Черная смерть. Как эпидемия чумы изменила средневековую Европу - Филип Зиглер

пострадала не так сильно, как столица, нет сомнений, что смертность среди духовенства была необычно высокой. В годы, предшествующие эпидемии Черной смерти, среднегодовая цифра епархиальных назначений составляла 81. За год, с 25 марта 1349 года по 25 марта 1350 года, это число выросло до 831. Что касается населения в целом, Джессоп отмечал: «Если бы кто-нибудь предположил, что умерло намного больше половины, я не стал бы с ним спорить». Маловероятно, что он зашел бы так далеко, если бы писал сегодня, но представляется очевидным как минимум, что процент смертности в Восточной Англии был значительно выше, чем в среднем по стране.

Когда эпидемия подошла к территориям соседней епархии Эли, ее епископ находился в Авиньоне и, видимо, не прилагал усилий, чтобы вернуться. Он уже назначил пятерых генеральных викариев, которые должны были присматривать за епархией в его отсутствие, и 9 апреля назначил еще трех, чтобы они «выполняли свои обязанности до смерти». В своем письме он ссылался на то, что «эпидемия, как ее называют, невиданно разрастается в епархии», – фраза, которая вскоре стала совершенно справедливой, но на тот момент была несколько преждевременной, поскольку чума всерьез охватила Кембриджшир не раньше апреля. Епископ распорядился, кто из генеральных викариев должен распределять бенефиции в его отсутствие, и скрупулезно перечислил порядок преемственности этой привлекательной прерогативы.

В целом количество новых назначений в епархии оказалось в 18 раз выше, чем в обычный год, и гораздо выше, чем даже в Норфолке и Саффолке. И только одно из этих назначений было сделано по случаю добровольной отставки, а не смерти предыдущего держателя должности, хотя было еще несколько случаев, относительно которых подробности отсутствуют. Однако заболеваемость чумой, похоже, была еще более неравномерной, чем в других частях Англии. В радиусе 10 миль от Кембриджа в поместьях Кроуландов в Оакингтоне умерло 35 из 50 арендаторов, в Драй-Дрейтоне – 20 из 42, в Коттенхеме – 33 из 58. В то же время в поместьях Грейт-Шелфорд и Элсворт – хотя там могли быть смерти, не внесенные в судебные списки, – нет никаких доказательств, что Черная смерть вообще каким-то образом отразилась на них. Все эти сообщества были во многом схожими деревнями с населением от 200 до 400 человек. Их обитатели жили при одинаковой погоде, обрабатывали одинаковую землю, ели одинаковую пищу. Ни один эпидемиолог или историк до сих пор не смог предложить правдоподобные причины, почему одно поместье потеряло половину своих арендаторов, а другое пострадало мало, если вообще пострадало.

Осталось на удивление мало свидетельств, показывающих, насколько сильно чума затронула Кембриджский университет. Единственный колледж, где имеются кое-какие полезные материалы, – это Кингс-Холл, где с апреля по август умерли 16 из проживавших там студентов. Однако можно прийти к выводу, что потери среди студентов были такими тяжелыми из-за событий в самом городе Кембридже. Хотя некоторый урон был нанесен ему второй эпидемией, случившейся в 1361 году, представление о разорении, причиненном Черной смертью, можно почерпнуть из написанного в 1366 году письма епископа Эли, где говорится о слиянии двух городских приходов на том основании, что там не набралось народа, чтобы заполнить даже одну из двух церквей. Часть города, которая располагалась на той стороне реки, где стоит замок, по-видимому, исчезла. В Олл-Сайнтс-ин-Кастро большая часть людей тоже умерли, а те немногие из прихожан, которые остались в живых, уехали. Неф церкви обрушился, оставив «неприкрытые кости умерших зверям».

Если в Восточной Англии умерли 800 приходских священников, то общее число умерших служителей церкви было больше чем в два раза. Если добавить тех, кто оставил свои места, должно было образоваться по меньшей мере 2000 вакансий, а включая Кембридж – 2500. Учитывая, что проблема была не локальной, а общенациональной, что все другие епархии конкурировали между собой за ограниченный приток новых священников, и не забывая, что привлекательность места священника заметно уменьшилась, поскольку теперь оно не могло гарантировать даже прожиточного минимума, очевидно, задача найти замену умершему становилась архисложной. Причина того, что она все же не стала невыполнимой, заключалась в том, что в 1348 году количество духовных лиц, как и сельских тружеников, заметно превышало потребность в них. Количество младших сыновей землевладельцев, направленных семьей на церковное служение, было намного больше, чем могли принять имевшиеся приходы. Это породило избыток духовных лиц, пребывавших в поисках бенефиций, которых можно было использовать, чтобы заполнить хотя бы самые привлекательные вакансии.

Но, даже сделав это, епископы Норвича и Эли не могли восполнить нужное количество священников без определенного снижения их качества. Джессоп отрицает, что после эпидемии Черной смерти в церквях Восточной Англии наблюдался серьезный упадок, но образовательный уровень новых священников явно был ниже, чем у их предшественников. Даже если они были грамотными, то часто являлись людьми среднего возраста, ставшими священниками не по призванию, а потому, что, овдовев во время эпидемии, просто искали, чем заполнить остаток жизни.

Кроме того, далеко не все из вновь набранных духовных лиц были достойны уважения. Священник из поместья Уолтем, преподобный Вильям, получил назначение в начале 1350 года. За свое поведение в приходе он заслужил прозвище «Священник-однодневка», которое полностью оправдал, когда остановил Матильду, жену Джона Клемента де Годи-честера, и отобрал у нее сумочку. За это нападение он был арестован и в назидание другим повешен. Конечно, преподобный Вильям был исключением, но в середине XIV века такие исключения не являлись чем-то уникальным. Преступные священники попадались в каждом поколении. Но в ситуации 1350 и 1351 годов не так сильно удивляет, когда священники вели себя до такой степени неподобающе. В любом случае после эпидемии чумы репутация духовенства в Восточной Англии стала ниже, чем была до нее.

Глава 11

Срединные земли и север Англии

В центральной части Англии Черная смерть разбрызгала свой яд с той же беспорядочной яростью, что и на юге. В Хантингдоншире она, похоже, следовала тем же курсом, что и в Восточной Англии. Преамбула к городской хартии гласит, что к 1363 году Хантингдон «настолько ослабел от смертоносной чумы и других невзгод», что был совершенно не в состоянии платить налоги. Утверждалось, что четверть города стала необитаемой, а оставшиеся жители с трудом могли найти способы заработать на жизнь. Три церкви стояли заброшенными, поскольку их прихожане либо умерли, либо уехали. Поскольку горожане надеялись получить определенные налоговые льготы, очевидно, что в их интересах было изобразить как можно более черную картину, но даже с учетом этого ясно, что дела в городе шли плохо. Однако стоит еще раз повторить, что причины несчастий