Убийство на скорую руку - Бретт Холлидэй

– Пока нет,– безнадежно сказала она.– Я пыталась задавать вопросы, ведь он может двигать правой рукой. Но похоже, что связь между мозгом и мышцами руки отсутствует. Я убеждена, что мозг не поврежден, какого бы мнения не придерживались врачи. Иногда он узнает меня. Жутко видеть, как он смотрит на меня – словно пытается что-то сказать. О чем вы хотели спросить его?

Шейн не ответил. Они вышли на зеленую лужайку перед песчаным пляжем.

– Судя по всему, сегодня утром у вас не возникло трудностей в обращении с люгером,– неожиданно сказал Шейн.

– Что вы хотите этим сказать? – недоуменно спросила Роза.– Я собралась с силами, нажала курок, и эта штуковина выскочила у меня из рук. Я не шучу. Она подпрыгнула и перелетела через мое плечо. Я смогла сделать лишь один выстрел, но вы оказались правы: тот тип снаружи нервничал так же, как и я. Он не стал выяснять, что случилось с его приятелем. Полицейская машина разъехалась с ним на дамбе. Вы узнали, куда он поехал?

– Да. Я скажу вам об этом через минуту.

– Майк, я думаю, мне стоит сказать… В общем, мне очень неудобно за свое поведение, когда вы влезли в дом через окно в ванной,– Роза потрогала покрасневшее лицо и, отвернувшись, взглянула на воду.– Я думала, что вы… Сейчас это, конечно, звучит глупо, но я надеюсь, вы не…– она замолчала, окончательно запутавшись.

Шейн улыбнулся.

– Довольно об этом,– сказал он.– Нам пора заняться более важными вещами.

Роза искоса взглянула на него.

– Конечно, мистер Шейн,– прошептала она.

Они сели на деревянную скамейку у самого края лужайки.

– После того, как мы расстались, я кое с кем виделся,– сказал Шейн.– Но сначала я хотел бы задать вам несколько вопросов. Не пытайтесь понять, зачем я их задаю. Просто отвечайте, и посмотрим, что из этого выйдет.

Он закурил и поднес огонь зажигалки к ее сигарете.

– Звучит разумно,– заметила Роза.

– Начнем с ограбления. Ваш муж мог при каких-либо обстоятельствах познакомиться с Сэмом Харрисом или с Фредом Милбурном? Роза покачала головой.

– Не могу утверждать определенно насчет Джорджа, но я абсолютно уверена, что раньше ничего о них не слышала.

– Сколько зарабатывал ваш муж в последний год?

– Пять тысяч шестьсот. Он быстро продвигался вперед, будучи зятем президента правления. Правда, у отца своеобразные взгляды на этот вопрос – может быть, несколько старомодные. Он всеми силами давал понять, что не потерпит у себя любимчиков. Однажды он даже обошел Джорджа с повышением, которое тот вполне заслужил. Но Джордж любил работу, безотносительно к зарплате или должности. Он был очень сговорчивым человеком и позволял обходить себя. Его это не волновало.

– В то время вы жили отдельно от отца?

– Да, у нас была собственная квартира. Мама была еще жива, но практически не выходила из больницы. Это были плохие времена для всех нас.

– Вам с Джорджем хватало денег, которые он зарабатывал?

– Но почему… Ах да, мне же не следует задавать вопросы. Иногда нам хватало в обрез, Майк. Нам приходилось занимать у отца, но мы всегда отдавали ему долг при первой же возможности.

– Ваш брак был счастливым?

– Да, очень счастливым,– тихо ответила Роза.

– У Джорджа не было других женщин?

– Нет. Определенно – нет,– она в упор взглянула на Шейна.– Как бы то ни было, я хочу задать вопрос. Предполагаете ли вы, что Джордж мог иметь отношение к ограблению?

– Совершенно верно. Но это не обязательно должно быть правдой. Когда у человека соответствующая работа и слишком мало денег, чтобы сводить концы с концами, такие вещи случаются сплошь и рядом. Я вовсе не уверен, что так все и было, но предположение нельзя отвергать с ходу.

– Иногда могут случаться странные вещи, Майк,– задумчиво сказала Роза.– Но я никогда не поверю, что смогла так ошибаться. Мы были женаты три года. Мы были так же близки друг с другом в последние дни, как и в первые дни медового месяца. Свободное время мы проводили вместе. Где и когда он мог встретиться с другой женщиной? На утреннем перерыве за чашкой кофе? В банке нет даже перерывов на кофе. Наша чековая книжка всегда была у меня. Я знала все расходы и доходы до последнего пенни. Кроме того, я знала Джорджа.

– Расскажите, мне еще раз: почему он работал сверхурочно той ночью?

– Это был какой-то горящий отчет, и Джордж был единственным, кто мог разобраться с бумагами. Думаю, теперь никто и не помнит, о чем там шла речь.

– Подобные отчеты не были регулярными?

