Невинный монстр - Юминь Ян

твари это явно не понравилось, и она, обиженно замычав, разомкнуло клыки. Не в силах сдерживаться, она пнула существо в круглую сморщенную морду и поспешно отпрыгнула в сторону, ожидая следующего удара.

Которого не последовало.

Тварь медленно поднялась с пола, расправило крылья и, сощурив выпученные желтые глаза, взлетела в воздух. Ронни задрала голову и уставилась на мягкое, свисающее едва ли не до земли брюхо.

Рука продолжала гореть, но отвлекаться от чудовища было нельзя – его действия невозможно было предугадать; особенно после того, как сначала оно настойчиво пыталось превратить ее в груду мяса и костей, а потом неожиданно отказалось от этой идеи и весьма безобидно решило скрыться.

– Быстрей сюда, пока ему не поступил новый приказ! – велел чей-то низкий скрипучий голос.

Ронни отвела глаза и разглядела в углу виднеющегося по пояс старика, чья лысина загадочно мерцала под пронзительным светом люстр между редкими белыми волосами. Он призывно махал рукой и повторял: «Сюда, сюда, быстрее».

Его не выцветшие синие глаза напомнили мистера Бейли, но Ронни отогнала от себя не слишком приятные мысли и ринулась в сторону внезапно появившегося помощника, надеясь на то, что Фреду хватит ума побежать следом.

Еще немного – и вот они втроем уже на крутой витиеватой лестнице, которая была освещена горящими по стенам факелами. Над их головами медленно, лениво закрылась часть каменного пола, и Ронни, мимолетно подивившись, уставилась на взявшего в руки один из факелов старика.

– Болит? – сухо спросил он, кивнув на залитые кровью бинты.

Ронни потрясла рукой и изумилась еще больше.

– Нет, – ответила она, еще немного подвигав предплечьем.

– Раны до этого были?

Старик зачем-то подул на верх дрогнувшего огня и вопросительно поднял бровь. Остановившийся позади Фред тяжело дышал.

– Царапины, – буркнула Ронни и добавила: – А в них дигиталис. Наверное.

– Удивительно. – Внимательно изучив изорванные в клочья бинты, старик указал на них костлявым крючковатым пальцем. – Укус беса нейтрализовал действие яда. Первый раз вижу это своими глазами, хотя это всегда имело место быть.

– А что из этих ран страшнее? – напрямую спросила Ронни, скосив глаза на глубокую отметину клыков на руке.

– Ваши царапины, – с ухмылкой ответил старик, – которых уже нет.

– Простите?.. – начала Ронни, но тут же изумленно присвистнула, увидев, что кроме новой раны на ее коже действительно больше ничего нет.

Старик тем временем начал медленно спускаться вниз по лестнице, попеременно тяжело вздыхая. Ронни и до сих пор молчащий Фред направились за ним.

Поскользнувшись, Ронни схватилась за стену и тут же отдернула руку: пальцы коснулись чего-то, напоминающего кости. Присмотревшись, она с замиранием сердца разглядела странно вросшие в камень скелеты.

– А это…

– Весьма безобидные личности, – сразу же отозвался старик. – Рука болит?

Ронни призадумалась и удивленно ответила:

– Нет. Честно, я ее вообще не чувствую.

– Значит, скоро заболит. Да так сильно, что вам захочется от нее избавиться. Поэтому нам следует поспешить.

– А почему укус беса возымел такой эффект? – наконец решился встрять Фред. Голос его чуть дрожал.

– А вам в Лицее ничего не рассказывали? – вопросом на вопрос, меланхолично ответил старик, снова дунув на факел, отчего отражение пламени на темных стенах сделало замысловатое па.

– А откуда вы знаете, что мы из Лицея? – с подозрением спросила Ронни.

По-прежнему не представившийся старец начинал ей не нравиться. Было в нем что-то… таинственное, но не то, к чему хочется прикоснуться, а наоборот, отталкивающее.

Словно заметив ее пристальный, изучающий взгляд, старик слегка дернулся и, не оборачиваясь, проворчал:

– Потому что только выходцы из Лицея могут войти в круг Корнелия.

– Чего? Круг кого? – не поняла Ронни, но ее тотчас же перебил восторженный Фред:

– Мы действительно в нем?

Глаза его возбужденно заблестели. Старик одобрительно хмыкнул.

– А вы, молодой человек, кое в чем явно разбираетесь. Да, мы в круге Корнелия. Именно в той его части, которая сейчас окутана тьмой.

Судя по счастливому виду Фреда, сейчас происходило что-то совершенно невероятное, то, чего он так ждал и к чему стремился, – но Ронни не понимала абсолютно ничего.

Она попыталась напрячь память и вспомнить, не говорили ли на каком-нибудь из занятий про этот круг, но это оказалось весьма провальной затеей.

– Ал, расскажи мне, о чем вы говорите, иначе я рискую разозлиться, – предупредительно прошипела она, чуть наклонившись к другу.

– О круге Корнелия, – не моргнув глазом, ответил Фред.

Ронни, остановившись, уставилась на него.

– Ты сейчас серьезно?

– О, прости, – мгновенно стушевался друг.

Они продолжали идти вниз по крутой лестнице, которой, казалось, не было конца, – и совершенно неожиданно уткнулись в небольшую полукруглую дверку.

Старик порылся в карманах длинного серого одеяния и вытащил громко звенящую связку ключей.

– Круг Корнелия – это закрепленное за той или иной территорией ограниченное пространство, которое делится на несколько частей, – сказал Фред. – И в каждой из этих частей в одно и то же время происходит что-то совершенно разное. Это как… параллельные миры, только располагающиеся в одном месте. То есть… – Он замялся и после небольшой паузы сказал: – Это объясняет отсутствие людей и чего-либо живого здесь. Мы просто пересекли границу одного из делений круга.

– То есть прямо сейчас в более реальном мире все остается здесь таким, каким мы его видели когда-то? – уточнила Ронни. Ситуация начинала немного проясняться.

– Можно и так сказать, – кивнул Фред.

– Я смотрю, вы, молодой человек, неплохо разбираетесь в теории.

Старик наконец справился с замком и жестом пригласил друзей войти в просторное помещение, потолок которого, что удивительно, просто взлетал к небу. Он был круглый, темно-синий, усыпанный множеством ярких серебристых точек.

Повсюду стояли различного вида телескопы, от больших и до совсем миниатюрных; в углах свалены свитки, на длинном дубовом столе стояло что-то типа микроскопа, а на раскрытой исписанной тетради мирно лежал позолоченный монокль. Слева от стола уходили вдаль стеллажи, почти такие же, как в Хранилище душ.

– Вот мы и в библиотеке Илдреда, – восторженно сообщил Фред, оглядываясь вокруг.

– Как я понимаю, вы не что иное, как олицетворение ума… – Старик одобрительно взглянул на него, перевел взгляд на Ронни и кашлянул: – …и силы.

– Я бы не сказал, что это единственное ее достоинство.

Моментально оторвавшийся от изучения обстановки Фред выглядел весьма разозленным, и Ронни машинально подивилась тому, как быстро произошла эта перемена в его обычно спокойном и дружелюбном лице.

– Перестань. – Она подошла к другу и легко пихнула его в плечо. – Пускай говорит, что хочет. Не хватало нам еще и со смотрителем библиотеки подраться. Если это он, конечно, – тихо добавила Ронни, глядя на грузно усевшегося за стол старика. Подождав немного, она, сама