Планетроника: популярная история электронной музыки - Ник Завриев

меня особенная, поскольку при всей моей любви к примерно любой электронной музыке, к этому жанру я испытываю особенно теплые чувства. Немалую часть тех событий, о которых сейчас пойдет речь, мне довелось, что называется, наблюдать в прямом эфире, а в каких-то даже оказаться участником. Дело в том, что сам я уже 20 с лишним лет тоже пишу музыку, и чаще всего она попадает именно под определение IDM.

Сразу заметим, что к определению «интеллектуальная танцевальная музыка» не стоит относиться слишком буквально (да и слишком серьезно), но об этом чуть позже. По правде говоря, стартовая точка для этого рассказа выбрана довольно условно. Ланнер – это родина одного из главных героев жанра, да и современной электроники в целом, Ричарда Дэвида Джеймса, он же Aphex Twin. Точнее, даже и не совсем родина (строго говоря, родился Ричард в Ирландии), но место, где он провел детство и которое он считает своим домом. Что же до самого жанра, то какой бы то ни было географической родины у IDM попросту не существует. Дело в том, что IDM – это, наверное, первое музыкальное явление, родившееся в интернете. Но здесь под возникновением мы подразумеваем не запись и выпуск первых композиций, а именно коллективное осознание этой музыки как самостоятельного жанра и некой единой сцены. Если все же идентифицировать родину IDM как место появления первых треков, то IDM – музыка в первую очередь британская.

Для начала давайте разберемся, что мы, собственно, подразумеваем под этим термином, какое звучание мы с ним связываем. Очевидно, что IDM – это жанр довольно широкий, а скорее даже семейство жанров. Но как звучит некий среднестатистический IDM-трек? Главная общая черта треков этого жанра – замысловатый ритмический рисунок. Происхождения он, естественно, электронного, при этом состоит этот бит вовсе не только из привычных нам звуков драм-машин (то есть басовых барабанов, снэров, клэпов, хайхэтов и так далее). В звуковой палитре IDM непременно есть звуки странные и как будто немузыкальные – какой-то скрежет, шорох, треск и так далее. Некоторые IDM-треки состоят из ритмического саунд-дизайна целиком, но чаще в IDM есть не очень сложная, но яркая мелодия, которая этому резкому и угловатому ритму как бы противопоставляется. При этом чаще всего (хотя и не всегда) и вопреки слову «дэнс» в названии, IDM – это музыка не очень-то и танцевальная, предназначена она скорее не для клубов, а для домашнего прослушивания.

История IDM отсчитывается примерно от начала 1990-х, и чтобы лучше понять, «откуда ноги растут», давайте вспомним те процессы, которые происходили в британской музыке в то время. Году к 1991-му рейв в Англии – это уже давно массовое движение, причем его закат уже недалек, поскольку борьба полиции с рейвом проходит скорее с преимуществом копов. Звучит на рейвах преимущественно эйсид-хаус, причем в большой степени местный – проекты типа A Guy Called Gerald или 808 State, о которых мы подробно рассказываем в главе про хаус-музыку. Также постепенно набирает ход брейкбит, которому у нас тоже посвящена отдельная глава.

Примерно та же музыка звучит и в клубах (куда с нелегальных опен-эйров постепенно перетекает публика), но там еще отдельно существует чиллаутная сцена, где играет в первую очередь эмбиент и эмбиент-хаус. Техно в Британии тоже есть, но ведущих позиций не занимает. Здесь, например, знают и чтут детройтскую классику, которая во многом и повлияла на формирование британского клубного звука. В Англии даже есть собственный доморощенный жанр, чьи корни явно уходят в техно. Называется он bleep и популярен в первую очередь в таких городах, как Шеффилд и Лидс. А издает его, например, молодой шеффилдский лейбл Warp Records. Наиболее характерный пример блипа – это совсем ранние записи проектов LFO или Nightmares on Wax. А вот немецкую версию техно, индустриальную и изрядно потяжелевшую, британцы не слишком ценят. Вот из этой сложной комбинации, которая году к 1992-му сложилась на шахматной доске британской музыки, в итоге и рождается новый звук.

С одной стороны, у нас есть рейв-музыканты, которые хотят развиваться в сторону усложнения. Это уже упомянутые LFO или, скажем, группа Orbital, чья биография тоже начинается с рейв-хита «Chime». С другой стороны, есть музыканты, которые любят детройтское техно, но считают, что, оказавшись в Европе (в первую очередь в Германии), оно как бы пошло не в ту сторону и потеряло свою музыкальность, которую этому жанру срочно нужно вернуть. Это, например, дуэт B12, Кирк ДеДжорджо aka As One или трио The Black Dog, куда на тот момент кроме Кена Дауни входят еще и нынешние участники группы Plaid, Эд Хэндли и Энди Тёрнер. Эту линию поддерживают и некоторые музыканты североамериканского континента, например Кенни Ларкин или, скажем, Ричи Хоутин с его проектом Fuse. Есть и те, кто вписывается сразу в обе тенденции, например Ричард Джеймс. Его ранние синглы вроде «Digeridoo» или «Polynomial C» имеют ярко выраженный рейвовый корень. В то же время под именем Polygon Window он записывает скорее пост-детройтскую музыку. Есть в его музыке и третий вектор, совсем уже жесткий, практически индустриальный. На и без того тяжеловесный бит Ричард любит накладывать гитарный перегруз, который превращает ритм-секцию в шумное скрежещущее месиво.

Среди издателей большой интерес к новому звучанию проявляет бельгийский лейбл RS. Он делает ставку в первую очередь на техно, но всегда готов к экспериментам. Но главной площадкой для всей этой разношерстной когорты музыкантов становится шеффилдский Warp. В июле 1992-го там выходит компиляция «Artificial Intelligence» – системообразующий релиз для IDM как жанра. Там под разными псевдонимами появляются Aphex Twin, The Black Dog, B12, голландец Speedy J, Алекс Паттерсон из проекта The Orb, Ричи Хоутин, а также (сразу с двумя треками) молодой манчестерский дуэт Autechre. Они выросли на хип-хопе и электро, поэтому их ранние записи отлично попадают под определение «брейк-данс плюс эмбиент». Эту формулу в будущем не раз будут использовать для определения всего IDM, хотя это, конечно, упрощение.

Вообще, от ассоциаций с эмбиентом первому поколению айдиэмщиков никуда не деться. Для эмбиента их музыка звучит чересчур ритмично, но в 1992-м эмбиентом называют примерно все, что впрямую не предназначено для танцев. В конце концов, в композициях The Orb или Future Sound of London тоже чаще всего есть ударные, да и первый альбом Aphex Twin, который выходит на Apollo (подразделении лейбла RS), – это тоже в чистом виде эмбиент-хаус.

Сборник «Artificial Intelligence» хорошо продается, получает неплохую прессу. Боссы лейбла Warp понимают, что нащупали какой-то интересный тренд и в течение 1993 года издают целую серию альбомов под общей маркой «Artificial Intelligence», теперь это уже сольные релизы отдельных артистов, чаще всего – фигурантов первого сборника. По звучанию все восемь пластинок (а серия заканчивается в 1994-м сборником «Artificial Intelligence 2») больше всего