– Если бы они были регулярными, то я бы, наверное, заподозрила, что Джордж связался с другой женщиной,– Роза рассмеялась.– Но вообще-то он был чем-то озабочен, а такое с ним случалось редко. В те дни у нас было плохо с финансами, а отец тратил почти все наличные деньги на оплату маминых больничных счетов. Вероятно, поэтому Джордж и беспокоился; я не могла даже заставить его улыбнуться. Он ходил мрачный, рассеянный, однажды мы чуть не поссорились. В таком настроении его могла выбить из колеи любая плохая новость.

– Он принадлежал к какому-нибудь профсоюзу?

– Нет, он поступил в банк сразу после службы в армии, а там нет никаких профсоюзов.

– Вам известно имя Гарри Плато?

– Только имя, ничего больше. Шейи выбросил окурок в траву.

– А Люк Куинн? Он сейчас занимает высокий пост в международном профсоюзе транспортников, а раньше был главой отделения профсоюза в Майами.

– Люк Куинн…– задумчиво сказала Роза.– Такой серьезный мужчина?

Шейн кивнул.

– Ему около тридцати пяти лет. Сейчас он носит очки и больше похож на диктора телевидения, чем на профсоюзного лидера.

– Думаю, я его видела. Однажды собрался благотворительный комитет с представителями от деловых кругов, профсоюзов, клуба Кивани и так далее. Отец был председателем, и встречи иногда проходили у него дома. Помнится они поделили город на секции, как при военной операции. Отец был очень доволен, когда им удалось собрать много денег.

– Вернемся в настоящее,– сказал Шейн.– Ваш отец говорил с вами перед тем, как собрался идти к Пэйнтеру?

– Мне стыдно об этом говорить, Майк, но в тот день мы с ним поссорились. Не то чтобы мы вообще не говорили друг с другом: мы разговаривали очень холодно. Ему очень не понравилось, что я захотела помочь Норме. Он вызвал такси, надел шляпу и направился к выходу. Он даже не сказал мне, куда он уходит.

Шейн ущипнул себя за мочку уха.

– Я знаю, Роза: вы наверняка думали о том, что произошло сегодня утром,– сказал он.– Вы пришли к какому-нибудь выводу?

Она покачала головой.

– Я долго говорила с лейтенантом Уингом; мы делали самые различные предположения, но так ничего и не придумали. Имя Кола мне ничего не говорит. Я никогда не была в Балтиморе и никого там не знаю. Все это очень странно, и я благодарна за то, что мне сегодня выделили охранника. Но что все-таки происходит, Майк?

– Все быстро идет к закономерному окончанию,– сказал Шейн.– Во-первых, близится день казни, но дело не только в этом. Завтра профсоюз транспортников проводит выборы официальных лиц, и это может оказаться важным, хотя я пока и не знаю, каким образом. Следующее место моего назначения – отель«Сент-Олбанс»; должен сказать, на этой неделе там не стоит показываться порядочным женщинам. Я отвезу вас в какой-нибудь незаметный отель, где вам нужно будет зарегистрироваться под другой фамилией.

Роза с испугом взглянула на него.

– Майк, вы пугаете меня,– сказала она.– Я не хочу оставаться одна в отеле.

– Уинг направит к вам другого детектива,– сказал Шейн.– Правда, у телохранителей есть один недостаток: с одной стороны, они вас охраняют, а с другой – привлекают к себе внимание. Вам лучше на время исчезнуть. Я сделаю так, что никто не сможет узнать, где вы остановились.

– Вы лучше меня разбираетесь в подобных вещах,– с сомнением в голосе сказала Роза.– Но одно я могу сказать точно: уснуть я не смогу. Перед тем, как мы поедем, я хочу еще раз повидаться с отцом.

Шейн задумчиво глядел на зеленую лужайку. Связующее звено было где-то рядом, и многое зависело от того, как быстро удастся его отыскать. В таком большом городе, как Майами, нетрудно спрятать Розу в совершенно безопасное место, если она будет следовать нескольким простым инструкциям. Шейн беспокоился за Питера Пэйнтера. Роза говорила с Пэйнтером, и к ней подослали убийцу. Фред Милбурн говорил с Пэйнтером, и его убили.

Чем дольше он размышлял, тем более мрачной казалась ситуация. Наиболее конструктивная идея – пригласить Джо Уинга со взводом полиции и произвести обыск в правлении профсоюза транспортников – была далеко не блестящей, но другие идеи были еще хуже. Обыск и допрос? Но Шейн не знал, что следует искать, какие задавать вопросы. Чиновники профсоюза – не новички, их не смутит вид полицейских значков.

Он зашел вместе с Розой в приемную госпиталя. Она вымученно улыбнулась и начала подниматься по лестнице; Шейн опустился в кресло. В те времена, когда здание госпиталя было частным особняком, здесь была жилая комната. Вдоль стен стояли удобные кресла и диваны. Несколько пожилых мужчин в дальнем конце помещения смотрели телевизор, молодой врач беседовал с женщиной – вероятно, родственницей одного из пациентов. В маленькой смежной комнате, превращенной в служебный кабинет, молодая девушка отвечала на телефонные звонки.