Невинный монстр - Юминь Ян

вонзила его прямо в лицо призраку. От неожиданности тот завопил.

Ядовитый желтый ихор, зашипев, брызнул куда-то в сторону. Мадлен, воспользовавшись общим замешательством, подпрыгнула и сорвала с пояса утбурда связку ключей.

Они побежали еще быстрее. В конце концов Ронни остановилась, привалившись плечом к сухому дереву. Позади еще доносились громкие жалобные крики утбурда.

– Это то, о чем говорил Фред, – пробормотала она. – Мне все-таки пришлось кого-то ранить.

Переход в Лицей оказался не самой приятной вещью: все вокруг вертелось, крутилось, извивалось; что-то громко, протяжно свистело, и вскоре Ронни показалось, что ее вывернет наизнанку, причем в самом что ни на есть прямом смысле.

Виски сверлило тупой болью, и, когда все наконец закончилось, она, вдохнув свежего воздуха, не смогла поверить в то, что они добрались до нужного места. Когда она открыла глаза, это чувство не пропало: неприступной стеной возвышающееся впереди здание на Лицей совершенно не походило.

Флаг, по-прежнему обессилено трепещущий на башенке, превратился в грязную рваную тряпку. По самой башне расползлись скрюченные ветки безлистного плюща, напоминающие скорее небрежно разлитую кем-то черную краску. Такие же ветви обвили и большинство некогда белых стен.

Почти все окна были либо разбиты, либо заколочены. В одном из них на мгновение появилось чье-то бледное, бесформенное лицо; взглянув прямо на Ронни, оно скривилось и молниеносно рвануло в сторону.

– Пойдем, здесь открыто, – тихо позвала Мадлен, одной рукой придерживая выбитую, едва держащуюся на петлях дверь.

Ронни, с трудом оторвавшись от все еще колыхающейся в окне занавески, вбежала по раздробленным ступеням и зашла вслед за Мадлен в небольшой холл.

Тишина, стоявшая в Лицее, пугала. Казалось, воздух раскален до предела; что-то пронзительно, тонко звенело где-то под потолком. Отсюда до кабинета директора было рукой подать – требовалось всего лишь пройти длинный просторный коридор и подняться на последний этаж, под самую крышу, однако сейчас любое расстояние могло быть смертельно опасным.

Остановившись, Ронни вытащила из старых, почти разваливающихся тренировочных ножен заточенный скрамасакс и крепко сжала его в кулаке.

И не зря.

Мимо вихрем, с издевательским свистом пронеслось что-то неосязаемое, расплывающееся в воздухе на небольшие серебристые клочки. От стен отразилось громкое задорное хихиканье. Ронни бешено завертела головой, пытаясь сфокусироваться, но вскоре поняла, что это абсолютно идиотская затея.

– Это полтергейст, – донеслось со стороны зеркала, которое крепко сжимала Мадлен. – В принципе, он не опасен. Единственное, что он может сейчас сделать – заорать так, что сюда сбежится вся стража.

– Нам это совсем не нужно, – нахмурилась Ронни. – Что делать?

– Бежать, – мрачно посоветовал Эммануил.

И они побежали.

Раздавшийся позади визгливый смех прокатился под сводами Лицея и вскоре затих. Стук подошв о широкие мраморные ступеньки напоминал скорее раскаты грома, разрывающие тишину на лоскутки.

Пробегая мимо «музейного» коридора, Ронни заметила, что все статуи и картины завешаны тяжелой черной тканью. Неожиданно вновь забурливший гнев придал ей силы, и она, в один момент обогнув запыхавшуюся Мадлен, добралась до последнего этажа и остановилась перед дверью в кабинет директора.

Она была приоткрыта.

Решив, что церемонии сейчас ни к чему, Ронни распахнула дверь, сделала несколько шагов и тотчас же споткнулась о разбитый шкаф, перегородивший проход.

