Суд и ошибка - Энтони Беркли

- Ладно, я докажу вам,- яростно выпалил мистер Тодхантер.- А если не сумею, беднягу Палмера будут судить за преступление, которого он не совершал. Я должен убедить полицию, а вы - помочь мне.

Мистер Бенсон снова покачал головой.

- Увы, здесь я вам не помощник.

- Что вы имеете в виду?

- То, что вы слышали. Я не стану помогать вам. Если вы не откажетесь от своей безумной идеи, вам придется обратиться к другому юристу.

- Ну что ж,- с достоинством отозвался мистер Тодхантер,- значит, нам с вами больше не о чем говорить,- он поднялся.

Мистер Бенсон тоже встал. У двери он помедлил.

- Мне очень жаль, Тодхантер...

- Надеюсь, еще сильнее вы пожалеете, когда повесят невиновного,- жестко заявил мистер Тодхантер.

* 2 *

Мистер Тодхантер сидел в одиночестве в библиотеке. Две пожилые кузины уже улеглись спать, качая завитыми головами и твердя, что вояж не принес дорогому Лоуренсу никакой пользы - слишком уж он задумчив и встревожен. Мистер Тодхантер наконец-то остался один. Его голова напоминала древнее, покрывшееся пятнами страусиное яйцо; вытянув шею, он принялся обдумывать свое положение.

Его и вправду не покидала тревога. Конечно он знал, в чем причина: из детективных романов он вычитал, что после любого громкого преступления полицейским начинают досаждать неуравновешенные личности, пытающиеся сделать чистосердечное признание. Его просто приняли за одного из таких безумцев, сознавать это было слишком унизительно. Но с точки зрения Палмера происходящее было трагедией: он невиновен, его не в чем обвинить. И все-таки... полиция должна была найти хоть какие-то улики, чтобы арестовать его. Что бы это могло быть?

Мысли мистера Тодхантера перешли от фантастического обвинения против молодого Палмера к собственному делу и к крайне неудачному признанию в убийстве. Может, он сделал ошибку, назвав мотивом преступления ревность? Но что еще ему оставалось? Может, не стоило так старательно умалчивать о Фарроуэе, тем более что его причастность к делу наверняка известна полиции. Но назвать истинный мотив было немыслимо. Прочитав всю доступную ему литературу по криминологии, мистер Тодхантер знал, что полицейские начисто лишены воображения. Поэтому он давным-давно решил, что говорить им правду о своих мотивах бесполезно. Его все равно не поймут. Никто не поверит, что кто-то способен совершить абсолютно бескорыстное убийство ради почти незнакомого человека и его семьи. Никуда отсюда не деться: как ни крути, объяснение звучит фантастически. Но если разобраться, ничего странного в нем нет. А ревность... Мистер Тодхантер был вынужден признать, что скверно сыграл свою роль. Он вовсе не походил на пылкого и ревнивого любовника, он даже не знал, какие чувства испытывают ревнивцы. Ревность казалась ему абсурдом. Да, выбор сделан неудачно. Но теперь уже ничего не изменишь.

Внезапно мистер Тодхантер ощутил спазм тревоги. А если аневризма лопнет прежде, чем он успеет убедить полицию в невиновности Палмера? Если Палмера все-таки признают виновным... и, самое страшное, повесят - за преступление, которого он и не думал совершать! Гипотеза выглядела ужасающе. Мистер Тодхантер решил любой ценой дожить до момента установления истины. А для этого требовалось перестать беспокоиться. Но как, черт возьми?

Вдохновение посетило его неожиданно. Поделиться бедой - значит, разделить ее. Поскольку Бенсон отказался помочь ему, ему понадобится доверенное лицо и помощник. Кто? Мистер Тодхантер вдруг нашел единственную подходящую кандидатуру. Ферз! Завтра же он увидится с Ферзом и все ему расскажет. Ферз пользуется влиянием, он положит конец нелепым слухам. Утешившись, мистер Тодхантер неторопливо поднялся по лестнице, отдыхая на каждой ступеньке ради спасения жизни молодого Палмера.

* 3 *

- Так вы говорите, это вы застрелили ее?

- Я,- торжественно заверил мистер Тодхантер.

Ферз поскреб подбородок.

- Вот дьявол! Признаться, мне и в голову не приходило, что вы настроены серьезно.

- И неудивительно: слишком уж бессмысленно все это звучало. В сущности,- признался мистер Тодхантер,- в то время я и сам не был уверен, что решусь на такое. Беда в том, что постепенно я свыкся с самой мыслью об убийстве. Поэтому, когда подвернулся достойный случай, я был уже почти готов действовать.

- Любопытно...- кивнул Ферз.- Несомненно, подготовка к убийству - это уже полдела. Наверное, именно поэтому почти все останавливаются на полпути у нас нет желания осуществлять свои намерения. Но что касается вашего случая, я не знаю, что можно предпринять.

