Программа - Сьюзен Янг

У меня по щекам текут слезы, и я смотрю вниз, на предмет, в котором скрыто столько информации. Жизнь. Потеря. Прямо сейчас у меня есть все, что нужно. У меня есть Джеймс. Мы сможем убежать. Но все это может оказаться ложью, веревочкой, за которую они тянут, чтобы перепутать все.

Смогу ли я жить со знанием того, что случилось с Брейди в тот день? Мы с Джеймсом были там, но не помешали этому. У меня порез на запястье. И то, как мама смотрит на меня, с беспокойством, как будто знает что-то... Господи, что если я была ужасным человеком? Может... может, поэтому я хотела умереть. Может, поэтому и Джеймс хотел умереть.

У меня с губ слетает слабый стон, и я роняю таблетку обратно в пакетик. Я хочу раздавить ее под каблуком, но боюсь, что потом передумаю. Так что я складываю пакетик и сую его в задний карман джинсов. Я не приму ее, но и не уничтожу. Пока что.

И, когда я так решаю, у меня разбивается сердце. Я прощаюсь с той, кем я была раньше. И кем я никогда больше не стану. Люди, которых я знаю, теперь другие. Некоторые изменились, как я, другие мертвы. Знание о них может принести еще больше боли. Больше страданий.

Я скучаю по Риэлму и рада, что не помню того, что он не хочет, чтобы я помнила. Так я запомню его как своего друга и своего героя. В этом нет ничего плохого.

Это — единственный выход.

Я распрямляюсь и смотрю на подъездную дорожку, где в машине сидит Джеймс, который безумно меня любит. Любит такой, какая я есть сейчас.

Мы встретимся с Лейси и Кевином и сбежим, начнем все сначала в другом месте. Мы оставим родителей, прежнюю жизнь. Но самое главное, мы сбежим от Программы.

И, пока я иду к машине, с таблеткой, надежно спрятанной в кармане, я думаю, что Риэлм, возможно, ошибался. Что Джеймс — не единственный смутьян, не единственный, кто хочет поучаствовать. Не единственный, кто хочет бороться.

И с этой мыслью я начинаю все сначала и думаю, что иногда... единственное, что есть — это настоящий момент.

Эпилог — две недели спустя

Девочка останавливается у двери в комнату отдыха. В голове у нее шумит от последней дозы лекарств, и она устало смотрит на обработчика у двери. Больница Роузбург переполнена, забита людьми, и девочка вздыхает и поворачивается к медсестре рядом с ней.

- Я хочу в свою палату, - бормочет она.

Сестра Келл улыбается и, с заботливым лицом, поправляет светлые, с рыжеватым оттенком, волосы девочки.

- Почему бы тебе с кем-нибудь не познакомиться, Эллисон? Это пойдет на пользу для твоего выздоровления.

Элли фыркает.

- Для моего выздоровления пойдет на пользу, если я поеду домой!

Голос у нее громкий, и несколько пациентов и обработчиков поворачиваются к ней. Элли замечает парня за столом, который держит во рту соленую палочку, как сигару, и смотрит на нее.

- Уильям, - тихо говорит сестра Келл, - я думаю, мне нужна помощь.

Голос у нее обрывистый и, когда Элли видит, что на нее указывают обработчику, она пятится назад.

- Нет, - быстро говорит Элли. - Простите. Я...

- А вот и ты, сладенькая, - раздается голос. Элли поворачивается и видит, как тот парень вынимает изо рта соленую палочку и берет ее за руку.

- Я думал, сегодня мы играем в карты? –  он широко открывает глаза, как будто хочет, чтобы она подыграла ему. Элли бросает взгляд на сестру Келл, и парень рядом с ней прочищает горло. Он мрачно смотрит на обработчика, и Уильям отступает назад, поднимая руки почти что извиняясь.

- Точно, - говорит Элли, крепче сжимая руку парня. - Простите, я опоздала.

- Ничего, - ухмыляется он, - но теперь ты мне должна.

Он кивает медсестре, и она закатывает глаза, как будто он всегда выкидывает такие штуки. Потом этот парень ведет Элли к столу, где с картами сидят еще двое.

- А, ну тебя! - восклицает один из них и хлопает парня по руке. - Ты всегда стараешься притащить сюда девчонок, Риэлм.

- Ага, - отвечает он, - но посмотрите, какая она хорошенькая.

