Победителям не светит ничего (Не оставь меня, надежда) - Леонид Словин

Он на мгновение остановился и многозначительно кашлянул:

— Но органы для пересадки можно найти и в другом месте, и тогда деньги придут снова…

— Это что — обвинительное заключение? — спросил Панадис далеким, не своим голосом. — А когда суд и приговор?

Чень снова поиграл дымом от сигареты и помахал указательным пальцем: нет — нет, он, Панадис ошибается.

— Пока — лишь игра!

Панадис кивнул. Если он не возьмет себя в руки, он пропал. После обвинительного заключения у «триад» сразу следует суд. И он уже идет.

Собрав всю силу воли, Панадис немедленно начал защиту.

— Вы правы. Но ошибиться может каждый. Какой смысл был бы мне на это идти? Налаженный конвейер, и вдруг — сбой?! Должна же быть причина…

— Я вам назову ее: конкуренты… — мгновенно оборвал его встрепенувшийся Чень.

Он слегка раскачивался на стуле, выбросив вперед ногу в модельном ботинке.

— А вы не думаете, что у вас за плечами могла действовать российская или китайская полиция? — выпустил когти Панадис.

Чень пристально посмотрел на него и усмехнулся.

— Я вам открою маленький секрет, доктор. Мой отец был сановником Мао. В культурную революцию отца арестовали. Послали в исправительный лагерь. Перевоспитывать. Он там умер. Когда культурная революция закончилась, мне сказали: «ты должен стать разведчиком! Родина требует.» Я учился в разведшколе. Потом работал и сгорел. У вас говорят «засветился». Но я много и многих знаю. Такие люди, как я, нужны. Я разговариваю по- русски, по-английски и по — японски. Меня нашли и пригласили. И теперь я контролирую этот конвейер, где сейчас важный узел вдруг вышел из строя. Можно ли его заменить? Да, конечно! Но если завтра все повторится снова?!

Перед Панадисом сидел умный, ловкий, опытный и на все готовый экземпляр человеческой породы. Хищник в элегантном костюме. Продукт эпохи, которая, как гигантская мясорубка перемолола миллионы людей. В живых после нее оставались лишь те, кто без хрящей. Или те, кто был так остер и опасен, что мясорубка просто его отталкивала, чтобы не сломать ножи.

Чень разбирался в законах выживания. Там, где другой бы подорвался, он выходил живым и невредимым.

— Вы кого-нибудь убили в жизни? — Теперь он забавлялся Панадисом, как прежде с колечками дыма.

Панадис сокрушенно развел руками.

— Слава богу, нет!

— Я вам не верю. Но это неважно. Со мной это было… — Чень словно сознался в маленьком и невинном грешке.

Он усмехнулся и внимательно посмотрел на Панадиса.

— Сказать вам, что я это люблю? Нет! Но если бы я не сделал это, тут, с вами, сидел бы другой. Не я.

Обед подходил к концу, Панадис так почти ни к чему не притронулся.

— Вы удивились, когда я сказал, что из триады невозможно выйти?

Слегка прикоснувшись к плечу Панадиса, он прошелся по нему бесстрастным взглядом.

— Что? — внутренне холодея, спросил Панадис.

— Вы меня прекрасно слышали.

— Да, — Панадис сглотнул комок в горле.

— Я объясню. Ли был хорошим учеником. Он отлично изучил вашу биографию. Все про вас узнал. И даже о ваших невинных шалостях сначала в Баку, а потом и в Костроме…

У Панадиса закоченели кончики пальцев.

— Будем откровенны, господин Чень…

— Откровенны? — глумливо переспросил его Чень. — Да, — будем откровенны!.. Я вам скажу, в чем ваша беда, доктор. Вы думаете, что вы всех умнее и всех перехитрите…

Панадис поперхнулся. Если Чень действительно допускает, что он, Панадис, мог сдать покойного Ли, остающиеся ему дни можно сосчитать по пальцам.

Выход был один: направить китайца по любому более или менее вероятному следу. А за это время, обдумав ситуацию, отыскать верное решение.

— Я работаю с известным урологом из Израиля — профессором Бреннером. Он, кстати, бывал и у вас в Пекине. Консультировал кого-то из высоких сфер…

Китаец не сводил с него взгляда.

— В последнее время его начали обхаживать хозяева одного из московских медицинских центров. Может, это как раз те конкуренты, о которых вы говорили?

— Как вы об этом узнали?

— Случайно встретил профессора Бреннера в их компании в ресторане Дома Кино…

— Сколько их там было?

— Трое. Все врачи… Правда, — это только предположение. Не больше, поспешил предупредить он. — Доказательств у меня никаких нет. Если хотите, это — не наблюдение, инстинкт…

По легкому движению плеч Ченя он понял, что пробный шар достиг цели.

