Мои воспоминания о Восточной Африке - Отто Леттов-Форбек

Леттов-Форбек Отто

Мои воспоминания о Восточной Африке

фон Леттов-Форбек Отто

Мои воспоминания о Восточной Африке

Содержание

Книга I. События до вступления в войну южноафриканских войск

Глава первая. Перед войной (Январь-июль 1914 года)

Глава вторая. Начало войны (Август 1914 года)

Глава третья. Первые бои (Август-сентябрь 1914 года)

Глава четвертая. Ноябрьские бои у Танги (Октябрь-ноябрь 1914 года)

Глава пятая. В ожидании дальнейших событий (Ноябрь-декабрь 1914 года)

Глава шестая. Опять тяжелые бои на северо-востоке (Декабрь 1914-январь 1915 года)

Глава седьмая. Малая война и новые приготовления (Февраль-июнь 1915 года)

Глава восьмая. В ожидании большого наступления неприятеля. Энергичное использование остающегося времени(Июнь-декабрь 1915 года)

Глава девятая. Второстепенные участки военных действий. Малая война на воде и на суше (В течение 1914-1915 года)

Книга II. Наступление со всех сторон превосходных сил противника (От появления южно-африканских войск до потери колонии)

Глава первая. Наступление неприятеля у горы Ольдоробо (Февраль 1916 года)

Глава вторая. Наступление неприятеля и бой у Реаты (Март 1916 года)

Глава третья. Отступление под натиском превосходных сил противника (Март-апрель 1916 года)

Глава четвертая. Наступление неприятеля в районе Северной железной дороги (Апрель-июнь 1916 года)

Глава пятая. Между Северной и Центральной железными дорогами (Июнь-август 1916 года)

Глава шестая. Продолжительные бои в районе Руфиджи (Август-сентябрь 1916 года)

Глава седьмая. Нападение противника на юго-восточную часть колонии (Сентябрь 1916-январь 1917 года)

Глава восьмая. Заботы и затруднения во время пребывания в области Руфиджи (Январь-март 1917 года)

Глава девятая. На второстепенных участках военных действий (Вторая половина 1916 года)

Глава десятая. В районе Линди и Кильвы (Январь-август 1917 года)

Глава одиннадцатая. В юго-восточной части колонии (Август-октябрь 1917 года)

Глава двенадцатая. Последние недели на немецкой территории (Октябрь-ноябрь 1917 года)

Книга III. Бои на неприятельской земле (От перехода в португальскую Африку до перемирия)

Глава первая. Через Ровуму (Ноябрь 1914-январь 1918 года)

Глава вторая. Восточнее реки Лудженды (Январь-май 1918 года)

Глава третья. В районе рек Лурио и Ликунго (Май-июнь 1918 года)

Глава четвертая. Дальнейший поход в южном направлении (Июнь-июль 1918 года)

Глава пятая. Опять на север к реке Намирруе (Июль 1918 года)

Глава шестая. Назад к реке Лурио (Август-сентябрь 1918 года)

Глава седьмая. Еще раз на немецкой земле (Сентябрь-октябрь 1918 года)

Глава восьмая. Вторжение в Британскую Родезию (Ноябрь 1918 года)

Глава девятая. Перемирие и возвращение на родину (Ноябрь 1918-февраль 1919 года)

Примечания

Книга I. События до вступления в войну южноафриканских войск

Глава первая. Перед войной (Январь - июль 1914 года)

Мысли о задачах и назначении колониальных войск. Подробности возможных планов обороны колонии. Распределение, вооружение и обучение войск. Боевое использование и настроения туземцев. Богатства страны и туземное хозяйство, Коневодство и охота. Несколько поездок для осмотра частей и изучения страны. Национальная пропаганда в приграничных районах со стороны миссий наших будущих противников

Когда я в январе 1914 года высадился в Дар-эс-Саламе, я вряд ли предчувствовал, какую задачу нужно будет решать через несколько месяцев. Однако, в течение последнего десятилетия мировая война не раз становилась настолько вероятной, что я вынужден был серьезно ставить перед собой вопрос, придется ли подчиненным мне частям играть хоть какую-то роль в такой войне и какие задачи могут быть на нас возложены. Судя по положению колонии и численности имевшихся налицо войск, чей состав мирного времени немногим превышал 2 тысячи человек, нам могла выпасть только второстепенная роль. Я знал, что судьба колоний, как и других немецких владений, будет решена на европейских полях сражений. Однако каждый немец, независимо от того, где бы он ни находился, должен был принять посильное участие в этом решении. Таким образом и на нас, находившихся в колониях, возлагалась обязанность сделать для родины все, что в наших силах.

