Программа - Сьюзен Янг

 - Он это и с другими делал, ведь так? – спрашиваю я.

Риэлм кивает и потом смотрит на меня со страдальческим видом.

 - Я думаю, это происходило уже какое-то время.

Я сжимаюсь от отвращения, когда думаю о девушках, которые занимались сексом с этим уродом, и даже не могу поверить, что позволила прикоснуться к себе. Я просто хотела сохранить свою жизнь. Сохранить себя. Я чувствую себя оскверненной и очень глупой и откидываюсь на спинку стула, обняв себя руками.

 - Знаешь, она не работает, - говорит Риэлм. – Таблетка, которая блокирует воспоминания. Если воспоминание находится вне контекста, оно не вернется и не будет иметь смысла. Тебе не следует принимать ее.

Я вздрагиваю, как будто мне дали пощечину. Я позволила Роджеру прикоснуться ко мне, и теперь я не получила то, что мне обещали. Все было зря. Я сделала это зря.

 - Она не работает? – говорю я напряженным голосом. Риэлм качает головой. Мой мир практически рушится. Моя единственная надежда исчезла. Я поставила все на то, чтобы сохранить воспоминания. И я по-настоящему потеряна.

 - Тебе нужно дать таблетку мне, - говорит он.

 - Я не могу, – тихо говорю я. – я уже приняла ее.

Лицо Риэлма вспыхивает от гнева.

 - Идиотка, - говорит он, - ты могла умереть.

Я в шоке опускаю глаза. Грубые слова Риэлма ранят меня. Я хочу встать, но он быстро хватает меня за руку.

 - Прости, - говорит он, – я не хотел это сказать. Пожалуйста, не уходи. Я просто расстроен, Слоан.

Он замолкает, и когда я, наконец, поднимаю глаза, он вздыхает.

 - Прости, - повторяет он, и его пальцы выскользают из моих. – Давай просто сменим тему, ОК?

Мне больше особо некуда пойти, так что я просто молча сижу.

 - Без разницы, – говорю я. Риэлм всегда так благожелательно относится к Программе, с такой готовностью позволяет им забирать его пошлое. Но это не для меня. Я не хочу меняться.

Риэлм двигается на кровати, поправляет одеяло.

 - Посидишь со мной? – спрашивает он. Я киваю и, поставив колено на кровать, забираюсь к нему.

 - Все будет хорошо, - тихо говорит он. – Уже почти все.

Я пристально смотрю на него. Кажется, что из меня вышел весь воздух.

 - Это все, чего я должна ждать? Того момента, когда я стану пустой?

Он печально улыбается.

 - Как только ты забудешь, больно не будет. Это – единственное, что может сейчас нас спасти.

Он наклоняется и прижимает свой лоб к моему, шепчет.

 - Мы не можем так дальше жить. У тебя здесь огромная дыра.

Он прикладывает ладонь к моему сердцу, это прикосновение интимное, оно почти успокаивает. Никакой романтики, никаких бабочек у меня нет к нему этих чувств. Но это прикосновение помогает мне почувствовать себя человеком. Живым человеком.

 - Я не знаю, справлюсь ли я, - говорю я, закрывая глаза.

 - Ты сможешь. Ты же справлялась до этого момента. И, черт возьми, ты же не мертва, правда?

Он отодвигается назад и берет меня за подбородок, заставляет меня просмотреть на него.

 - Теперь я хочу, чтобы ты обняла мен, - шутит он, прижимаю меня к себе. И мы сидим, опершись о подушки.

 - Хорошо, что мы оба тут, - продолжает он и играет с моими волосами. – А то бы мне пришлось прижаться к сестре Келл.

Я смеюсь и кладу руку ему на грудь, там, где сердце. Я удивлена тем, как быстро оно бьется.

 - Нервничаешь? – спрашиваю я.

 - Ну, я в постели с очаровательной девушкой. Я думаю, эту реакцию я не могу контролировать.

Я сажусь, и Риэлм двигается, чтобы растянуться ничком. Я опираюсь на локоть и смотрю на его лицо. Синяк у него под глазом поблек, и кожа выглядит здоровее, чем в первый день, когда я его встретила. Шрам вокруг его шеи зажил, и мне становится интересно, насколько он старый. Я провожу указательным пальцем по розовой линии, и он задерживает дыхание, его темные глаза встречаются с моими.

 - Все еще болит? – спрашиваю я.

Риэлм облизывает губы, отвечает неохотно.

 - Каждый день.

Я замираю, мой палец под его подбородком.

 - И у меня, - отвечаю я.

Риэлм тянется ко мне, чтобы обнять меня, и я не отталкиваю его. Я так одинока, так сломлена, что не думаю, что меня можно починить. Если я буду с кем-то, может, это поможет мне забыться на какое-то время. Риэлм хорошо ко мне относится. Он мой друг.

Но когда он тянется ко мне, что-то во мне колышется. Когда его губы готовы коснуться моих, я отворачиваюсь, из-за чего они касаются моей щеки.

 - Я не могу, – бормочу я. Риэлм – не мой парень. Он не Джеймс.