- Необходимо предпринять хоть что-нибудь,- настойчиво произнес мистер Тодхантер.- Мой безмозглый поверенный...

Они сидели в кабинете Ферза у ворот королевы Анны. Когда Ферз явился на службу к десяти часам, мистер Тодхантер уже ждал его в приемной.

- Прошу прощения, что отрываю вас от работы,- спохватившись, извинился мистер Тодхантер.- Но как видите, дело не терпит отлагательств.

- Вижу. Дело дьявольски спешное. Но чего вы хотите от меня?

- Я рассчитывал, что вам удастся убедить полицейских...

Ферз задумался.

- Это не так-то просто. Полицейских убедят только улики, а их-то у вас и нет. Я поговорю с Макгрегором. Он один из помощников комиссара и член моего клуба. Пожалуй, он нам поможет. А если нет... будь у нас тот браслет, было бы гораздо проще.

- Я просто не представляю, куда он мог деваться,- грустно признался мистер Тодхантер.- Я готов дать голову на отсечение, что положил его в ящик комода вместе с револьвером.

- В таком случае направьте всю энергию на поиски. Было бы неплохо попытаться найти подтверждения вашему рассказу о том, что вы делали тем вечером. Ясно, что полиция не поверила ни единому слову. Но если вы сумеете доказать, что в тот вечер побывали в саду у мисс Норвуд, шансов у вас прибавится. Послушайте, почему бы вам не позвонить Читтервику?

- Читтервику?- недоуменно повторил мистер Тодхантер.

- Да, это как раз по его части - убийства, улики...

- Убийства?... А, вы имеете в виду поиски виновника. Да, конечно. Кажется, это мне что-то напоминает... Господи, да я же сам советовался с ним по этому вопросу! Память стала слишком часто подводить меня.

- Так вот, позвоните Читтервику и спросите, возьмется ли он за это дело, а я поговорю с Макгрегором. Пока не знаю, что еще мы можем предпринять, но уверен, что-нибудь да выйдет - при условии, что вы в здравом рассудке. Вы действительно убили эту женщину?

- Насчет этого можете быть абсолютно уверены,- мистер Тодхантер передернулся, вспомнив неподвижное тело и алое пятно на белом атласе.

- Да, поверить в вашу историю мне легче, нежели полиции и вашему поверенному, поскольку я знаю больше,- со свойственной ему откровенностью заявил Ферз.- В крайнем случае я могу подтвердить, что три месяца назад вы обдумывали убийство. В некоторой степени то же самое может сказать и Читтервик.

- Надеюсь, вы не думаете, что этот крайний случай наступит?встревожился мистер Тодхантер.

- Вы имеете в виду казнь этого Палмера? Нет, не думаю,- жизнерадостно ответил Ферз.- Пока не думаю. На мой взгляд, ваша история будет для него достаточным оправданием.

- Что вы мне посоветуете - сначала снестись с поверенными Палмера или поговорить с Читтервиком?- смиренно осведомился мистер Тодхантер.

- Позвоните Читтервику и возьмите его с собой - в таком случае к вам отнесутся более серьезно. Конечно, придется предупредить поверенных, что вам нечем подкрепить свои слова, но вы сделаете все возможное, чтобы найти доказательства. Выразите готовность выступить свидетелем на суде, попросите у них содействия и пообещайте оказывать помощь. Пусть обращаются к вам, даже если сочтут вас безумцем. Хотя, конечно,- задумчиво добавил Ферз,- от такого свидетеля могут и отказаться. Видите ли, ваша история настолько невероятна, что может принести вреда больше, чем пользы. Но все зависит от того, насколько прочным они считают положение подзащитного.

- Да, понимаю... большое вам спасибо,- мистер Тодхантер удалился.

Совету Ферза он последовал не сразу. Сначала он на такси отправился на Мейда-Вейл, на встречу, которую назначил перед тем, как покинул Ричмонд. С миссис Фарроуэй.

После смерти мисс Норвуд прошло три месяца, и, как и следовало ожидать, миссис Фарроуэй не теряла времени даром. Подождав неделю-другую, когда муж оправится от удара, она решительно воссоединилась с ним, уладила его дела, увезла его на север, а сама вернулась в Лондон, едва узнав об аресте зятя. Фарроуэй, еще не оправившийся от нервного срыва, остался дома. Он занемог почти сразу после возвращения на север, и по мнению мистера Тодхантера, узнавшего об этом по телефону, получил по заслугам. Во всяком случае, Фарроуэй никому не мешал и не мог быть свидетелем в суде и, следовательно, неизбежно выставить себя подлецом и законченным болваном. Миссис Фарроуэй приняла гостя одна, хотя вскоре выяснилось, что Фелисити еще лежит в постели в соседней спальне. От девушки, вместе с которой она снимала квартиру, наконец-то удалось избавиться, поэтому вторая спальня оказалась в полном распоряжении миссис Фарроуэй.