Эзотерика в истории, культуре и искусстве - Массимо Чентини

Рене Генон, наоборот, предположили исламское происхождение, в частности суфийское. Такое прочтение открыло множество иных интерпретаций – «Верных любви» называли даже носителями антихристианских и протомасонских элементов. Итак, в данном вопросе можно дать волю своему воображению, поскольку документов, посвященных этой организации, нам доступно крайне мало.

Достоверно известно лишь, что «Верные любви» не могли быть еретиками, а особенно катарами, к которым Данте испытывал жестокую неприязнь. Об этом говорится в «Рае» (XII, 97–102), когда выдающийся поэт обращается к святому Бонавентуро из Баньореджо с горячей похвалой в сторону святого Доминика за его защиту ортодоксальности от катарства. Кроме того, там же имеется еще одно указание на эту неприязнь (IX, 73): здесь сам Данте выражает похвалу епископу Тулузы, который в 1205 году отличился в борьбе против катаров.

Довольно трудно предположить, что «Верные любви» были носителями еретических посланий, так как Данте не упустил бы возможности «наказать» их внутри своей аллегорической вселенной, созданной через поэзию и ритмику стиха.

На основе известных нам документов, кажется, непросто восстановить эзотерический путь, которым следовали «Верные любви». Будучи последователями «нового сладостного стиля» первых лет, они, вероятно, также занимались более глубокими практиками и погружались в философские рассуждения. Практики эти исследователи эзотерики считают заимствованными из далеких культур и возникшими на базе современного масонства.

Насколько определенные интерпретации достоверны, мы не знаем: если даже самые искушенные исследователи «Божественной комедии» не смогли дойти до истины, то можно предположить, что насчет «Верных любви», как и насчет многих других эзотерических групп, мы никогда точно не узнаем, какова была их реальная роль и программа герметических исследований.

Братство «Свободный дух»

Многие факты и легенды, которые ходят о группе «Свободный дух», стали известны благодаря фигуре уникального художника Иеронима Босха (ок. 1450–1516), одного из самых оригинальных представителей эзотерической живописи.

По мнению некоторых ученых, Босх был адептом «Свободного духа» – загадочной секты, вероятно, практиковавшей ритуалы с сексуальным подтекстом. История ее окружена бесчисленными версиями и фантастическими домыслами. Надежных доказательств связи между Босхом и этой группой нет, однако часть ученых подчеркивают и ее существование, и ее значимость: по их мнению, эта связь могла повлиять на Босха при создании знаменитого триптиха «Сад земных наслаждений» (ок. 1490–1510), хранящегося в мадридском музее Прадо. В поддержку данной версии высказался Вильгельм Френгер в работе «Тысячелетие Иеронима Босха» (1951) – он считал «Сад земных наслаждений» своеобразным символическим манифестом этой эзотерической группы.

ИЕРОНИМ БОСХ

«Иероним ван Акен, известный как Босх, художник, проживающий в Буа-ле-Дюк, должен будет написать картину высотой девять футов и шириной одиннадцать футов. Он должен создать Страшный суд, изобразив рай и ад: то, что Господь повелел ему сделать для своего благородного удовольствия. По этой расписке будет выдана сумма в тридцать шесть лир».

По этой холодной бюрократической форме 25 сентября 1504 года Филипп I выдал аванс в размере тридцати шести лир Иерониму Босху, жившему в Бургундских Нидерландах во второй половине XV – начале XVI века, чтобы тот создал «Страшный суд» – один из «специалитетов» этого таинственного живописца.

Босх – мастер противоречивый; кто-то даже назвал его «дьявольским» из-за художественного выбора: в его работах преобладают чудовища и фантастические существа, хотя и отчетливо показано связующее с религией звено.

Трактовка его произведений часто искажается критикой, которая в прошлом хотела видеть в Босхе представителя темных сект, оккультного участника шабаша или даже сына дьявола. Он был искусным мастером, поистине дьявольски искусным, сумевшим вместить в ограниченное пространство полотна невероятные гипотезы «другого» мира, где властвуют удовольствие и похоть, повелитель чувств ante litteram, который скрывал грехи за лестью.

На самом деле тезисы Френгера можно частично опровергнуть, поскольку многие предлагаемые им интерпретации могут применяться и к более широкому контексту, чем тот, который ограничен последователями «Свободного духа».

Членов этой группы также называли Homines Intelligentiae («Люди понимания»), или адамитами, – из-за наготы, характерной для их церемоний. О секте в действительности мало что известно: предполагается, что ее участники стремились найти первоначальную невинность через плотную сеть практик, преимущественно основанных на беспорядочных половых связях, которые отражали полную свободу, вытекающую из древней адамитской анархии. Последователи с помощью загадочного ритуального пути стремились обрести духовную и чувственно-сексуальную любовь, метафорически выраженную в образе гермафродитической фигуры, возникшей из союза Адама и Евы.

Однако этот загадочный автор, унесший с собой свою тайну, умер как истинный христианин 9 августа 1516 года: траурная церемония прошла в католическом соборе города перед братьями «Нашей госпожи Хертогенбосх», которые называли Босха «прославленным художником».

Конечно, на него влияла религиозная культура того времени, всегда стремившаяся найти козлов отпущения, а главное, мучившаяся призраками ереси. Босх превратил монстров греха в шедевры, такие как триптих «Страшный суд» и триптих «Искушение святого Антония» (1505–1506), а также другие известные его работы. Следуя общей аллегорической линии, Босх блестяще изобразил на картине «Корабль дураков» (1490–1500) моральное падение клирика во всей диалектической резкости. У него, однако, и народ со своими повседневными безумствами, всегда стремящийся к частичке благополучия и уверенности, готовый покинуть своего Бога, чтобы упасть в топь греха, мучается без возможности освободиться в триптихе «Воз сена» (1500–1502). Здесь художник, перефразируя голландскую поговорку «жизнь как воз сена, каждый вытаскивает из него сколько может», возвращает нас в водоворот повседневного беспокойства, в котором слепой поиск материального благополучия становится причиной страдания и смерти для других.

Возможно, вера «Свободного духа» во всеобщее возрождение провалилась в бездну непонимания и стала объектом ожесточенных обвинений, часто полностью лишенных связи с действительностью.

В настоящее время остаются фрагментарные источники, прежде всего пронизанный наготой «Сад земных наслаждений», в котором вечное противостояние добра и зла так и не разрешено – оно идет по бесконечной спирали символов.

Однако «Объявленное царство» уже существовало к тому времени, как Босх стал членом секты «Свободного духа»: это подтвердил Эгидиус Кантор, мирянин, который вместе со своим братом Вильгельмом Хильдерниссенским руководил «Людьми понимания» в Брюсселе.

Босх изобразил это царство почти через столетие после еретических видений Кантора: «Я (Кантор. – Прим. авт.) – искупитель человечества, и через меня люди увидят Христа, так же как через Христа они видят Отца».

Возможно, знание одного человека нашло способ распространиться без посредничества слова, только с помощью изображения, которое, трансформируя темный и загадочный ритуал в спираль диалектики живописи, описывало адептам свет и тень «тысячелетнего царства».

В этом случае существуют две версии: или Босх писал триптих в соответствии с конкретными указаниями кого-то, кто знал теоретические предпосылки секты и их сублимацию в символическом мире (великий мастер?), или сам художник занимал важное положение