Убийство на скорую руку - Бретт Холлидэй

– Я сдаюсь,– сказал он.– Я не в силах предугадать, как поведет себя старина Пит, даже если бы он посвятил меня в свои планы.

– А тебе не кажется, что он мог заподозрить ложь в показаниях Милбурна? Милбурн и Харрис были друзьями. Они могли пойти на крупное дело вместе. Мне с самого начал не верилось, что Харрис был способен ограбить банк в одиночку. Теперь о деньгах,– шериф перестал улыбаться и наклонился вперед.– Милбурна нашла для тебя миссис Харрис. Я не хочу бросать тень на женщину, но не кажется ли тебе, что ее больше интересует судьба пропавших денег, чем судьба мужа? Судя по твоему рассказу, Майк, это именно так и есть. Она не просила тебя поднажать на Милбурна, чтобы тот раскололся?

– Ты ошибаешься, Вуди,– ответил Шейн, подавляя растущее раздражение.– Я не настаивал на разговоре с Милбурном наедине. Меня должен был сопровождать Джо Уинг.

Шериф Смит несколько секунд глядел на Шейна, покусывая нижнюю губу.

– Не обижайся, Майк,– наконец сказал он.– Насколько я знаю, сейчас мы играем в одной команде. Мы с Джо Уингом уже поговорили об этом и пришли к полному согласию. Мы не ставим под сомнение твои слова. Но у нас обоих имеется сильное подозрение, что кое о чем ты умолчал.

Шейн вопросительно взглянул на Уинга.

– Не хватает нескольких деталей, Майк,– извиняющимся тоном сказал тот.

– Начальник тюрьмы сделал предложение – может быть, несколько эмоциональное, но, по крайней мере, определенное,– продолжал шериф.– Он думает, что тебя следует на денек посадить в одиночку на хлеб и воду. Он хочет промыть тебе мозги. Не надо понимать эти слова буквально; к тому же я сразу наложил вето на такое предложение. Насколько мне известно, промывать мозги Майку Шейну – одно из самых неблагодарных занятий на свете. Ты идешь своим путем, мы – своим, и давай надеяться, что все кончится мирно и хорошо. Но я хотел бы добавить парочку своих соображений.

– Только парочку, шериф? – спросил Шейн, сузив глаза.

– Только парочку, и я думаю, лейтенант Уинг согласится с ними,– шериф загнул указательный палец.– Итак, деньги. Премия от страховой компании за возвращенные деньги – это законный доход, и если государственные служащие вроде нас с Уингом не могут на нее рассчитывать, то это уж наши трудности. Но не пытайся наложить лапу на большее, чем законные деньги, Майк, иначе у тебя будут крупные неприятности.

Второе соображение касается Пэйнтера. Он попортил тебе немало крови, и мое отношение к нему вполне справедливо. Пока все это оставалось между вами, остальные могли наблюдать за вашими стычками и хохотать до упаду. Но теперь другое дело. Убит человек.

– Это мне известно,– сухо сказал Шейн.– Что вы хотели сказать насчет Пэйнтера?

– Не позволяй своим чувствам ввести тебя в заблуждение, больше ничего. Если хочешь, то можешь идти. Мы собираемся проверить показания Сэма Харриса в суде и внимательно рассмотреть детали ограбления в Алабаме. Убийством Милбурна мы будем заниматься параллельно. Будем вызывать этих ублюдков поодиночке и допрашивать. Между нами, я сомневаюсь, что мы чего-то добьемся, но попробовать стоит,– шериф сонно взглянул на Шейна.– А ты чем займешься, Майк?

Шейн улыбнулся.

– Сначала я займусь телефонными звонками,– сказал он.

– Логично. Кому же ты собираешься звонить?

– Для начала – своей клиентке. Дальше пока не могу сказать определенно, но я свяжусь с тобой или с Уингом, как только что-нибудь прояснится.

Шериф начал подниматься, но тут же откинулся назад с гримасой отвращения на лице и махнул рукой.

– Лучше уходи, Майк, а то у меня появилось желание принять предложение начальника тюрьмы. И поторопись с расследованием. Дело пахнет большими деньгами, и мы не хотим узнавать подробности из газет.

– Вы их узнаете от меня,– Шейн встал.– Где можно будет тебя найти, Джо? – обратился он к Уингу.

– Некоторое время я буду здесь, потом поеду в управление. Если отлучусь, то оставлю указания, где меня искать. Майк, я хочу присоединиться к словам шерифа. Если Милбурн сообщил Пэйнтеру какую-то информацию, а судя по всему, он это сделал, то Пэйнтеру грозит большая опасность. Нам не хотелось бы обнаружить его с ножом в спине.

– Зачем же так мрачно смотреть на вещи,– заметил Шейн.– Может быть, они воспользуются пистолетом.

– Майк…– угрожающим тоном сказал Уинг.

