До последнего вздоха - Лариса Павловна Соболева

не получала, это заработанные тобою деньги, отдавать не надо.

— Спасибо, Миша, большое спасибо. — Ася взяла деньги и улыбнулась, потом встала и забросила ремешок сумочки на плечо. — Пока, ребята, до вечера.

— Позвони, когда будешь ехать, я встречу, — сказал Михаил.

Ася кивнула и отправилась в торговый центр, там не только дорогие магазины, дешевые тоже есть, ей теперь предстояло экономить. Глядя ей вслед, Лена поделилась своими впечатлениями:

— Она очень изменилась, очень, какая-то другая. Только не могу определить, в лучшую сторону или сломалась.

— Пройдет, — садясь на мотоцикл, сказал Михаил. — Садись.

Оба надели шлемы и умчались в Элизиум.

Наши дни. Интервью

В то же время Аристарх добился аудиенции в управлении культуры местного значения, он вошел в кабинет, представился, показывая удостоверение:

— Добрый день, я обозреватель интернет-портала «Инсайдер-101» и областной газеты «Наши дни».

— Присаживайтесь, — указала рукой на стул глава местной культуры, похожая на учительницу или на директора школы. — Что вас интересует?

— Элизиум. Недавно до нас дошел слух, что дворец Беликова восстанавливают. Информация верна?

— Да, верна, — не без гордости ответила глава культуры по имени Ирина Юрьевна. — Но восстановление начали ранней весной.

— Мы уже в курсе. Можно я буду записывать? А то пересказ чреват моими личными добавками.

Она согласилась, ведь информация не секретная, даже будет полезно разбудить в области интерес к Элизиуму, заодно к району, так сказать, на будущее. Аристарх положил диктофон и продолжил:

— А скажите, кому пришла идея восстановить дворец?

— Элизиум у нас называют замком, дворец другой музей.

— Да, да, я в курсе, директор дворца Пасхиной Зуйков… э…

— Юлиан Корнеевич, — подсказала она. — Идея восстановить и сделать музеем принадлежит главе нашей администрации.

— Правда? А у меня сложилось впечатление, что Зуйков настоял.

— Он так и сказал? — удивилась Ирина Юрьевна.

— Нет. Но он с таким восторгом рассказывал о замке, пересказал легенду так живо, с таким увлечением, что я подумал… Очень важное уточнение, спасибо, я мог написать и назвать его автором идеи… вот так и рождаются инфоляпы, фейки всякие.

— Да, да, — заулыбалась она, — он фанат Элизиума. Сначала Зуйков не приветствовал восстановление Элизиума…

— Почему? — поднял брови Аристарх.

— Понимаете, долго просился в наш музей, звонил, Зуйков работал на Дальнем Востоке, а родом отсюда. Вскоре освободилось место, директриса вышла на пенсию, работать больше не захотела, уехала к дочери. Мы решили его пригласить, он приезжает, а дворец Пасхиной не в самом лучшем состоянии. И, как всегда, денег на ремонт нет, тем более для дворца, работы же не такие, как в квартире, пространства большие. Вы же видите наш город, денег взять неоткуда, потому и против был Зуйков, мол, давайте отремонтируем, что проще, потом будем монстра Элизиум восстанавливать. Он сам бегал, как гончая, в поисках денег для дворца Пасхиной, но никакие спонсоры не способны поднять даже этот музей. Что-то он находил, подправляли точечно, тут нужны федеральные деньги. Зуйков, конечно, феномен, сейчас преданных делу людей днем с огнем не сыщешь.

— Это верно, — поддержал ее Аристарх. — Расскажите о главе администрации, как пришла ему эта идея? Ведь замок Беликова огромен, туда нужно столько денег вломить… простите, вложить.

— Поскольку он местный, а местные относятся к замку трепетно, желание воссоздать естественное, этого многие хотели. Даже тогда, когда его решил продать делец в нашей власти, горожане были против. Да кому он нужен, замок наш? Нет, приезжали, смотрели и уезжали. Ну а Зуйков, когда стал директором, поддержал идею. Вот и все. А дальше вы знаете, подали заявку на конкурс и выиграли.

— Говорят, Беликов спрятал сокровища в Элизиуме.

— Угу, — вытирая салфеткой вспотевшее лицо, ухмыльнулась она. — А еще говорят про разные ужасы, привидения, ведьм, чертей, которые обитают в Элизиуме. Это же не значит, что они существуют. Вот нашелся бы автор и написал сценарий фильма ужасов, фильм был бы отпадный.

Аристарх рассмеялся, задал еще несколько вопросов о городе и поехал в Элизиум. Там была одна Лена, готовила еду.

— А Мишка где?

— Асю поехал встречать, скоро привезет ее. Как прошло интервью? Накопал что-нибудь?

— Не-а. А где Дантес? Давно его не видел, он приезжает?

— Тебя самого давно не было, — упрекнула его Лена.

— Работы сейчас полно, у нас то густо, то пусто, а то бывает, что и не продохнуть. А вот и Мишка с моей сестрой. Ну, как, Ася, виделась с Егором?

Та ничего не ответила, ушла наверх, где устроили «спальни».

— Как это понимать? — растерялся Аристарх.

— Так и понимай, — сказал Михаил, — твоей сестре закрыт доступ к телу мужа. Лена пусть расскажет об исторической словесной битве у входа в клинику.

— Элен, что там было? — подошел Аристарх к ней.

Она довольно живо, эмоционально и в лицах пересказала стычку с родственниками Егора, тот побежал утешать сестру, ворвался в мансарду и с ходу:

— Ася, не кисни…

— Все в порядке, я уже в норме.

— Ты можешь жить у меня, в конце концов, у мамы.

— Не хочу ее расстраивать, у тебя тоже не буду жить, во всяком случае, пока. Я напросилась к Тормасову помочь с отцовской библиотекой, надеемся найти два важных исторических документа, можно сказать, артефакты — письмо экономки к его деду и тетрадь первого директора музея Кушелева. Кстати! У Лены возьми флешку, Роберт Вадимович дал прочесть роман отца, написанный по этим двум записям. Тебе нужно обязательно прочесть, ты же будешь писать об Элизиуме.

— М! Хорошо, прочту обязательно. — Он обнял сестру. — Не грусти, Егор поправится, и все наладится.

Она промолчала, глядя в сторону.

1940 год. Неподдающийся код

Поняли, как добыть слова, но не поняли, что они значат. Сначала выписали все буквы со всех страниц в одну строчку, таких строчек набралось почти вся страница, разложили буквы на слова. В этих словах чего-то не хватало, а бессмыслицы более чем достаточно.

Герман листал книжку Кушелева снова и снова, пока не заметил еще одну важную особенность — заглавные буквы и прописные. Начал заново записывать в слова, по заглавным буквам сообразил, где начало строки, а где конец. Стих, как говорила Арина Павловна, получился, а смысла так и не появилось.

А время шло, родился сын, назвали его Вадимом в честь отца матери и деда Германа. Работы было много, людей не хватало, Кате пришлось между кормлением ребенка бегать в Элизиум и проводить экскурсии, да она и не возражала, ей все нравилось — и с сыном возиться, и экскурсии проводить, и мужа кормить. Все успевала. Это было самое прекрасное время, впрочем, времени как