Роковой свидетель - Роберт Брындза

– Аккуратнее, смотри, чтобы Джордж не порезал лапу, – предупредила она, опираясь на руку Игоря и оглядываясь.

– Не порежет. Он умная киса. – Игорь смотрел, как Джордж, перепрыгнув через стекло, идет вслед за ними по коридору. Несмотря на обжигающую боль в ноге, Эрика рассмеялась.

– Что? – спросил Игорь.

– Прости. Я веду себя глупо.

– Ты смеешься, потому что я сказал «киса»?

– Я не знаю никого, кто так называет кошек, кроме старушек.

– Я рад, что ты находишь меня забавным, – произнес он с улыбкой.

– И еще ты бегаешь по дому без одежды. – Эрика вновь рассмеялась. Она дохромала до лестницы, Игорь помог ей сесть на нижнюю ступеньку, встал рядом, стал смотреть, как она сидит там и хохочет, и его озадаченное выражение лица веселило ее еще сильнее.

– Обидно, когда женщина смеется над тобой голым, – наконец заметил он.

– Я не над тобой смеюсь… Я просто смеюсь. Идиотская ситуация!

Джордж и Игорь терпеливо ждали, пока она отсмеется, и наконец она обратила внимание на свою ногу. Жуткий порез, не меньше десяти сантиметров в длину, блестел от свежей крови. При виде него Эрике стало не до смеха, и боль усилилась. Она сжала руку Игоря.

– Ужасная рана. – Он сел на корточки, осмотрел порез. – Тебе нужно обратиться в больницу.

– Нет уж. Только больницы не хватало. Все в порядке, я перевяжу ногу.

– Эрика. Это подошва стопы. Там большие артерии, и порез глубокий. Нам нужно показать его врачу. Я сам тебя отвезу. Только сначала оденусь.

Эрика вновь посмотрела на порез и лужу крови на полу, которая становилась все больше. Миг спустя появился Игорь, уже одетый и с ее одеждой в руках.

– Ты правда хочешь отвезти меня в больницу? – спросила она.

– Конечно.

Когда он помогал Эрике надеть брюки, ей вдруг стало так спокойно, будто теперь она была в этом мире больше не одна.

Эта мысль испугала, и Эрика выбросила ее из головы.

57

Осоловевший Питерсон доплелся до участка Льюишем-Роу. Было очень холодно, день как будто тоже не хотел просыпаться, и в восемь утра в туманном воздухе витал голубовато-сумрачный оттенок.

Питерсон плохо спал и, по пути на работу покупая в «Греггсе» горячие сосиски в тесте, хотел только одного – вновь оказаться в своей новой удобной кровати рядом с Фрэн. Когда он торопливо пересекал парковку к главному входу, он увидел, как к ограждению подъехал огромный грузовик службы доставки «Аргос» и с грохотом проехал мимо него. Возле логотипа на боку была огромная яркая фотография Санта-Клауса, сияющего улыбкой и поднявшего вверх большие пальцы.

Грузовик остановился у входа, из кабины выбрался подтянутый молодой бородач и подбежал к пассажирскому сиденью. Он открыл дверь, и Питерсон, к своему удивлению, увидел на пассажирском сиденье Эрику. Мужчина поднял ее на руки, помог осторожно ступить на асфальт. Ее правая нога была забинтована, на ней кое-как была нацеплен шлепанец. Бородач достал из кабины металлические костыли и протянул Эрике.

Питерсон уставился на него, и мужчина кивнул. Эрика явно смутилась.

– Доброе утро, – приветствовал Питерсон. – Все в порядке?

Мужчина сказал Эрике что-то на незнакомом Питерсону языке – по всей видимости, словацком. Эрика в ответ пробормотала что-то благодарное.

– Это Игорь. Игорь, это Джеймс, – сказала она. Из-за фургона раздался гудок, и Питерсон увидел, что машина Мосс проехала через барьер и пытается въехать на парковку, но грузовик перегораживает ей путь.

– Мне пора. Поможете ей подняться? – по-английски спросил Игорь Питерсона.

– Конечно.

– Пока. Позвони мне и прими обезболивающее, – обратился Игорь к Эрике.

– Да, – кивнула та.

– И если будешь принимать душ, не забудь надеть на ногу пакет, – напомнил он, наклонился и поцеловал ее в щеку. Питерсон заметил, что Эрика не особенно обрадовалась этому поцелую, но, во всяком случае, не отшатнулась.

– Пока, хорошего дня и еще раз спасибо, – улыбнулась она Игорю. Пока он возвращался в грузовик, медленно выезжал с парковки и махал ей рукой на прощание, Эрика, прихрамывая и опираясь на костыли, подошла к Питерсону. Мосс наконец заехала на парковку и остановилась рядом с ними, опустив стекло.

– Что с тобой случилось, босс? – спросила она, глядя на Эрику. – И почему тебя доставили «Аргосом»?

Питерсон понял по лицу Эрики, что она не хочет отвечать на второй вопрос.

– Я наступила на разбитую бутылку в собственной кухне. Дурацкая история. Бутылку разбил кот.

– Разве ты не должна взять отгул? – Мосс, сидя в машине, смотрела в окно на забинтованную ногу Эрики.

– Со мной все в порядке. Ее зашили, и у меня сильные обезболивающие… Увидимся в диспетчерской. – Она захромала дальше, и Мосс удивленно приподняла бровь, глядя на Питерсона:

– Знаешь, кто этот парень? – Питерсон покачал головой. – Ну ладно. У меня в бардачке завалялся каталог «Аргоса», попробую его там поискать. – Мосс улыбнулась. – А с каких это пор у нее есть кот?

– Понятия не имею.

– Ну, рада за нее. – Мосс стала парковать машину. Питерсон увидел, как Эрика с трудом поднимается по ступенькам, и поспешил ей на помощь.

Внутри у Эрики все съежилось от неловкости момента, но едва она вошла в приемную и добралась до стойки регистрации, она тут же забыла об этом эпизоде. Дежурный офицер сообщил ей, что Чарльза Уэйкфилда выписали из больницы и поместили в камеру, в отделение для задержанных. Мосс и Питерсон вошли в приемную и подошли к Эрике.

– А что скажете по поводу его адвоката? – спросила Эрика.

– Мы только что ему звонили. Он должен быть здесь через час, – ответил дежурный сержант.

– Спасибо. – Эрика вынула из сумки ключи от машины. – Вы не могли бы попросить кого-нибудь забрать мою машину возле дома и доехать на ней до участка?

– Хорошо, мэм, – кивнул дежурный сержант.

– Чей это адвокат тут будет через час? – поинтересовалась Мосс.

– Чарльза Уэйкфилда. Он внизу, в камере.

– Черт возьми, отличная работа! Когда ты хочешь с ним разобраться?

– Как приедет адвокат, так сразу, – ответила Эрика.

Мосс открыла дверь в участок, Эрика похромала туда, Питерсон поплелся за ней.

– С тобой точно все в порядке, босс? – забеспокоилась Мосс. – Ты какая-то зеленоватая.

– Все нормально, – отрезала Эрика, которую всегда раздражало, если с ней сюсюкались, как с больной. Но когда они с Игорем три часа прождали в отделении неотложной помощи, прежде чем ей зашили ногу, она была рада, что он помог ей скрасить ожидание и вернул то давно забытое чувство, когда о ней кто-то заботился. – Пошли уже.

Оба кивнули и направились в диспетчерскую, а Эрика поковыляла за ними.

– Хочешь кофе? – Мосс обернулась к ней.

– Только такой крепкий,