Планетроника: популярная история электронной музыки - Ник Завриев

записал совершенно замечательную версию композиции Public Enemy. В оригинале «Black Steel in the Hour of Chaos» – это классический рэп-боевик, где Чак Ди читает текст о том, как его призывают в армию, а затем он бежит из тюрьмы. «Black Steel» в исполнении Трики – это уже скорее трип-рок. И слышать, как Мартина тоненьким голосом поет, как ее забирают в армию, – это, конечно, абсолютный сюрреализм.

Massive Attack в трип-хоп-сцене моментально становятся большой и влиятельной группой, чем-то вроде U2 или Radiohead (выберите, что вам больше нравится). Трики в этой компании стал этаким enfant terrible, ужасным ребенком, про которого никогда нельзя сказать, что он на этот раз выкинет. Чем-то вроде Пита Доэрти из группы The Libertines, если проводить аналогии с рок-музыкантами. Трио Portishead было группой-загадкой: музыки они выпускали мало, частную жизнь свою не афишировали, и вообще информации о них «наружу» просачивалось немного.

Центральным элементом музыки Portishead был голос певицы Бэт Гиббонс – не то блюзовый, не то фолковый, не очень сильный, но в то же время очень эмоциональный и пронзительно-печальный. Бэт была чем-то вроде современного воплощения Билли Холидей. Она сторонилась светской жизни, практически не давала интервью и предпочитала проводить время на ферме с коровами. Источником вдохновения для аранжировок Portishead (а в этом центральную роль играл Джофф Барроу) становились саундтреки к французским фильмам 1960-х и 1970-х. На записях у них много звучала живая гитара, но ее и другие инструменты Portishead записывали как бы на хип-хоп-манер: со скретчами, сэмплированным битом и так далее.

Всерьез о трип-хопе как о самостоятельном музыкальном жанре заговорили в 1995 году, к этому моменту у большой тройки было уже по альбому, а у Massive Attack – даже два. К тому же троицей в частности и Бристолем вообще сцена в этот момент уже не ограничивалась. Например, в Лондоне активно творил Тим Сименон, еще один питомец гнезда Нене Черри, работавший с ней над «Raw Like Sushi». Он начинал с танцевальной музыки, но уже на втором альбоме Bomb The Bass «Unknown Territory» (1991) были трип-хоповые треки, например «Winter in July». А уж на третьем, «Clear», который вышел в 1995-м, трип-хоп уже составлял критическую массу. Особенно хороша была песня «Empire» с гостевым вокалом Шинед о’Коннор. Абсолютно выдающийся трип-хоп-сингл «Original» записала группа Leftfield, вокальную партию в котором исполнила Тони Хэллидей из шугейз-группы Curve.

Параллельно с этим в Бристоле группы типа Smith Mighty или тех же Soul II Soul записывали музыку, которая по форме тоже напоминала трип-хоп, но по содержанию это был скорее именно что соул, поп, RB, а возможно, даже хип-хоп. Поп-музыканты тоже испытывали влияние трип-хопа и активно сотрудничали с трип-хоп-музыкантами. Например, Бьорк работала с Нелли Хупером – ее трек «Army of Me», если задуматься, тоже стопроцентный трип-хоп. Помимо Нелли Хупера в продюсерском мире ярко проявил себя Хоуи Бернстайн, он же Howie B. Он родом из Глазго, но много работал в том числе и в Бристоле, например много сотрудничал с Трики. У Бернстайна немало собственных пластинок (чаще всего инструментальных), но прославился он, работая над альбомами других исполнителей, в том числе той же Бьорк. А еще он подружился с U2, и в середине 1990-х даже сделал с ними «одноразовый» (точнее, одноальбомный) совместный проект Passengers. Кроме того, Howie B стал одним из популярных авторов трип-хоп-ремиксов: он ловко превращал в сумрачный трип-хоп композиции Энни Леннокс, New Order и U2.

