особенно в толпе, которую легко подогреть. Надо уходить, не стоит тянуть, но пустят ли? И тут она вспомнила, как вчера поучала Домну, что ж, сейчас проверит действие совета. Пока он говорил, а его поддерживали, в сумочке Арина Павловна нащупала револьвер и, как только он шагнул ближе, наставила на него дуло, спокойно сказав:

— Еще шаг сделаешь, застрелю. Не промахнусь.

Он сделал целых два шага — назад, а она обвела взглядом всех, не так уж много было посетителей в трактире, хотелось ей в рожи эти плюнуть, но сказала так же спокойно, уверенно, сильно:

— Чего скалитесь? Что это с вами? Чего так расхрабрились?

— Хозяин твой где? — выкрикнула гнусная рожа из дальнего угла.

Арина Павловна приподняла подбородок, отчего приобрела надменный вид, и ответила гордо:

— За границей наш Беликов Сергей Дмитрич, хозяин не только мой, но и ваш. Половина тут работала на него, деньги из его рук брала и кланялась до земли. Поехал наш покупать красивые вещи на акуционе, чтобы украсить свой дом. Но вам, никчемным и злобным, не понять запросы нашего барина.

— А кто ж ночами вопит надрывно, как будто из ада? — выкрикнул еще один.

— Так, может, это ты? — указала она револьвером на первого «удальца». — Или ты? Кто из вас устраивает представления? Кто из вас пугает народ, тем самым укрепляя дурную славу Элизиуму? Кто против Беликова интриги плетет, не вы ли? Молчите? Но мы выясним. И тогда узнаете, что такое ад.

Она прошла к выходу, никто не посмел ее остановить, еще бы, против оружия не рискнут восстать, к тому же слава об экономке, что она решительная и строгая, то есть способная дать отпор. У выхода остановилась и повернулась лицом к залу, чтобы сказать последнее слово:

— И только попытайтесь сжечь Элизиум, не вы его строили, не вам и рушить. А коль решитесь, приедет Сергей Дмитрич и сожжет весь ваш город. Дотла. Вместе с вами. И ничего ему за это не будет, потому что всех вас можно купить у губернского пристава по цене мешка дешевой крупы. Ваши жизни гроша ломаного не стоят, а денег у Беликова достаточно.

Теперь все высказала и ушла. Сев в коляску, она выдохнула страх перед ничтожествами из трактира и положила револьвер в сумочку, мысленно послав благодарности Небесам, что надоумили носить оружие.

Ранее в кабинете хозяина Арина Павловна взяла револьвер на тот роковой случай, если придется встретиться с неизвестностью и защищать себя. Долго она тешилась тем, что выдумку с воплями устроили некие люди без царя в голове, дабы напугать обитателей поместья, надо сказать, им удался трюк, народ смело с насиженных мест. А вдруг цель у шутников — поживиться в богатом Элизиуме? Они же способны и убить всех, кто еще остался в замке. Тогда и решилась пистолет барина носить с собой повсюду. Только никто не станет изо дня в день заниматься ночами представлением ради куража над перепуганной дворней, тут что-то другое. Что-то другое… но что?

После трактира она устала, прилегла в своей комнате, которую делила с Домной после того, как начались звуковые странности, и уснула крепко. Проспала до самого вечера, поспешила на кухню, Домна ждала ее, накормила ужином, потом чай пили, так и засиделись допоздна.

— Что ж это я! — Арина Павловна встала с места. — Дом надо обойти.

— Да чего его обходить-то? — махнула рукой Домна. — Некому тут беспорядок оставлять. Сколь нас осталось? Ты, да я, да пятеро слуг, да Шурка-зараза.

— И все же обойду дом, а то не по себе как-то.

— Не по себе по известной причине, — проворчала добрая женщина. — Ну, иди, раз неймется.

Обошла дом Арина Павловна по известному маршруту, в башню не стала подниматься, да и никогда туда не поднималась. Возвращаясь, на втором этаже в длинном коридоре посмотрела в одну сторону, затем в другую… Дверь кабинета приоткрыта, в щели свет дрожит — свеча это. Неужели она оставила дверь открытой, когда деньги, вырученные за запонки, положила в сейф? Но это было днем, свечей не зажигала… Там кто-то есть!

Арина Павловна протянула руку, чтобы из сумочки достать револьвер… но сумка-то в комнате! Оставляя ее там, подумала, что в этом доме-крепости бояться некого, а оно вон как вышло. Идти или не идти, Арина Павловна раздумывала недолго, в другом конце статуя рыцаря стояла из стали, а рядом с ней мечи, шпаги сабли на стенах прилажены. Канделябр она поставила на пол, считая, что так менее заметен свет, на возвышенности рассеивание большое, а снизу меньше, да и глаза не слепит — очень поможет, если бежать придется. Бегом, но на цыпочках, Арина Павловна помчалась к рыцарю, сняла шпагу и назад прибежала, вот теперь можно и заглянуть…

Ба! Да тут воры. Экономка вошла в кабинет и сказала громко:

— А я гадаю, куда это ложка серебряная подевалась! Прислугу заставила весь дом обыскать,