— Как они находят трансплантанты?

Панадис развел руками: уж это ему неизвестно…

— Уверен, вы поможете мне их найти. — Китаец не спрашивал утверждал.

Преодолев секундное колебание, Панадис вытащил из внутреннего кармана смокинга объемистый кожаный бумажник, приоткрыл его и, поискав, протянул Ченю визитную карточку.

— Я оставляю себе, — Чень спрятал визитку в верхний карман.

Панадис кивнул, хотя его не спрашивали:

— Разумеется…

— Мы хорошо поговорили, доктор Панадис, — Чень сделал знак официанту. — Я надеюсь, вы послали меня по верному адресу. Лучше, чтобы вы оказались правы…

Чень положил на тарелку со счетом кредитки, прикрыл их маленькой вазочкой с гвоздикой и поднялся из-за стола.

«Поразительно, как он все перевернул…» — подумал Панадис. Вышло так, словно именно он сдал ему этого гавнюка с внешностью Христа — Олега Рындина…

— Алло! Медицинский центр «Милосердие-97»?

По возвращению из Янги-Юля на общем совете решили, что звонить в ведомство Рындина будет Анастасия.

— Слушаю вас, — женщина на другом конце провода была немногословна.

— Я нуждаюсь в квалифицированной консультации опытного хирурга…

— Что у вас? — голос секретаря звучал сухо.

— Речь идет о пересадке почки…

— Минуточку…

Секретарь с минуту-другую отсутствовала на линии.

— К сожалению, мы этим не занимаемся… — Она уже готова была положить трубку.

— Речь идет идет только о консультации…

Секретарь неожиданно смилостивалась:

— Могу записать вас на 20-ое…

— Но это почти месяц!

— 23 дня, — решительно прервала секретарь.

Анастасия, а с нею и Чернышев, и Алекс, теперь уже знали, что ожидает клиента «с улицы», обращающегося в Медицинский центр. Теперь пора было воспользоваться рекоменндацией.

— Извините, девушка… Я волнуюсь и поэтому не сказала главное. Я получила ваши координаты от доктора Панадиса, а сама я — пациентка профессора Бреннера…

— Вам следовало с этого начать… Подождите, пожалуйста, у телефона… Панадис и Бреннер? Я правильно записала?

— Да, да…

Анастасия прикрыла микрофон ладонью и озорно подмигнула парнерам…

Через минуту в трубке послышался густой интеллигентный баритон.

— Доктор Рындин слушает…

— Олег Алексеевич, мне дал ваш телефон доктор Панадис… — Анастасия удачно имитировала дрожащий от волнения голос.

— Мне передали… Как у вас со временем завтра? Скажем в одиннадцать пятнадцать…

— Вполне устраивает, спасибо.

— Вы знаете наши координаты?

— Да. Мы приедем вместе с братом.

— Удачи вам! — Рындин не сразу положил трубку. Спросил как бы не придавая этому большого значения. — Когда вы видели доктора Панадиса?

— Три дня назад. У них там возникли какие-то проблемы. Он посоветовал обратиться к вам…

Чернышев и Анастасия были на месте уже в 10.45.

Вели себя, как провинциалы, которые боятся заблудиться в головоломной паутине переулков Старой Москвы и потому попада ют в нужное место неприлично рано.

С полчаса месили ногами жидкую кашу из снега и грязи неподялеку, уклоняясь от мокрого мессива, летевшего веером из под колес проезжавших машин. Оглядывались на крохотное КПП рядом с высокими воротами.

За забором виднелись верхний этаж и крыша здания Медицинского центра.

Металлические ворота так и не открылись ни разу, пока Анастасия и Виктор маячили на тротуаре.

За пять минут до назначенного им срока, они уже стояли перед плотно прикрытой дверью КПП.

Чернышев нажал кнопку. В «интеркоме» раздался щелчок и суховатый мужской голос осведомился:

— Вам кого?

— Доктора Рындина. Назначено на 11.15… - Анастасия назвала свою фамилию.

— Входите.

«Интерком» заглох.

Кто-то изнутри привел в действие дистанционное управление — дверца в металлических воротах щелкнула. Анастасия и Виктор прошли внутрь.

Дверца за ними автоматически закрылась.

Впереди был трехэтежный особняк. Заново отшлифованные кирпичи, европейские современные окна с зеркальными стеклами… Крыша здания отливала медью…

Анастасия и Виктор ни о чем больше между собой не говорили. Если они действительно вышли на след медицинской банды, ее боссам ничего не стоило прослушивать разговоры своих потенциальных клиентов.