Опасное наваждение - Натали Питерс

На улице уже собралась небольшая толпа. Кто-то закричал: «Вон она».

Я гордо подняла голову и окинула взглядом улицу. Почти напротив нас, на другой стороне улицы, уже стояла коляска. Кучер подъехал поближе и быстро открыл дверцу.

– Шлюха! Шпионка! – завизжали в толпе женщины. Я даже не повернула головы и прошла между ними, словно через стадо овец. Они невольно расступались, давая мне дорогу. Сзади семенила испуганная Анна, стараясь не отставать. Гвардейцы помогли прикрепить к задку кареты багаж, и мы с Анной быстро забрались внутрь. Кучер занял свое место на козлах, взмахнул хлыстом, и коляска двинулась. В окошко вдруг швырнули что-то красное – помидор.

– Крестьяне, – фыркнула я. – Какое безобразие, Анна, бежать из собственного дома куда-то в безвестность… ну, впрочем, что случилось, то случилось. Давай наслаждаться поездкой.

Коляска доставила нас в Аугсбург – местечко в пятидесяти милях к западу от Мюнхена. Там кучер отвязал наш багаж и передал мне два билета первого класса на поезд Мюнхен – Штутгарт. Только мы с Анной успели устроиться в своем купе, как раздался свисток паровоза, и поезд тронулся с места.

– Наш таинственный мсье С. показал себя умелым конспиратором, – заметила я Анне, которая радостно кивнула. Бедная Анна не любила опасных приключений.

В этот момент в купе, не постучавшись, вошел мужчина. Быстро опустив шторы на окнах и на двери в коридор, он скомандовал:

– Раздевайтесь. У нас очень мало времени.

Я изумленно уставилась на вошедшего. Мне понадобилось лишь несколько секунд, чтобы узнать его – это был тот незнакомец, которого я запомнила по концерту, посетитель Людвига, человек, который смотрел на нас с Листом из толпы.

– Вы слишком любите командовать, мсье С., – заметила я спокойно. – А я предпочитаю быть хоть немного знакомой с мужчиной, прежде чем…

– Мы сможем обменяться колкостями попозже, баронесса, – резко сказал он, доставая из саквояжа черную накидку и шляпу с длинной черной вуалью. – Пожалуйста, наденьте это…

– Черное! – в ужасе воскликнула я. – Только не это. Я никогда не ношу черного. Или белого. Это знак беды.

– Вы узнаете, что такое настоящая беда, если не сделаете то, что я сказал. – По голосу было слышно, что он не шутит. – У вас всего пять минут до того, как они ворвутся сюда.

Я прислушалась. Из коридора действительно доносился какой-то шум. Слышался звук открываемых и закрываемых дверей. Громкие голоса отдавали приказы.

– Обыск! – гневно воскликнула я. – Они не посмеют!

– Посмеют, – уверенно сказал незнакомец. – Если вы хотите сегодня выехать из Баварии, делайте то, что я скажу.

Анна помогла мне быстро снять мой розовый наряд и надеть черное платье, а наш спутник убрал снятые вещи к себе в саквояж. В ту минуту, что я стояла полураздетая, его глаза заинтересованно скользнули по моей фигуре. Мое белье было ярко-синего цвета. Я усмехнулась.

– Видите? Я вас не обманула – никогда не ношу белого. Как только я закончила переодеваться, незнакомец сунул саквояж в руки Анне.

– Отнеси его в купе номер три и жди там. Поняла? Анна вопросительно посмотрела на меня, и я кивнула ей.

Когда она покинула купе, незнакомец сел рядом со мной и взял меня за руку. Свободной рукой он притянул меня к себе так, что моя голова оказалась прижатой к его плечу. В этот момент в купе ворвались два человека в военной форме, за которыми следовал насмерть перепуганный проводник.

– Документы!