Я закрываю глаза и кладу ему голову на грудь, обнимаю его, надеюсь, что он меня не отошлет. Прямо сейчас я не хочу быть одна. Риэлм сразу начинает извиняться, но я его останавливаю.

 - Это не ты. Я.. Я С Джеймсом, - говорю я ему, не знаю, может, это жестоко. – Я его люблю.

Риэлм ложится поудобнее, но не отталкивает меня. Вместо этого заключает меня в объятия.

 - Я понимаю, - шепчет он.

 - Я собираюсь снова его найти, - говорю я, по большей части себе. Программа не может стереть Джеймса из моего сердца. Я знаю, они не смогут.

 - Если так уж суждено… - говорит Риэлм, точь в точь как моя мать. Но я чувствую его боль. Я не отвечаю и просто позволяю ему держать меня, зная, что мне не следует быть здесь. Но никто так и не заходит, чтобы заставить меня пойти в свою палату. И когда я начинаю засыпать, я чувствую, что чувство вины прошло, пусть даже на секунду.

Моя немота больше не гнетет меня.

Часть 2. Глава 11

Я просыпаюсь и смотрю на ярко-белые стены. Я лежу в постели, в своей палате, одна. После того, как я заснула у Риэлма, я проснулась где-то в три часа утра и дошла до своей кровати, чувствуя себя опустошенной.

Когда я захожу в столовую, Риэлм ждет меня за столиком с глупой ухмылкой на лице. Его друзья свистят, когда я подхожу к ним, в лимонно-желтой пижаме, держа в руках поднос с яичницей. Риэлм толкает Шепа локтем в грудь.

 - Вали отсюда, чел.

Но его улыбка выдает его чувства.

 - Что происходит? – спрашиваю я, когда сажусь рядом с ними. Меня не волнует, сплетничают ли они обо мне ничуть. По крайней мере, так они точно не приударят за мной. А после Роджера, я надеюсь, что никто и не станет.

Риэлм пожимает плечами.

 - Может, они заметили девушку, которая заходила вместе со мной в мою палату прошлой ночью. Если они поняли, что это была ты и подумали, что между нами что-то есть, я не виноват.

 - Ты не отрицал этого?

 - Не-а. И это также не моя вина. Тебе надо было надеть маску, если ты не хотела, чтобы тебя заметили.

Риэлм протягивает руку и открывает для меня пакет с молоком, а потом продолжает рассеянно есть яичницу. Я смотрю на молоко, думаю, что то, что он открыл его очень мило, хотя и немного по-собственнически.

 - Я хотела спросить, - говорю я, - как долго тебе еще тут быть?

Риэлм замирает, но не поднимает глаза.

 - Две недели. А тебе после этого останется еще полторы недели.

Меня начинает охватывать паника, мне трудно дышать.

 - Полторы недели – это очень долго.

У меня дрожит голос, и внезапно я прихожу в ужас от того, что буду тут совсем одна. Буду совсем одна, и рядом со мной не будет никого, кроме незнакомцев. И Роджера, который теперь точно зол.

 - Сладенькая, - говорит Риэлм, - все будет хорошо.

 - Да нет же, - шепчу я, - я все забуду. А еще Роджер – что насчет него? Что он сделает, когда я не смогу ему сопротивляться?

Риэлм меняет положение.

 - Роджер больше не будет беспокоить тебя. Обещаю. Я ему не позволю.

 - Тебя здесь не будет.

Риэлм смотрит на меня искоса с ужасно серьезным лицом.

 - Я даю тебе слово, что я ему не позволю. Меня не заботит, что для этого придется сделать, он больше тебя не тронет.

Он говорит, как будто точно сделает это. Хотя я напугана, что с ним может что-то случиться, Риэлм просто улыбается, из-за чего моя тревога улетучивается.

Потом он наклоняется и легонько целует меня в щеку, его поцелуй пахнет завтраком, и возвращается к еде.

* * *

Доктор Фрэнсис снова осматривает меня и говорит, что я набрала фунт. Он с довольным видом корректирует мою дозу лекарств, говоря, что я делаю такие успехи в выздоровлении, что он, наконец, может снизить дозу. Я хочу верить ему, но не верю. Ведь он все-таки работает на Программу.

Осмотрев меня, он направляет меня в кабинет доктора Уоррен. Она, кажется, рада меня видеть. Ее волосы собраны в высокий девчачий хвост, вместо костюма – цветная блузка.

 - Вы выглядите жизнерадостно, - бормочу я, входя.

 - Думала, тебе понравится перемена. Нам понадобится Мэрилин сегодня? – она подталкивает ко мне бумажный стаканчик.

 - Ага.

Я вижу ее напряжение, но она просто машет рукой и заходит медсестра, он крепко меня держит, пока колет меня иглой. На этот раз проходит не так много времени, пока мои порывы бороться иссякнут. Я думаю, что дозу увеличили, а не уменьшили, как обещал доктор Фрэнсис. Либо это, либо у меня осталось меньше воспоминаний, чтобы присоединить к ним лекарство. Я усаживаюсь на стул.