Шейн перестал улыбаться, как только он вышел из приемной. Остановившись на ступнях лестницы перед входом в тюрьму, он обвел улицу холодным и отрешенным взглядом. Итак, это случилось дважды. Его неизвестный противник потерпел неудачу с Розой Хеминуэй, но преуспел с Милбурном. Шейн мысленно пообещал себе, что третьего раза не будет.

Он вел машину с осторожностью, оглядываясь в поисках возможной слежки. Выехав на западную окраину Майами, он припарковал машину на стоянке, съел холодный сэндвич в кафе, купил сигарет, разменял пару долларов монетками по десять центов и направился к ближайшей телефонной будке. Телефон в доме Розы Хеминуэй молчал. Шейн набрал номер госпиталя, где лежал отец Розы.

– Мне кажется, я видела, как она вошла к нам, сэр,– сказал приятный женский голос.– Подождите, я сейчас соединю вас с дежурной по этажу.

Через несколько секунд Роза Хеминуэй подошла к телефону.

– Майк! Я не хотела уходить из дома, не дождавшись вашего звонка, но отец очень беспокоится, если я не прихожу к нему вовремя.

– Как его состояние?

– Все такое же. Но рано или поздно он поздоровается со мной, когда я войду. Он все время пытается что-то сказать.

– Где я могу встретиться с вами? – спросил Шейн.– Нужно обсудить кое-какие вопросы.

– Думаю, с этим трудностей не возникнет, Майк. Я буду ждать вас в приемной. Если там будут посторонние, мы можем выйти на улицу.

Сказав, что он приедет через полчаса, Шейн повесил трубку. Затем он высыпал на полочку кучу мелочи, раскрыл маленькую записную книжку и принялся методично набирать номера. Через пятнадцать минут все десятицентовики кончились; Шейну пришлось вернуться в кафе и разменять еще доллар.

За первые годы своей работы в качестве частного детектива, когда Шейну приходилось заниматься несколькими делами одновременно, вставать с первым лучом солнца и не ложиться до тех пор, пока не закроются бары, он завел множество знакомств в сумеречном мире, где люди живут за счет собственных связей и изворотливости и промышляют трудом, который не является работой в обычном смысле этого слова. Картежники, сутенеры, мелкие ростовщики – все они ненавидели работу с девяти утра до пяти вечера не меньше, чем тюремную решетку. Большинство из них за соответствующую мзду были готовы продать сведения, которые не попадают в газеты. Часы своего бодрствования они тратили на подглядывание и подслушивание в общественных местах.

Многие из этих людей все еще оставались друзьями Шейна, хотя он и не видел их с тех пор, как начал проводить вечера с Люси Гамильтон. Он не мог контролировать их, как полицейские контролируют своих платных осведомителей. Информацию ему предоставляли по двум причинам: во-первых, его уважали, а во-вторых, он никогда не скупился.

Очередным абонентом Шейна оказался Кинки Кинкейд, потрепанный завсегдатай холостяцких вечеринок. Звонок прервал его послеполуденный сон в тесной трехдолларовой комнатке дешевого отеля.

– Спейн? – сонно спросил он.– Ах, Шейн! Майк, мальчик мой, как твои дела? Если ты звонишь по делу, то я готов помочь: мне давно пора выкупить часы из ломбарда. Кстати, который сейчас час?

Шейн сообщил ему время.

– Ты хочешь узнать насчет Пэйнтера? – неожиданно осведомился Кинкейд.

– Верно,– удивленно сказал Шейн.– Ты можешь мне что-то сообщить?

– Вообще-то я так поиздержался за последние дни, что не могу даже купить газету. Я подсмотрел последние новости у кого-то через плечо и сказал себе: «Ага!»

– Что ты можешь мне сообщить, Кинки? – терпеливо повторил Шейн.

– Подожди, я достану сигаретку. Совсем похмелье замучило. А откуда ты звонишь, Майк? Может, прогуляемся до ближайшего бара и немножко полечимся?

– Извини, Кинки. У меня назначена встреча. Придется уж нам поговорить по телефону. Давай, закуривай свою сигарету и продолжим.

– Ага, теперь немного получше,– сказал Кинкейд через несколько секунд.– Хотя и не первый класс. А что, тебя действительно интересует, что случилось с этим чудаком? Вот не думал!

– Я расследую дело,– коротко сказал Шейн.– Похоже, мое дело связано с этим.

– Лично он мне неприятностей не доставлял, но когда коп попадает в заварушку, у меня возникает такое теплое чувство… Ну знаешь, как бывает, когда пропустишь свой первый стаканчик за день?

– Отлично знаю. Где его искать, Кинки?

– Разве я говорил, что знаю, где его искать? У меня не тот характер сведений, Майк, ты знаешь об этом лучше меня. Я сообщаю тебе два-три маленьких факта, ты складываешь их с фактами, полученными из других источников, раскрываешь дело, зашибаешь деньгу и попадаешь в газеты. Правда, на этот раз мои факты не такие уж маленькие. Я уже думал, не обратиться ли с ними в полицию, но разве от копов можно ожидать настоящей благодарности?