The Woman in Me. Автобиография - Бритни Спирс

У нас были прекрасные отношения. Я его любила и чувствовала, что это взаимно.

Произошедшее с Кевином и детьми, жизнь под строгой опекой отца все еще сильно сказывались на мне. У меня было жилье в Таузенд-Оукс, штат Калифорния, маленькие дети, но папа по-прежнему распоряжался моей жизнью.

После тура Femme Fatale у меня выдался перерыв, когда отец ставил под сомнение любую мелочь, что бы я ни делала, включая мой рацион. Я не понимала, почему мама молчала, – родители снова сошлись в 2010 году, спустя восемь лет после развода. Я снова чувствовала себя преданной штатом Калифорния. Матери, похоже, нравилось, что благодаря опекунству у ее мужа появилась настоящая работа. Каждый сраный вечер они лежали на диване и смотрели «Мыслить, как преступник». Кто так делает?

Когда отец сказал, что мне нельзя съесть десерт, я почувствовала, что это сказал не только он, а вся семья, целый штат, словно мне запрещалось законом, раз он не разрешал.

В конце концов я начала задаваться вопросом: «Подождите-ка, где я?» Все утратило смысл.

Чувствуя, что хочу решать в жизни чуть больше, я вернулась к работе. Старалась быть продуктивной. Стала появляться в разных телешоу, включая The X Factor в 2012 году, где была судьей.

Многие артисты, работающие на телевидении, – настоящие профессионалы. Например, Кристина Агилера и Гвен Стефани. Когда на них направляют камеры, они расцветают. И это классно. Когда я была моложе, тоже так умела, но, опять же, когда мне страшно, то будто становлюсь меньше. Я жутко волновалась, когда предстояло выйти в эфир, а мне не нравилось нервничать весь день. Может, это больше не мое?

Сейчас я с этим смирилась, стало легче. Тем, кто пытается подтолкнуть меня в этом направлении, я теперь говорю «нет». Меня долго унижали и заставляли делать то, чего я не хотела. Больше я на подобное не соглашаюсь. Если вы приготовили мне милую эпизодическую роль в забавном телешоу и на съемки у меня уйдет пара дней, это одно, но восемь часов кряду оценивать других людей с нескрываемым скептицизмом? Нет, спасибо. Это мне ненавистно.

Мы с Джейсоном обручились. Он помог мне через многое пройти. Но в 2012 году, вскоре после того, как он стал моим соопекуном, мои чувства к нему изменились. Сейчас я осознаю, что из наших отношений исчезла романтика, так как он был тесно связан с организацией, полностью контролирующей мою жизнь. В какой-то момент я поняла, что больше его не люблю, хотя по-прежнему хорошо к нему отношусь. Я перестала спать с ним в одной комнате, предпочитая лежать в обнимку с детьми. У нас была сильная связь. Я буквально закрыла дверь перед носом Джейсона.

Мама говорила: «Это отвратительно».

«Извини, ничего не могу с собой поделать. Я его больше не люблю».

Он разорвал помолвку, но мне было все равно, я его разлюбила. Он написал мне длинное письмо и исчез. Когда наши отношения закончились, он перестал быть моим соопекуном. Мне казалось, у него что-то вроде кризиса личности. Он вплел цветные пряди, ходил на пирс Санта-Моники и каждый день катался на велосипеде с кучей татуированных парней.

Хей, я это понимаю. Сейчас, когда мне самой за сорок, я переживаю кризис идентичности. Думаю, тогда просто настало время каждому пойти своей дорогой.

Гастроли под опекой были строго трезвыми, пить нам не разрешалось. Однажды мы с Кристиной Агилерой работали с одной группой подтанцовки, и как-то мы с ребятами встретили Агилеру в Лос-Анджелесе. Вид у нее был потрепанный. Мы с танцорами плавали в красивом бассейне и сидели в джакузи. Было бы неплохо пропустить с ними по бокальчику, повеселиться, пробудить бунтарский дух. Но мне не позволили – под опекой моя жизнь напоминала церковный лагерь воскресной школы.

В каком-то смысле меня снова превратили в подростка, в девчонку. Иногда я чувствовала себя загнанной в угол разъяренной женщиной. Из-за того, что у меня отобрали свободу, приходилось переключаться между маленькой девочкой, подростком и женщиной. Как я могла себя вести как взрослая, если со мной обращались как с ребенком? Я регрессировала и вела себя как маленькая девочка. Мир не оставил мне шанса вести себя соответственно возрасту.

Во мне долгое время подавляли женщину. На сцене я должна быть развязной женщиной, остальное время – роботом. Меня лишили тех прекрасных жизненных таинств – основных грехов потворства желаниям, приключений, которые и делают нас людьми. Меня хотели лишить уникальности и сделать все процессы моей жизни механическими, поставить их «на автомат». Для меня, как артиста, это означало смерть творчества.

Снова оказавшись в студии, я записала с will.i.am классную песню – Work Bitch. Но не многими композициями я гордилась, вероятно, потому, что они мне не нравились.

Я была деморализована. Казалось, отец выбирал для записи самые темные и уродливые студии. Некоторым нравилось считать, что я этого не замечаю. В подобные моменты я чувствовала себя загнанной в угол. Создавалось ощущение, что меня подставили. Наживаясь на моем страхе, происходящее превратили в драму, что, в свою очередь, делало меня несчастной, поэтому враг всегда побеждал. Я понимала, что нужно работать, мне хотелось создать альбом, которым я буду гордиться. Но я словно забыла, что на многое способна.

После передачи X Factor менеджер предложил мне дать серию концертов в Лас-Вегасе. Я подумала: «Почему бы и нет?»

Мне не хотелось записывать музыку. Былая страсть ушла. Запал исчез. Я перегорела.

У меня было двое детей. Я пережила срыв. Родители распоряжались моей карьерой. Что мне было делать? Поехать домой?

Поэтому я согласилась.

Я отправилась в Вегас, как и все, – в надежде сорвать джекпот.

35

Мне нравился сухой жаркий климат Лас-Вегаса. Нравилось, что там все верили в удачу и мечту. Мне всегда было хорошо в этом городе, даже когда мы с Пэрис Хилтон, скинув туфли, бегали по казино. Казалось, это было в прошлой жизни.

Серия моих концертов начиналась сразу после Рождества 2013 года. Мальчикам было семь и восемь лет. Поначалу все шло отлично.

Было волнительно оказаться на сцене Вегаса. Мне постоянно напоминают, что мои выступления сыграли важную роль в жизни бульвара Стрип. Говорили, что благодаря моим шоу молодежь снова потянулась в Город грехов, и ландшафт развлечений в Лас-Вегасе изменился.

Фанаты придавали мне столько энергии, и благодаря их поддержке я отлично справлялась. Я обрела уверенность в себе, какое-то время все было хорошо – насколько это возможно при таком жестком