СССР-2061. Том 9 - СССР 2061

Основная часть подготовки к исследованиям была проведена еще на «Зевсе». Теперь же, когда наш космический корабль лег на свою орбиту вокруг планеты, нам предстояло в нужный момент активировать и запустить в открытый космос все четыре спускаемых аппарата. Пеших прогулок по спутникам не планировалось, всю работу должна была выполнить автоматика.

«Аркад» и «Гефест» коснулись Каллисто и Ганимеда, настроились на прием сигнала с «Юрия Гагарина» и «Зевса», развернули свои модули. Были успешно проверены все портативные атомные реакторы, затем десятки небольших строительных роботов выехали на твердую поверхность спутников и начали сооружение специальных строений, которые послужат в качестве складов для взятых проб грунта и атмосферы. Также роботы должны были подготовить место для готовящегося в будущем приземления человека на эти спутники. Высадка на них планируется к 2070 году, когда будут проведены их обширные исследования. За 9 лет необходимо было завершить большой цикл подготовительных работ для их освоения. Доставлять строительные материалы планируется с Земли на грузовых космических судах с определенной периодичностью, когда Земля и Юпитер сближаются друг с другом.

У меня дух захватывало от масштабности нашего проекта. Речь идет о возможном расселении человечества на множестве объектов Солнечной системы. Еще совсем недавно это воспринималось как фантастика, как вопрос очень отдаленного будущего. А сейчас… Сейчас мы уже на Марсе, в поясе астероидов, скоро будем жить около Юпитера – великолепный рывок вперед.

Я мечтал побывать на Европе! Прикоснуться к ней (впрочем, этого точно не удастся сделать), увидеть отражение Юпитера на ее льду. Там, на большой глубине, скрывается огромный океан, где, вероятно, присутствует жизнь! Не окаменелые остатки микроорганизмов, что были обнаружены на Марсе, а полноценная биосфера – новый мир, скрытый от наших глаз!

Вне всяких сомнений, часть европейских запасов воды затем будет использоваться для снабжения космических колоний, так что цель нашего появления здесь является и научной, и практической одновременно. Мы должны осуществить проект по созданию скважины, которая пронзит толщу льда в наиболее подходящем месте, и благодаря этому будут взяты пробы жидкой воды. Само бурение должно было продлиться несколько лет, но к 70-му году люди должны будут точно узнать, есть ли жизнь в этом месте.

Я испытывал сильное волнение, не мог найти себе место, и только закрепившаяся за мной привычка не поддаваться на эмоции позволяла методично работать, внешне сохраняя относительное спокойствие.

«Минос» успешно приземлился (хотя, можно ли использовать это слово применительно к посадке не на Землю?), проделал схожие с «Гефестом» и «Аркадом» операции, выпустив на лед своих роботов. «Радамант» же представлял собой буровую установку.

На карте Европы, составленной с высокой точностью, ученые выбрали точку, в которой, по их мнению, лед был наиболее тонким. Таким местом оказалась одна из глубоких трещин, прорезающих поверхность спутника. По всем расчетам выходило, что толщина льда в данной местности составляет всего три километра. В остальных точках лед был толще и прочнее.

«Радамант» садился в очень опасном месте: была велика вероятность, что он перевернется при посадке, задев своим корпусом за какой-нибудь ледяной выступ. Мы аккуратно управляли спуском аппарата и, в конечном счете, посадка прошла без происшествий. Далее над аппаратом развернулся специальный купол, накрывший место бурения. Место оказалось выбрано удачно, купол встал правильно.

Необходимо было сделать главное – то, зачем мы сюда и прилетели – запустить буровую установку, чтобы впоследствии получить пробы воды. Бурение льда – очень трудоемкое и опасное занятие, при создании многокилометровых скважин невозможно обойтись только одним методом бурения, поэтому «Радамант» нес на своем борту огромное количество специального оборудования. Спустившийся на Европу космический аппарат являлся настоящим произведением инженерного искусства. Компьютер, управляющий буровой установкой, должен был, исходя из обстановки, принимать решение о том, как действовать в той или иной ситуации. Если на скважине возникнут серьезные неполадки, то устранить их в автоматическом режиме будет крайне трудно, поэтому необходимо было предусмотреть буквально все возможные ситуации.

