МИФЫ. Великолепный МИФ - Роберт Асприн

– Разумеется, я имею в виду именно вас, – подтвердил Родрик. – Дело в том, господин маг, что именно это самое я и имел в виду, когда нанимал вас на вашу нынешнюю должность.

– Вот как?

Я почувствовал, как захлопываются челюсти ловушки. Если король нанял меня именно по этой причине, с моей стороны было бы опрометчиво отказываться от его поручения. Родрик мог решить, что больше не нуждается в моих услугах, а последнее, что мне нужно после ухода Ааза, – это быть отрезанным от источника дохода. Я не знал, как выглядит рынок труда для придворных магов, но был уверен, что не хочу выяснять это на собственном опыте.

– Как ты сказал ранее, силы придворного мага находятся в полном моем распоряжении, и одной из способностей, которые ты продемонстрировал при нашей первой встрече, была способность на свое усмотрение изменять свою внешность или внешность других.

Чары маскировки! Они были в числе первых, которым меня обучил Ааз, и я чаще всего прибегал к ним во время наших недавних приключений. После того как они столько раз выручали меня из самых разных передряг, кто бы мог подумать, что именно они навлекут на меня неприятности? Впрочем, однажды меня из-за них повесили…

– Но, Ваше Величество, я не смогу заменить вас. Я не знаю, как быть королем!

– Ничего страшного, – улыбнулся Родрик. – Более того, в этом есть немалый плюс. Даже если ты не прав, никто не смеет указать тебе на это.

– Но…

– И кроме того, это только на один день. Что может пойти не так за один день?

Глава 3

Раз уж ты рыцарь – рыцарь навсегда. Но раз ты король – это уж слишком!

Сэр Бела из Восточной Марки[57]

Только не подумайте, будто я слабак. Прежде чем уступить, я долго торговался с королем. Я не только уломал его выплатить мне премию, но и, прежде чем приступить к заданию, выбил изрядный аванс. Неплохо для начинающего мага, которого поставили в безвыходное положение! Конечно, как только я согласился, я уже не был в безвыходном положении. Я был загнан в угол!

Чем больше я думал, тем меньше мне нравилась идея заменить короля. Проблема в том, что у меня не было выбора… или же был? Я поразмыслил еще немного, и передо мной мелькнул лучик надежды.

Выход был! Единственный вопрос заключался в том, как далеко я смогу убежать за день? Хоть я и не особо подкован в мирских делах (да и любых других, если уж на то пошло), сомнений нет: обманывать королей – не самое здоровое занятие.

Это будет важное решение, определенно самое ответственное из тех, что мне когда-либо приходилось принимать самостоятельно. Король (точнее, тот, кто будет исполнять его роль) появится не раньше полудня завтрашнего дня, так что у меня было немного времени, чтобы все обдумать. Мучимый такими мыслями, я решил поговорить об этом с моим последним другом, оставшимся во дворце.

– Что думаешь, Глип? Что мне делать? Уносить ноги, пока не поздно, или же остаться и попытаться поддерживать блеф в течение одного дня?

Ответ был кратким и по существу:

– Глип!

Для тех из вас, кто пропустил первые части этого сериала: Глип – мой питомец. Он живет в королевских конюшнях. А еще он двадцатифутовый синий дракон… почти что (ну наполовину) взрослой величины. (С содроганием думаю, каким он будет, когда вырастет! О ужас!!!) Что до его остроумных реплик, то вам придется его простить. Его словарный запас состоит из одного-единственного слова, но он компенсирует это частотой его использования. Красноречив он или нет, но в этот кризисный момент я обратился к моему дракоше, потому что в отсутствие Ааза он единственный в этом измерении хотя бы чуть-чуть сочувствовал моей проблеме. Что само по себе многое говорит о личной жизни мага.

– Прекрати, Глип, шутки в сторону. На сей раз у меня возникли настоящие проблемы. Если я попытаюсь заменить короля, то могу легко совершить ужасную ошибку… например, начать войну или казнить невиновного человека. С другой стороны, если я обману короля и исчезну, мы с тобой проведем остаток жизни в бегах, спасаясь от королевского возмездия.

Единорог в соседнем стойле фыркнул и сердито топнул ногой.

– Прости, Лютик. На нас троих будут охотиться как на беглых каторжников.

Боевые единороги не слишком распространены, даже в королевских конюшнях. Этот боевой единорог был моим. Я получил его в подарок вскоре после того, как приобрел Глипа. Как я уже говорил, такой образ жизни слишком уж смахивает на обязанности смотрителя зоопарка.

– В королевстве с королем-неумехой могут пострадать многие люди, – рассуждал я. – А я был бы ужасным королем. Черт, я и маг-то посредственный.

– Глип, – строго возразил мой питомец.

– Спасибо за вотум доверия, но это правда. Я не хочу никому причинять вреда, но и не горю желанием стать беглым преступником.

Устав выражать свою привязанность словами, Глип решил продемонстрировать свои чувства, лизнув мое лицо. Кстати, поцелуи моего дракона не только оставляют слизистый осадок; есть у них еще один побочный эффект. Его дыхание наполнено тошнотворным зловонием, которое затмевается лишь смрадом изврской кухни.

– Боже, старина, – выдавил я наконец, – я очень тебя люблю, но если ты будешь делать это дважды в неделю, мы можем расстаться… навсегда!

– Глип?

Это снискало мне обиженный взгляд, который я тут же стер с его физиономии, почесав моему любимцу голову. Мне подумалось, что драконы выжили лишь потому, что каждый из них за свою жизнь эмоционально привязывался только к одному существу. Если бы их дыхание достигало всей популяции, а не одной особи, их бы давным-давно уничтожили. Нет, лучше пусть страдает только один человек, чем…

Другая часть моего разума ухватила эту мысль и начала ее крутить так и этак.

– Если я убегу, то проблемы будут только у меня, но если я попытаюсь стать королем, пострадает все королевство! Вот оно что! Мне придется уйти. Это единственный достойный поступок. Спасибо, Глип!

– Глип?

Мой питомец в недоумении наклонил голову.

– Объясню позже. Ладно. Решено. Вы двое запасайтесь едой, а я сбегаю в свою комнату за кое-какими вещами. А потом – «прощай, Поссилтум!»

У меня было мгновение, чтобы задаться вопросом, что бы произошло, последуй я своему первоначальному плану: просто направиться в свою комнату, чтобы собрать вещи и уйти. События оставшейся части вечера изменили бы свое время и последовательность, и остальная часть этой истории была бы совершенно другой. А так я сделал небольшой