Весь пол был усыпан раскрытыми, изорванными книгами и крупными стеклянными осколками, на некоторых из которых виднелись темно-красные разводы.

Окинув кабинет быстрым взглядом, она с удивлением поняла, что единственными целыми предметами в помещении были тот самый постамент с разрешениями на возвращение на Землю и огромное кресло с порванной обивкой; из многочисленных дыр высовывались куски чего-то грязно-желтого.

Наконец добравшаяся до кабинета Мадлен с грохотом опустила зеркало на пол около двери и громко выдохнула.

– Кто здесь?

Голос мистера Бейли прозвучал слабо.

Ронни, резко развернувшись, приблизилась к креслу и свысока взглянула на опухшее красное лицо. Директор поднял на нее бесцветные, ничего не выражающие глаза и усмехнулся в пышные белоснежные усы.

Они долго смотрели друг на друга; Ронни никак не решалась начать разговор, хотя некоторое время назад ей было что сказать, а мистер Бейли явно не собирался рассказывать что-либо по собственной воле.

Она старательно пыталась отыскать в пустых темно-синих глазах директора хоть каплю сожаления, но в итоге, устав биться о стену безразличия, спросила:

– Зачем?

– Что именно? – растянул губы в ехидной улыбке мистер Бейли.

– Все это. Нефари. Их нападения на студентов. Пропажи преподавателей. Дигиталис. Все эти… изменения в Лицее, – перечислила Ронни и разозлилась: это напоминало старательный ответ ученика на занятии перед строгим преподавателем. – Между прочим, – она кивнула на стоявшее у стены зеркало, – у нас есть доказательства того, что вы и библиотекарь ко всему этому причастны. Мне кажется, Синклиту этого будет достаточно.

Мистер Бейли устало опустил веки и тотчас же, подорвавшись, схватил Ронни за плечи и отшвырнул ее в сторону. Она со всего размаху рухнула на разломанный пополам письменный стол, ударившись виском об отполированную столешницу.

Раненая рука резко упала прямо в стеклянное крошево, оставшееся от некогда симпатичной, резной чернильницы, и отозвалась острой болью.

На повязке моментально выступили небольшие пятна крови.

Сквозь противный писк в ушах Ронни услышала странные заглушенные звуки, которые вскоре оформились в громкий звонкий хруст.

Похолодев, она с трудом поднялась, сморгнула выступившие на глазах слезы и испуганно вскрикнула: обезумевший директор, зажав в руке ножку стула, превращал зеркало в груду мутных осколков. Мадлен, опершись на стену, пыталась встать на ноги в противоположном углу кабинета. С ее переносицы широкой струей стекала кровь.

– Хватит! – крикнула Ронни.

Он обернулся к ней.

Взгляд у него был совсем безумный. В один момент директор Лицея превратился в сумасшедшее, ничего не видящее перед собой существо, у которого была только одна цель – уничтожать

– Ты ничего не знаешь! – взвизгнул он. – Ты ничего о себе не знаешь! Думаешь, все это просто так?

– Перья! – неожиданно осенило Ронни.

Директор расхохотался. Изо рта его брызнула слюна.

– Догадалась все-таки? Ну и каково это – ощущать себя монстром?..

В глазах у Ронни потемнело. Слушать этот бред она больше не собиралась.

Подобравшись, она резко бросилась в сторону мистера Бейли.

Но была тотчас же остановлена.

Чья-то крепкая ладонь схватила Ронни за локоть и прижала к стене. То же самое сделали с Мадлен.

– Что здесь происходит? – прогремел чей-то незнакомый голос.

Когда вновь занавесившая глаза пелена более-менее спала, Ронни удалось разглядеть принявшего весьма невинный вид мистера Бейли и группу одинаково высоких, широкоплечих мужчин в черных костюмах.

Подавив сильное желание пнуть по коленку удерживающего ее здоровяка, онаоткрыла рот, но директор сразу же перебил ее:

– Эти, с позволения сказать, мисс напали на меня. Я