Но на Марсе или на родной нам планете иметь дело с такими условиями не приходилось, подобное бурение в космосе производилось впервые – как тут можно предусмотреть все?

В течение недели на месте посадки «Радаманта» проводилась подготовительная работа. Потом, когда прочность и герметичность купола были проверены, началось размещение аппаратуры и инструмента для бурения. Это заняло еще четверо суток. Все это время параллельно велась запланированная работа и на двух других спутниках.

На Каллисто и Ганимеде нас, я в этом был уверен, ждали не менее значимые открытия, для колонизации эти объекты годятся значительно больше, чем Европа, но, два крупнейших спутника Юпитера как бы остались в стороне, отодвинутые теми событиями, что происходили по соседству с ними.

Время шло томительно долго. На Ганимеде вовсю монтировались площадки для хранения пород. Гусеничные роботы начали обследовать прилегающую местность. На Каллисто велось сооружение небольшой автоматической исследовательской станции, которая должна была с близкого расстояния заниматься изучением спутников Юпитера. Здесь был низок уровень радиации и также имелся в наличии водяной лед. Все эти события имели грандиозное значение для науки, но мои мысли были прикованы только Европе.

Наконец, пришла пора приступать к монтажу бурового снаряда. При подготовке к экспедиции мои представления о создании глубоких скважин сильно усложнились. Оказалось, что при бурении льда возникает множество тонкостей и нюансов, по сравнению со «сверлением» грунтов и горных пород. Наверное, о технологии бурения больше всех может рассказать Молли, мне до его знаний в этой области далеко. Но я знал, что первым этапом в поисках воды должно было стать термобурение.

Подготовка к началу создания скважины казалась бесконечной, хотя на самом деле велась в максимально сжатые сроки.

И вот, когда нам оставалось провести на орбите вокруг Юпитера буквально несколько дней, произошел случай, о котором я, собственно, и хочу рассказать подробно.

Проснувшись в своей маленькой каютке, которую я занимал на пару с Нойвертом, я по привычке протер глаза. Положенные мне 7 часов сна закончились. Я встал, немного размялся, быстро позавтракал и побежал по узенькому коридору в отсек, где мы с Джеймсом управляли работой аппаратов. Он уже находился там, и вид у него был крайне мрачный. На мой вопрос, что случилось, он ответил:

— Какие-то проблемы в цепи питания установки, — сказал он, не отрываясь от экрана монитора, — Никак не пойму, что произошло.

Я подошел к пульту управления. На большом экране отображалась картинка с камер всех десяти роботов, которые производили монтаж буровой установки. Каждым роботом при необходимости можно было управлять вручную, чем сейчас и занимался Джеймс. Когда одному из роботов поступал сигнал перейти на ручное управление, остальные девять аппаратов автоматически останавливали свою работу и ждали поступления им отдельной команды. Таким образом, подготовка к началу создания скважины остановилась, поскольку роботы застыли в ожидании.

— По-моему, где-то перебит кабель, но я не нашел где, — грустно изрек Джеймс, — Пока не починим его, не сможем работать дальше.

Молли при помощи манипулятора управлял одним из роботов-строителей. Он обследовал буровую установку сантиметр за сантиметром, силясь отыскать поломку. Я присоединился к его поискам. Вместе мы начали разбираться, на какую техническую проблему указывали признаки.

На поиск и починку неисправности у нас было 3–5 дней, не больше, затем нам необходимо было улетать, ведь запасы топлива на корабле не были бесконечными. Пока мы мучаемся здесь, «Зевс» на большой скорости уносится прочь от нас.

В первые сутки поиск неполадки не дал результатов. Странно, но ни один датчик не сигнализировал о неисправностях, все они горели зеленым или синим цветом, но при попытке начать бурение под направление и опустить в отверстие специальную трубу выдавалось предупреждение: «Невозможно выполнить действие. Недостаточная мощность». При этом с атомным реактором, от которого питалась установка, все было в порядке.

Белов и Нойверт занимались строительством на Каллисто и Ганимеде – там все шло более или менее успешно, серьезных поломок не случилось, только всякая мелочь. Перед нами двоими капитан поставил задачу разобраться в том, что произошло на Европе. В первую очередь поставленная задача касалась меня, так как именно я являлся специалистом по части автоматики и электроники.