Смех красной лисицы - Каролина Лирийская

кресло Хотэя. — Хотите любезно подождать и проверить, в кого они ударят следующим? Осталось не так уж много кандидатов.

Хотя это была манипуляция, похоже, слова Криврина их обеспокоили. Следующий ход империи и Видящих никто не мог предугадать. Раздался шипящий смешок Отшельника. Не веселый, скорее нервный, так Кайто счел. Рооку хотел возразить, взмахнул крыльями, но он оказался в меньшинстве; впрочем, неудивительно, что старый ментат не хотел ввязываться в драку, он предпочитал другие методы. Но страх — хороший двигатель. Все складывалось даже слишком… удачно, Кайто думал, им придется дольше уговаривать, однако исчезновение Хотэя случилось именно тогда, когда имело значение. Настолько хорошо, что он даже начинал подозревать, что Госпожа Удача сделала что-то, чтобы Хотэй не добрался до этой комнаты.

Проблема была только в том, что на самом деле никто даже не догадывался, где эта Дельта находится.

***

— Ваши встречи всегда настолько весело проходят? — усмехнулась Арчи, которая наблюдала за происходившим через скрытую камеру, удаленный доступ отдала сама Удача на всякий случай. — Сначала чуть не перестреляли друг друга, а потом решили вместе кого-то разнести.

Кайто устало откинулся на спинку кресла в капитанской каюте. Несмотря на то, что драки так и не случилось, он прочувствовал напряжение, отдававшееся во всем его теле… и в плоти, и в металле. Акира облокотилась на спинку его кресла, и Кайто улыбнулся ей украдкой, запрокинув голову: ты, мол, хорошо держалась.

Он знал, что Акира мечтала оказаться в кругу капитанов, она читала сказки о Красной Лисице и наверняка представляла себя на ее месте, великолепную, смелую и яркую. Да, Акира не сидела среди них, но Семеро ее слушали. Исполнила ли она свою мечту? Кайто снова возвращался к этим мыслям. Он радовался, что его капитан смогла выделиться, ведь Акира сразу, в первую их встречу сказала, что хочет стать знаменитой. Кайто тогда пожал плечами, кивнул: понятно, принято. Он тогда хотел только сбежать куда подальше от империи, которая не прощала дезертиров. На войне он привык жить сегодняшним днем; не научился мечтать.

— Можем повести их к станции, которую я посещала, — предложила Акира. — Конечно, фэйтов там уже нет, но если взять в плен нескольких Видящих, они могут что-то выболтать.

Она говорила легкомысленно, хотя Кайто чувствовал суровый вес ее слов. Им нельзя потерять доверие пиратских капитанов, и даже если придется ради этих сведений пытать сектантов… Слухи про то, что серпенты пытают пленных солдат, доходили до Кайто, и он думал, что ему даже повезло, когда ему чуть не оторвали лицо в бою, а не утащили в застенки, чтобы выведать планы командования.

Способен ли он сотворить такое с кем-то? Даже с тем, кто одобрял опыты на фэйтах?

— Нам надо показать им угрозу, — решил Кайто. — Что это настоящая война, а не просто наша стычка со странными сектантами.

— Думаю, все разрешится и без нас! — вмешалась Гадюка, которая бегом влетела в каюту. — За нами хвост от самой Варшавы, стрелять пока не собираются, но выглядит все тревожно! Это Отшельник. Готовьтесь к гостям.

15. Синий свет

— Он следует за нами от Варшавы, и его «Черепаха» уже достаточно близко, чтобы открыть огонь, — сказала Гадюка, которая следила за приближающейся к ним сияющей точкой и барабанила по столу костяшками пальцев в такт словам. — Это было бы малоэффективно, у нас крепкая обшивка, но если он сейчас разгонится, то может протаранить. Для небольшого корабля это неплохой способ начать бой… если его корпус выдержит, конечно. Но я слышала, что у «Черепахи» хороший панцирь.

Она спокойно рассуждала, что на них могут напасть, и беспокойство Кайто это тоже убаюкивало. К счастью, корабль Отшельника не стал набирать скорость, и Гадюка по встроенному передатчику приказала их пилотам немного притормозить. С минуты на минуту они ожидали входящее обращение от Отшельника, но тишина настораживала.

— Возможно, он боится, что нас кто-то прослушивает, — поделилась Акира, которая тоже не находила себе места и блуждала вокруг стола, как неупокоенный призрак. То, что она накинула на себя белое длинное одеяние, по подолу раскрашенное красной вышивкой, в которой Кайто упорно видел потеки крови, а не изысканные кленовые листы, только усиливало впечатление.

— Похоже на то. Весьма разумные предосторожности. Еще сбавить, — бросила Гадюка в передатчик. — Что думаешь?

— Он хочет поговорить, — пожал плечами Криврин. — Разве не этого мы добивались?

— Или прикончить нас, — сквозь зубы выдавила Гадюка.

— Я не верю, что он способен прикончить тебя.

Отшельник был самой загадочной фигурой среди капитанов, в чем Кайто убедился лично. Единственное, что определенного можно было сказать: это не серпент, просто габариты не подходят. А вот все остальное… Облокотившись на капитанский стол, Кайто рассматривал досье, которое тем временем Арчи вывела на встроенный экран. Никаких зацепок, просто один из многочисленных торговцев, который продвинулся по карьерной лестнице. Он начинал позже Лисицы, технически мог быть связан с ее исчезновением (но никаких доказательств у них не было), однако о его личности это ничего не рассказывало.

— Вы поразительно спокойны, — сказал Кайто Гадюке, когда Криврин отправился на мостик готовиться к стыковке и раздавать рычащие команды.

— Повидала некоторое дерьмо, — Гадюка дернула плечом. — Не надо быть слишком самоуверенным, то, что у нас пушки больше, не значит, что нас невозможно победить. У нас на борту всего один ментат, — Гадюка кивнула на Акиру с некоторым уважением, — и если бы на нас решил налететь Рооку, мы все тут сошли бы с ума и перерезали друг друга. Отшельник… в нем меня напрягает неизвестность.

Она щелкала пальцами, как будто пыталась найти ритм, и Кайто понял, что она боится, хотя и старается скрыть. Гадюка была живым оружием, она вся состояла из стали, большая часть ее тела не чувствовала боли — так же, как руки и нога Кайто, — однако она все равно тревожилась за тех, кто от нее зависел. Какой смысл укреплять себя, если тех, кого ты хочешь спасти, это не убережет от сумасшедшего ментата, даже от случайного головореза, который нападет, когда ты отвернешься? Кайто была знакома эту неустойчивость, отчаянное желание стать сильнее — и неотвратимое осознание, что это ничего не изменит.

Они ждали.

— Можно глупый вопрос? — спросил Кайто, чтобы отвлечься. — Вы никогда не чувствовали себя… больше не человеком? Из-за всех этих имплантов…

Он в