Он оборачивается и, подмигнув Элли, подвигает к ней стул. Она садится. При мысли о том, что ее снова бросят в изолятор, у нее колотится сердце. Ей хочется домой, но, похоже, отсюда выхода нет. Хотя этот парень... Он, похоже, что-то придумал. Хорошо, когда знаешь его.

Элли внимательно смотрит на него. Волосы у него покрашены в светлый цвет, лишь немного оттеняя его бледную кожу. Его темно-карие глаза очень добрые. Он крутой, хотя в таком месте ей не следует думать об этом. А на его шее она замечает зигзагообразный розовый шрам, который зажил, но выглядит все равно ужасно. Она немного сочувствует ему.

- Во что играем? - тихо спрашивает она.

- В «Ерунду», - отвечает Риэлм, - умеешь?

- Нет, - отвечает она.

- Хммм... - Риэлм смотрит на парней, - а как насчет «тупицы»?

Элли улыбается, вспоминает, как прошлым летом она учила маленькую сестру своей лучшей подруги играть в эту игру. Тем летом, перед тем, как ее лучшая подруга покончила с собой.

- Риэлм! - в комнате отдыха раздается резкий голос, и Элли изумленно смотрит на девушку, которая подходит к ним. Ее волосы выкрашены в оранжевый цвет, и она, похоже, слегка раскачивается. Элли думает, сколько же лекарств ей дали.

- Привет, Тэбби, - бормочет Риэлм.

- Ты сказал, что я могу поиграть! - голос у девушки сердитый, и потом она замечает Элли, которая сидит за столом. - А она почему здесь?

- Прости, - говорит Риэлм, касаясь руки Элли. - Все места заняты. В следующий раз, хорошо?

Элли думает, не стоит ли ей уйти. Ей жаль, что она занимает место девушки, которой явно нужно поиграть больше, чем ей. Когда она встает, она чувствует, как ее касается рука Риэлма.

- Сиди, - говорит он. Он встречается с ней твердым взглядом, и она садится.

После того, как другая девушка уходит, Элли кусает губу, ей нехорошо.

- Все в порядке, - говорит Риэлм, как будто прочитав ее мысли. - Табита всегда просится играть, но мы ей не разрешаем. Она с тобой не будет связываться. На самом деле, завтра она придет сюда и снова будет проситься.

Он понижает голос, наклонившись к ней.

- Быстросмерть, - шепчет он, - поэтому у нее потеря кратковременной памяти.

- А-а.

Элли ерзает на стуле, пока Риэлм тасует колоду и знакомит ее с Шепом и Дереком,  говорит, что они тут уже две недели, а выйдут через четыре. То же самое и у Риэлма. Но, кажется, им комфортно друг с другом, как будто они так сидели уже миллион раз.

Снаружи бушует ветер, и ливень стучит по стеклам, как будто смывает весь мир вокруг нее. Элли так себя чувствовала и раньше, даже сегодня, хотя доктор Уоррен и предупреждала ее, что с ней трудно, что если она не начнет сотрудничать, придется принимать меры. Но теперь, пока она смотрит, как эти парни играют в карты, ведут себя спокойно, как будто все хорошо, Элли размышляет, сможет ли она справиться. Сможет ли она победить Программу.

- Твоя очередь, Слоан, - говорит Риэлм, беря в рот еще одну соленую палочку.

- Элли, - она смотрит на него, - меня зовут Эллисон.

Она замечает боль, которая мелькает на лице Риэлма, замечает, как спокойствие исчезает с его лица. Но потом он смотрит на нее, снова с улыбкой.

- Прости, - говорит он, - мой лекарственный коктейль, сегодня, наверное, был особенно силен. Эллисон, - продолжает он, - твой ход.

Элли кивает и кладет свою карту, замечая, как беспокойно смотрят на Риэлма другие парни. Шеп одними губами говорит «заткнись», но Риэлм не отвечает. С легкой улыбкой на губах он смотрит за окно, на ливень.

Но когда игра подходит к концу, Элли уже кажется, что она придумала все напряжение, потому что парни смеются и называют друг друга тупицами. Все довольны, и все почти как во сне. Или, может, все из-за таблетки, которую сестра Келл заставила принять Элли. Она не знает.

Потом, когда Риэлм спрашивает, можно ли ему проводить Элли до «дома», она смеется и впервые за очень долгое время чувствует, как в ней просыпается надежда.