В 1990-е мейнстримовая музыка активно подпитывается идеями у электронщиков, но обычно на проникновение модного электронного жанра в поп-музыку уходит несколько лет. Трип-хоп же прорывается в поп-пространство, едва осознав себя как самостоятельное явление. Дело здесь, видимо, в том, что трип-хоп изначально жанр песенный, а значит, его путь к поп-музыке короче. Кроме этого, середина девяностых – это как раз пик увлечения электроникой со стороны поп-звезд. Медленные сэмплированные биты и глубокий бас звучат уже не только в ремиксах, но и в оригинальных версиях поп-хитов, и первопроходцем здесь становится вездесущая Мадонна. К хип-хоповым ритмам она тяготела еще в 1990-м (что-то очень похожее на трип-хоп можно усмотреть, например, в песне «Justify My Love»), но в 1995-м она просто-напросто записывает сингл вместе с Massive Attack. «I Want You» – это еще и кавер на Марвина Гея, что как бы лишний раз подчеркивает связь трип-хопа и соула.

Ну, а самый, наверное, громкий трип-хоповый хит того времени записала – кто бы вы думали? Все та же Нене Черри. Речь про «7 Seconds», ее дуэт с сенегальским певцом Юссу Н’Дуром. Для трип-хопа эта вещь, конечно, чересчур поп – не хватает здесь какой-то гипнотической мрачности, но большинство черт этого жанра здесь, что называется, налицо. Про Юссу Н’Дура стоит добавить, что он несколько раз баллотировался в президенты Сенегала в качестве оппозиционного кандидата, но проигрывал. А жаль, президент-музыкант стране бы точно не навредил.

В общем, к середине 1990-х трип-хоп был музыкой актуальной и даже модной. И тут мы приходим к важной развилке, поскольку в это время трип-хопом стали называть не то чтобы совсем другую музыку, но заметно отличающуюся от той, о которой мы сейчас говорили. Речь об инструментальном хип-хопе, который примерно с 1990 года жил какой-то своей параллельной жизнью.

Идея, что под хип-хоповый бит совсем не обязательно читать рэп, в общем, лежала на поверхности. В Англии еще с конца 1980-х все очень увлекались сэмплерами и коллажной техникой, а в хип-хоп все это буквально напрашивалось. Одним из ранних примеров такого подхода был ремикс группы Coldcut на американских рэперов Erik B  Rakim, записанный в 1988 году. Оригинальный речитатив в нем даже остался, но ремикс был настолько удлинен, что минуты 4 в нем занимала психоделическая сэмплерная каша. В честь этого ремикс даже получил свое название – «7 Minutes of Madness», то есть «7 минут безумия». Для Coldcut эти нагромождения сэмплов стали частью фирменного звучания – технически Coldcut были близки к патриархам эмбиент-хауса The Orb, но делали свою музыку более ритмичной и мясистой, ну и ритмы предпочитали ломаные.

Коллажная техника, вообще говоря, лежала и в основе оригинального американского хип-хопа. Композиции, похожие на лоскутное одеяло (и, заметим, лишенные речитатива), записывал еще Грандмастер Флэш в самом начале 1980-х. Ну а первым британским опытом в этом направлении можно считать альбом «Duck Rock» Малколма Макларена. Но в хип-хопе тогда победил другой тренд, и о коллажных абстракциях на несколько лет забыли. Однако с приходом доступных сэмплеров эта музыка снова становится популярной среди музыкантов-одиночек, и к началу 1990-х абстрактный хип-хоп окончательно оформляется в самостоятельный жанр.

Его продвижением в первую очередь занимаются два лейбла, это Ninja Tune, основанный как раз музыкантами из Coldcut, и Mo’Wax, который открывает Джеймс Лавель, известный нам по проекту UNKLE. Дело происходит уже вовсе не в Бристоле, а в Лондоне. Эта сцена вообще