– Прошу прощения? – Несколько минут назад мой попутчик разговаривал со мной на безупречном немецком, сейчас же он сильно коверкал слова. – Почему вы ворвались сюда?

– В поезде находится шпион и предатель, – сообщил прерывающимся голосом проводник. – У этих людей приказ на обыск.

– Именем короля Баварии Максимилиана! – рявкнул один из солдат. – Предъявите документы.

– Разумеется. – Мсье С. пожал плечами. Он полез в нагрудный карман и достал оттуда пачку бумаг. – Мы с женой британские подданные, возвращаемся из Вены. Мы возили туда нашего сына, чтобы показать его известному врачу. К сожалению, было поздно. Мы… мы потеряли сына.

Я вскрикнула и тихо заплакала. Мсье С. быстро обнял меня за плечи. Солдаты неловко переминались с ноги на ногу.

– Ну-ну, моя дорогая, – успокаивающе проговорил мой попутчик на английском языке. – Я понимаю, как тебе трудно. Но мы должны были сказать об этом.

Старший офицер вернул бумаги и произнес также по-английски:

– Сожалеем о вашей потере, герр Мартин и фрау Мартин. Надеюсь, вы понимаете, что подобный осмотр был необходим, иначе мы бы не стали его проводить. Счастливо оставаться.

Они вышли, а мой «муж» опустил мою руку и облегченно вздохнул.

– Поздравляю вас, – сказал он, все еще по-английски. – Ваше представление было крайне убедительным, баронесса.

Я рывком подняла вуаль и гневно взглянула на него.

– Очень легко быть убедительной, когда тебе в едва зажившую рану вонзили нож и повернули его! Вы очень умны, мсье С. Использовать столь болезненные воспоминания, чтобы заставить меня сыграть более правдоподобно!

Он опешил.

– Прошу прощения, баронесса. Но я и не представлял себе, что… вы действительно потеряли сына?

– Да. В Вене. Полтора года назад. Вы не знали?

– Нет. Это было несчастливое совпадение, ничего более. Пожалуйста, простите меня. – В его словах чувствовалось искреннее сочувствие и раскаяние.

– Я прощаю вас. Пожалуй, мне не стоило так набрасываться на вас. В конце концов, вы мой спаситель. Значит, произошла революция? Как это все глупо, все эти революции. Бескровно и шумно – как раз то, что так нравится простонародью. Надеюсь, король в добром здравии? Он успел убежать?

– Насколько я знаю, он на пути в Англию, баронесса. Я снова села рядом с мсье С.

– Очень хорошо. У этих овец теперь новый король и его новый фаворит.

– Барон фон Цандер?

– Да, барон фон Цандер. Это он ищет меня. Шпионка и предательница! Это были его люди из личной гвардии. Я заметила на их форме герб барона.

– Да, – мужчина нахмурился, – он жаждет схватить вас. Я и не думал, что придется использовать весь этот маскарад.

В коридоре опять раздались чьи-то шаги. Я быстро опустила вуаль и села рядом с мсье С., снова положив голову ему на плечо. Интересно, чувствует ли он запах моих духов?

Шаги в коридоре стихли, и мы немного успокоились. Он встал и потянулся, а я снова откинула вуаль. Сев напротив меня, мсье С. принялся серьезно меня разглядывать. Я сделала то же.

Он был высоким, стройным и красивым. Темно-русые прямые волосы он носил зачесанными на одну сторону, но они часто спадали на глаза, придавая ему мальчишеский вид. Брови были темными, щеки и подбородок чисто выбритыми. Людвиг бы сказал, что нос у него чуть великоват для того, чтобы называться красивым, но сильный подбородок и большие глаза сглаживали этот недостаток. У незнакомца были длинные, тонкие и сильные пальцы, и, когда я смотрела на него, я вдруг испытала нечто, что не чувствовала уже долгое время: желание, словно маленький бесенок, пробудилось от сна. Слабый румянец окрасил мои щеки.