Черная смерть. Как эпидемия чумы изменила средневековую Европу - Филип Зиглер

Однако главным средоточием английской жизни была деревня. Действительно, поскольку обособленные хутора за пределами кельтских окраин почти не встречаются, можно с уверенностью сказать, что практически всех, кто не жил в городе, а это почти 90 % населения, можно было обнаружить в деревнях, варьировавшихся по размеру от больших с 400 жителей до маленьких, где могло обитать не более 12 семей. Несмотря на то что всевозможные истории и впечатляющая статистика обычно происходят из городов и больших монастырей, история Черной смерти в Англии – это прежде всего история ее влияния на сельскую общину. Именно в деревенском обществе она оставила самый долгий и заметный след.

«В том 1348 году в Мелкомб в графство Дорсет незадолго до праздника Святого Иоанна Крестителя прибыли два корабля, один из них из Бристоля. Один из моряков привез с собой из Гаскони семена страшной чумы, и через него люди в городе Мелкомб стали первыми в Англии, кто заразился».

Назывались и другие порты, удостоенные сомнительной чести стать первыми рассадниками чумы в Англии. Один хронист из аббатства Мо в Йоркшире считал, что первым был заражен Бристоль. Генри Найтон – что Саутгемптон, а Джон Капгрейв[80] спустя 80 лет написал: «Она началась в северной части раньше, чем в южной, и оттуда пошла дальше». Последнее утверждение как минимум можно опровергнуть. Черная смерть могла независимо проникнуть на север Англии, но определенно только через несколько месяцев после того, как появилась на юге. На самом деле нет ни одного свидетельства, что чума всерьез утвердилась в северных графствах до начала 1349 года.

Многие порты Южной Англии постоянно, практически ежедневно контактировали с континентом или островами в проливе Ла-Манш. Было бы удивительно, если бы ни на каком из торговых кораблей не завезли чуму. Но консенсус, похоже, состоит в том, что Мелкомб-Реджис, который теперь является частью Веймута, заслужил свое сомнительное притязание на первенство. Так же как и в «Хронике серых монахов», процитированной выше, некий монах из Мальмсбери тоже ссылается на «порт под названием Мелкомб в Дорсетшире», а другие хронисты, без сомнения, в некоторых случаях повторяют мнения своих современников, либо указывая то же название, либо говоря, что чума пришла в некий «порт в Девоншире», детали в описании которого тоже соответствуют Мелкомбу.

Намного большее несоответствие возникает, когда речь заходит об определении точной даты, когда чума впервые была замечена в Англии. Один из «серых монахов» утверждает, что она появилась «незадолго до праздника Святого Иоанна Крестителя», иными словами, до 24 июня 1348 года. Хигден[81] в своем «Полихрониконе» [ «Всемирной хронике»] тоже соглашается, что эта дата была критической. Но больше никто не готов признать, что это произошло так рано. Роберт из Эйвсбери пишет, что чума началась «около дня Святого Петра», что предположительно означает 29 июня. Монах из Мальмсбери называет 7 июля. Генри Найтон из Лестера – «осень» 1348 года, что весьма неопределенно, но, очевидно, после августа. Епископ Бата и Уэльса 17 августа приказал «проводить процессии каждую пятницу… умолять Бога защитить людей от чумы, которая пришла с Востока в соседнее королевство». Ссылка на чуму в «соседнем королевстве», которая могла означать только Францию, по-видимому, подразумевала, что епископ еще не знал, что болезнь уже нужно искать в Англии. Кажется невероятным, чтобы он не знал об эпидемии, которая, по другим сведениям, уже два месяца бушевала в его собственной епархии. Наконец, Бирчингтон[82] утверждает, что вспышка эпидемии произошла сразу же после Рождества 1348 года. Однако, поскольку он сообщает, что она закончилась в мае 1349-го, резонно отметить несоответствие между продолжительностью эпидемии в Кентербери и в Англии в целом.

Этим свидетельствам уделено так много внимания не потому, что так важно, пришла чума через Мелкомб-Реджис или через Саутгемптон и случилось ли это на две недели раньше или позже, а чтобы проиллюстрировать необычайную сложность установления любой точной детали относительно произошедшего. Если хроники расходятся на три-четыре месяца в отношении даты, когда произошел первый случай заболевания чумой, то можно представить, насколько велика вероятность полной путаницы, когда дело доходит до таких вопросов, как количество умерших от эпидемии. Если объединить различные рассказы, то вырисовывается следующая картина, что произошло на самом деле. Корабль с грузом бубонной чумы действительно прибыл в Мелкомб-Реджис в конце июня 1348 года. Первый случай заражения местного жителя произошел в начале июля, но болезнь не стала активно распространяться или принимать ужасную легочную и септическую форму до начала или середины августа. Однако такой ход событий, как во многом и то, что последовало дальше, представляет собой загадку, разгадку которой мы, вероятно, так до конца и не узнаем.

Если Мелкомб-Реджис действительно был первым портом, принявшим Черную смерть, она могла быть завезена из Кале. Мелкомб-Реджис в то время играл достаточно важную роль, поскольку оттуда на осаду Кале выходило почти столько же кораблей, как из Бристоля или даже из Лондона. Возможно, один из тех кораблей, которые возвращались из Франции, и привез домой чуму. На первый взгляд, предположение, записанное в «Хронике серых монахов», что чуму привезли из Гаскони, менее вероятно, поскольку нигде не сказано, что в Мелкомб приходило много судов из этого региона. Но в любом случае такая вероятность существует. Один из кораблей, по свидетельству «Хроники», направлявшийся домой в Бристоль, мог возвращаться из какого-нибудь порта Гаскони. Другим источником инфекции, возможно, более вероятным, являются так называемые Нормандские острова, расположенные в Канале[83]. Самые большие из них, Джерси и Гернси, в то время очень страдали от Черной смерти, так сильно, что Эдуард III написал губернатору Джерси:

«По причине смертности жителей и рыбаков на этих островах, которая здесь, как и везде, очень велика, рента за лов рыбы, ежегодно выплачиваемая нам, теперь не может быть получена без обеднения и чрезмерного угнетения тех рыбаков, которые еще остались».

На этом письме нет даты, и неизвестно, действительно ли эпидемия Черной смерти на этих островах началась раньше, чем на основной территории Англии, и если да, то насколько. Но если острова были заражены первыми, что представляется весьма вероятным, то именно на Мелкомб-Реджис Черная смерть могла перекинуться с большей вероятностью, чем на другие английские порты.

Но независимо от того, попала она в Англию через Мелкомб-Реджис или Саутгемптон и произошло это в июне, июле или августе, Черная смерть рано или поздно неизбежно должна была распространиться на Британских островах. Заманчиво считать, что Британия, далекая от Европы и защищенная морскими преградами, при небольшом везении