Кроткие гиганты Ганимеда - Джеймс Патрик Хоган

В лабораториях проводятся еще несколько экспериментов, которые, я думаю, могут вас заинтересовать".

Группа начала отступать к двери. За их спинами Хант и Данчеккер обменялись озадаченными взглядами.

«Могу ли я спросить, что все это значило?» — спросил профессор.

«Обыщите меня», — ответил Хант. «Пошли, а то отстанем».

За много сотен миллионов миль от Питхеда новость о встрече с разумной инопланетной расой разнеслась по изумленному миру. Пока записи первого личного контакта на борту « Шапьерона» и прибытия инопланетян на главную базу Ганимеда воспроизводились на экранах всего мира, волна удивления и волнения прокатилась по планете, превзойдя даже ту, что приветствовала открытия Чарли и первого космического корабля Ганимеда. Некоторые из реакций были достойны восхищения, некоторые прискорбны, некоторые просто комичны, но все они были предсказуемы.

На высоком официальном уровне Фредерик Джеймс МакКласки, старший делегат Соединенных Штатов на чрезвычайной сессии, созванной Организацией Объединенных Наций, откинулся на спинку кресла и оглядел заполненный круглый зал, в то время как Чарльз Уинтерс, представитель Великобритании от США в Европе, произнес последние слова своего сорокапятиминутного выступления:

«Подводя итог, мы считаем, что место, где должна быть осуществлена первая высадка, должно быть, очевидно, выбрано в пределах границ Британских островов. Английский язык в настоящее время установлен как стандартное средство общения для социального, делового, научного и политического диалога между всеми расами, народами и странами Земли. Он стал символом исчезновения барьеров, которые когда-то разделяли нас, и установления нового порядка гармонии, доверия и взаимного сотрудничества на всей поверхности земного шара. И поэтому особенно уместно, что английский язык должен был стать средством, с помощью которого были обменены первые слова между нашими инопланетными друзьями. Могу ли я также напомнить вам, что в настоящее время речь Британских островов является единственным человеческим языком, который был усвоен ганимейской машиной. Что же, джентльмены, может быть более уместным, чем то, что первый ганимеец, ступивший на нашу планету, должен сделать это на земле, где зародился этот язык?»

Уинтерс завершил выступление последним умоляющим взглядом на аудиторию и сел среди смешанного бормотания приглушенных голосов и шелеста бумаг. МакКласки сделал несколько заметок в своем блокноте и бросил взгляд на коллекцию, которую он уже собрал.

В редком проявлении согласия правительства Земли выпустили совместное заявление, в котором говорилось, что бездомные странники из прошлого могут поселиться там, если пожелают. Текущая встреча была созвана после того, как было сделано публичное заявление, и переросла в жаркую перепалку в зале о том, какая страна должна насладиться престижем первой принять инопланетян.

Первоначально МакКласки, следуя своему краткому изложению от Президентского консультативного комитета и Госдепартамента в Вашингтоне, сделал первое заявление, обратив внимание на преимущественно американский оттенок операций ЮНСА, проводимых вокруг Юпитера. Американцы нашли их, сказал он фактически, и поэтому американцы имеют право их сохранить. Советы потратили два часа, чтобы заявить, что поскольку их страна занимает большую часть поверхности суши Земли, чем любая другая, она представляет большую часть планеты, и это то, что имеет значение. Китай возразил, указав, что он представляет больше людей, чем любая другая страна, и поэтому, сделав целесообразную апелляцию к демократическим принципам, Китай предложил более осмысленную интерпретацию «большинства». Израиль придерживался мнения, что у него больше общего с бездомными группами меньшинств, и что соображения такого рода будут более точно отражать истинную природу ситуации. Ирак подал заявление на том основании, что он является местом расположения старейшего известного государства, и одна из африканских республик на том основании, что она является самой молодой.

К тому времени МакКласки уже устал от всего этого. Раздраженный, он бросил ручку на блокнот и ткнул пальцем в кнопку, заставив загореться индикатор запроса. Через несколько минут индикатор на его панели сообщил ему, что председатель подтвердил запрос. МакКласки наклонился к микрофону. «Ганимейцы пока даже не сказали, что хотят прилететь на Землю, не говоря уже о том, чтобы поселиться здесь. Разве не было бы хорошей идеей сначала спросить их об этом, прежде чем мы потратим на все это больше времени?»

Замечание вызвало дальнейшие дебаты, в ходе которых оказалось невозможным устоять перед возможностью дипломатической прокрастинации. В конце концов, вопрос был должным образом отложен в ожидании дополнительной информации.

Однако делегаты пришли к согласию по одному небольшому пункту.

Они были обеспокоены тем, что космические экипажи, офицеры, ученые и другой персонал ЮНСА на Ганимеде не были обучены тонкому искусству дипломатии, и считали риски, подразумеваемые в их принудительном статусе представителей и послов всей Земли, тревожными. Соответственно, они разработали набор руководящих принципов, внушающих всему персоналу ЮНСА серьезность и важность их обязанностей, и, среди прочего, настоятельно рекомендовали им «... воздерживаться от любых необдуманных или импульсивных заявлений или действий, которые могли бы быть предположительно истолкованы как провокационные незнакомыми существами с неопределенным характером и намерениями...».

Когда сообщение было передано и добросовестно прочитано экипажам и ученым ЮНСА на Ганимеде, оно вызвало некоторое веселье. Такова была неуверенность землян #146;в "диспозициях и намерениях...", что они прочитали сообщение и ганименцам.

«Гиганты» посчитали это забавным.

Глава одиннадцатая

По сравнению с Мэйном, Питхед был маленьким и спартанским, предлагая лишь ограниченные возможности размещения и ограниченные удобства. В те дни, когда эксперты Ганима проводили там более интенсивное обследование корабля, две расы обнаружили, что они общаются более свободно, чем раньше, и лучше узнают друг друга. Хант максимально использовал эту возможность, чтобы понаблюдать за инопланетянами вблизи и глубже понять их привычки и темпераменты.

Единственной самой поразительной вещью, которая отличала их от землян, было, как он уже знал, их полное невежество в отношении самой концепции войны или преднамеренного насилия в любой форме. В Питхеде он постепенно пришел к выводу, что это общий фактор, который он заметил у всех них #151; что, как он понял, представляло собой фундаментальное различие в их ментальном складе. Ни разу он не обнаружил и намека на агрессивность у ганимцев. Они никогда, казалось, ни о чем не спорили, не проявляли признаков нетерпения или не демонстрировали никаких признаков обладания темпераментом, который можно было бы вывести из себя. Это само по себе не слишком его удивило; он вряд ли ожидал меньшего от чрезвычайно продвинутого и цивилизованного народа. Но то, что действительно его поразило, было полное отсутствие эмоциональных черт того рода, которые могли бы предоставить альтернативные выходы для таких инстинктов в социально приемлемой манере. Они не проявляли никакого чувства соперничества между собой, никакого чувства соперничества, даже в безобидных, тонких, дружелюбных способах, которые люди принимают как часть жизни и часто находят приятными.

Понятие потери лица