Сталин. Том 2. В предчувствии Гитлера, 1929–1941 - Стивен Коткин

причин, чтобы не спровоцировать волну предательств среди агентов за границей, в апреле 1938 года Сталин отбросил осторожность и позволил объявить Слуцкого «врагом народа»[3208]. Это была игра с огнем.

Сталин не занимал никаких должностей в правительстве, не присутствовал на дипломатических церемониях и очень редко встречался с иностранцами[3209]. По большей части он был недоступен и для представителей советской элиты. Он по-прежнему жил на Ближней даче, где помогал садовникам сажать яблони, вишни, липы, березы, сосны и клены, а также разводить виноград, жасмин, калину, шиповник, петунии, ландыши, сирень, желтофиоли и фиалки. Однако здание дачи, поспешно сооруженное из сборных элементов, не простояло в первоначальном виде и четырех лет. Весной 1938 года вместо него был возведен кирпичный дом с оштукатуренными стенами, выкрашенными в тот же темно-зеленый цвет — судя по всему, любимый цвет Сталина, — хотя такая окраска могла играть и роль камуфляжа, чтобы дом был мало заметен среди леса. (К тому времени в зеленый цвет часто стали красить дачи в Подмосковье и на Юге.) Новое главное здание дачи было выстроено по тому же плану: это был одноэтажный дом с семью комнатами и солярием на крыше. С главным зданием длинным коридором соединялось новое, большое служебное здание, где находилась кухня и размещалась обслуга. Также на территории дачи построили новую столовую для охраны и обслуги, офис начальника охраны, помещения для медицинского персонала и кинозал. Сталин работал и принимал пищу — либо в одиночестве, либо в обществе нескольких человек, — в такой же, как прежде, небольшой столовой на 8–10 человек площадью около 75 кв. м, с высокими окнами, дававшими много света, и камином в углу.

На его любимом месте, на дальней левой стороне стола, размещалась специальная глубокая мраморная пепельница, в которую он мог класть трубку; здесь же было разложено множество цветных карандашей и блокнотов. У Сталина был электрический чайник, с которым он управлялся сам. На круглом столике, расположенном между двумя из четырех окон, стояло несколько черных телефонов (марки Siemens) и была устроена кнопка для вызова обслуги. Телефон высокочастотной связи цвета слоновой кости позволял делать междугородные звонки, не опасаясь подслушивания, особенно в случаях разговоров на военные и политические темы. Звонки на дачу принимал дежурный, который по внутренней связи оповещал Сталина о том, что его вызывают. Если деспот желал ответить на звонок, он поднимал трубку, нажимал рычаг и говорил: «Сталин». У Сталина в том числе имелся обычный городской телефон, который он, возможно, установил для того, чтобы ему могли звонить в обход обслуги (люди, звонившие из телефонов-автоматов, иногда случайно попадали на дачу, и в конце концов от городской линии избавились)[3210]. В маленькой столовой, как и в прочих комнатах, стоял диван, на котором Сталин читал, а также небольшой письменный стол. Дверь из этой комнаты вела на застекленную веранду с северной стороны от дома, где тоже стоял письменный (он же обеденный) стол. В общем, здесь не было ни роскоши, ни помпезности.

Бенито Муссолини в 1938 году, как правило, каждый день во второй половине дня проводил час-другой у своей любовницы Кларетты Петаччи, которую он называл «маленькой Валевской», имея в виду любовницу Наполеона; она жила в частной квартире на первом этаже Палаццо Венеция. Там после секса дуче дремал, слушал музыку по радио, съедал несколько фруктов, предавался воспоминаниям о безумствах молодости, жаловался на вившихся вокруг него женщин (включая его жену), а затем его Валевская одевала его. До и после этих ежедневных свиданий — незадолго до этого Муссолини заявил своему зятю, что «гений скрывается в гениталиях» — дуче десяток раз звонил Кларетте, чтобы поведать ей о своих трудах и своей язве. Кларетта записывала его «мысли» в своем дневнике: евреи — «свиньи… люди, которым суждено быть стертыми с лица земли»; англичане — «омерзительный народ… они способны думать только своей задницей»; испанцы — «сонные лентяи… восемь веков мусульманского господства, вот в чем дело». Также она записывала, как они занимаются любовью, и восторги Муссолини по поводу ее «восхитительного маленького тела». Муссолини был не просто главой правительства — он возглавлял пять отдельных министерств, однако Италия располагала только очень маленькими танками, флотом, который не мог выйти со стоянок из-за отсутствия воздушного прикрытия, и всего десятью армейскими дивизиями. В августе 1938 года он был потрясен, обнаружив, что министр финансов знает о сильной нехватке артиллерии, в то время как ему, военному министру, не было об этом известно. Впрочем, в тех случаях, когда проявлялись недоступность, невнимательность и некомпетентность Муссолини, он никогда не признавал своей вины. В конце концов, что такое техника в сравнении с духом, характером, волей?[3211]

Сталин существовал в совсем ином мире по сравнению с миром бравого итальянца. В его жизни почти не осталось женщин. (При этом женщины почти не были представлены и в руководстве страны.) Он так и не завел себе гарема, несмотря на то что это было совсем несложно[3212]. В народе, конечно же, ходили слухи о его романах: с женой покойного члена Политбюро, имя которой начиналось на «З» (то есть с Зинаидой Орджоникидзе); с сестрой Кагановича, Розой, которой не существовало в природе; с балериной Большого театра или певицей[3213]. Если у Сталина была любовница, ею могла быть грузинская летчица Рузадан Пачкория, красавица лет на двадцать младше него, которую он встретил на выставке на Тушинском аэродроме. Она жила в Тбилиси, а когда приезжала в Москву, останавливалась в спортивном общежитии (потом ей выдали большую квартиру на ул. Горького). По словам одного из уцелевших охранников Сталина (который является единственным источником сведений по данной теме), тот, возможно, время от времени встречался с Пачкория на частных квартирах под предлогом получения консультаций по вопросам «авиации»[3214]. Но даже если Сталин изредка и предавался плотским удовольствиям, он был женат на Советской власти. Уже дважды овдовев, он опирался не на женщин, а на военную технику и кадры.

Каролина Тиль, этническая немка из Риги, долго служившая в семье Сталина экономкой и первой нашедшая мертвую Надю, в 1938 году вышла на пенсию. Осенью того же года Василий (которому исполнилось 17) покинул родной дом и поступил в Качинское высшее военное авиационное училище, находившееся в Крыму поблизости от Севастополя. Артем, неформально усыновленный Сталиным, учился на артиллериста; Яков Джугашвили был зачислен в Артиллерийскую академию. 12-летняя Светлана по-прежнему ходила в экспериментальную школу-коммуну им. Лепешинского в Москве, на Остоженке; она жила в кремлевской квартире. Сталин обожал свою одинокую