Вопрос заключался в том, были ли мы в состоянии оказать влияние на судьбу Германии на второстепенных театрах военных действий и могли ли с нашими слабыми силами отвлечь сколь-нибудь значительные части противника от Европейского или какого-либо другого важного театрах борьбы или же нанести неприятелю серьезные потери в личном составе и военном снаряжении. Лично я в то время отвечал на этот вопрос утвердительно. Тем не менее далеко не все верили в это и потому приготовления к войне оказались не полными.

Следовало иметь в виду, что мы только тогда сможем связать неприятельские войска, если действительно атакуем противника и чувствительном для него пункте или, по крайней мере, будем ему угрожать. Затем не надо забывать, что при чисто оборонительной тактике с имеющимися средствами обеспечить защиту колонии было невозможно. Ведь речь шла о сухопутной и береговой границе, примерно, такой же длины, как и у Германии. Поэтому нельзя было дробить незначительные наличные силы для местного сопротивления, но, наоборот, держать их вместе, схватить противника за горло и этим заставить его использовать войска для собственной защиты. Если бы удалось осуществить эту мысль, то были бы обеспечены самым действительным образом и наша береговая линия и наши бесконечной длины сухопутные границы.

Когда же задавали вопрос, где находится такой чувствительный для противника пункт, который давал бы надежду на успешное нападение или, по крайней мере, на возможность серьезной угрозы, то, само собой, останавливались на границе между германской и английской Восточной Африкой. Вдоль нее, на расстоянии нескольких переходов, проходит жизненная артерия британских владений - Угандская железная дорога, которую, при длине в добрых 700 километров, неприятелю было бы чрезвычайно трудно защищать и которая поэтому при действительной угрозе привязывала бы к себе большую часть его войск{1}.

Начатые мною в 1914 году первые разведывательные и инспекторские поездки привели меня от Дар-эс-Салама на пароходе в Тангу, оттуда в Узамбару и дальше в окрестности Килиманджаро и горы Меру. В Узамбаре я нашел в лице моего друга еще по военной школе, капитана в отставке, фон-Принца, одного из наиболее горячих сторонников мысли, что мы, восточно-африканцы, не имеем права сидеть спокойно в случае войны против Англии, но должны нанести удар, если только представится возможность облегчить ведение войны в Европе. Он сообщил мне о том, что в районах Узамбары, Килиманджаро и у горы Меру формируются добровольческие стрелковые отряды, в которые, как это можно предвидеть, скоро войдут почти все способные носить оружие немцы этой северной области. При тамошней плотности расположения колонистов это имело большое значение. В течение войны мы смогли выставить в общем около 3.000 европейцев на службу в колониальных войсках; и как раз эти районы, прилегающие к Узамбарской железной дороге{2}, дали главную массу набора. Во всяком случае, было трудно подыскать подходящую прочную военную организацию для этих добровольческих объединений и полностью использовать широкое добровольческое движение. Однако в конце концов все, даже те, кто не был военнообязанным, готовились пойти в случае войны в колониальные части. В местных правительственных учреждениях я нашел большую поддержку, но в то же время и правильные опасения - будут ли подобные добровольческие организации иметь необходимую устойчивость во время мировой войны, которая, вероятно, совершенно отрежет нас от родины, так что мы будем предоставлены собственным силам. Плохо обстояло дело с вооружением. Правда, почти каждый европеец имел годную для использования магазинную винтовку, но до описываемого времени не было устранено разнообразие образцов, что затрудняло снабжение патронами. Задача вооружения добровольцев оружием военного образца остались не разрешенными к началу объявления войны.