Убийство на скорую руку - Бретт Холлидэй

Начальник тюрьмы весело блеснул глазами.

– Пэйнтер интересует меня не более, чем кто-либо другой, но мы ведь не хотим, чтобы с ним стряслось что-нибудь серьезное, верно? – он коротко хохотнул и стал более или менее похож на нормального человека.– Черт меня побери!

– Значит, сведения конфиденциальные, договорились?

– Можете быть уверены,– заверил Уинга начальник тюрьмы.– Правда, у Шейна не было такой уверенности: Тим Рурк, вероятно, уже распустил слухи.

– Но когда он приказал моей секретарше выйти из комнаты и начал заглядывать под ковер, не спрятал ли я там микрофон…– продолжал начальник тюрьмы.

– Он был один или вместе со своим шофером? – спросил Шейн.

– Один. Он приехал на такси.

– Он приезжал к вам лишь один раз? – спросил Уинг. Начальник тюрьмы утвердительно кивнул.

– Если хотите узнать точную дату, то спросите у моей секретарши,– сказал он.– Где-то на прошлой неделе. Может быть, ему и хотелось бы действовать незаметно, но ему это определенно не удается. Люди мирно обедают, но мистер Большая Шишка не может ждать, пока все разойдутся по камерам, и мы сможем доставить к нему Милбурна, не поднимая шума. Нам пришлось идти за ним в столовую, где каждый мог видеть, как его уводят. Теперь о нем пошла дурная слава: вы же знаете старые тюремные предрассудки. Тем, кому накручивают второй срок, уже нечего терять, из них легче сделать стукачей.

– Пожалуй, это нечто большее, чем предрассудки,– заметил Шейн.

– Согласен с вами. У нас тут случилась небольшая потасовка; слава Богу, газетчики об этом не пронюхали. Когда мы уводили Милбурна из столовой, кое-кто решил побуянить. Ничего серьезного – небольшая семейная разборка с битьем фарфоровой посуды и швырянием столового серебра. Когда мы взяли двоих зачинщиков, все само собой улеглось. Я клоню к тому, что в результате мне не удалось присутствовать при разговоре Пэйнтера с Милбурном. Я оставил их в комнате и пошел разбираться в столовую. Мне кажется, Пэйнтер получил то, что хотел. Когда я прощался с ним, он прямо-таки сиял от счастья. Он был похож на кота, проглотившего как ее… канарейку, что ли?

Вы знаете Пэйнтера, ребята. Он распорядился о задержании Милбурна по истечении срока и отпустил несколько туманных угроз в мой адрес: дескать, что меня ждет, если я освобожу заключенного, не дождавшись прибытия полиции. Я работаю уже не первый год, но такого не слышал никогда. Так значит, у Пэйнтера неприятности, а? – Начальник тюрьмы широко улыбнулся.– Извините. Я смеюсь внешне, но внутренне я рыдаю.

– Значит, Пэйнтер сиял от счастья,– сказал Шейн – А как выглядел заключенный?

– Черт побери, Шейн, у меня нет привычки общаться с моими пациентами и мне обычно наплевать, как они выглядят. К тому же Пэйнтер очень спешил. У меня не было времени рассматривать Милбурна: его сразу же увели.

Дверь резко распахнулась. Оглянувшись через плечо, Шейн увидел секретаршу и охранника в униформе. Быстрым движением головы охранник предложил начальнику тюрьмы выйти из комнаты. Тот торопливо встал из-за стола.

– На этот раз действительно крупные неприятности,– сказал охранник.

Повернувшись, он рысцой побежал вперед. Остальные последовали за ним. Пробежав через распахнутую решетчатую дверь в конце коридора, они остановились перед второй решеткой.

– Вам туда нельзя, Шейн,– предупредил начальник тюрьмы, пока охранник возился с замком.– Ждите здесь.

Шейн решил, что не расслышал этой реплики. Начальник тюрьмы слишком торопился, чтобы проследить за исполнением своего распоряжения.

Они вошли в рабочий зал. Десятка два заключенных в синей рабочей одежде с номерами на груди сидели за длинным столом и плели соломенные сиденья под готовые рамы для кресел-качалок. Казалось, они были так глубоко погружены в работу, так тщательно следили за правильностью рисунка плетения, что даже не заметили прихода начальника тюрьмы. Другие заключенные, стоявшие за токарными и сверлильными станками в дальнем конце помещения, с такой же тщательностью обтачивали ножки кресел и высверливали отверстия под соединения.

Охранник быстрым шагом направился к работающим токарным станкам. В воздухе стоял приятный аромат свежих стружек и древесной пыли. Никто из заключенных так и не обернулся. Напряжение, исходившее от них, можно было сравнить лишь с атмосферой карточной игры по высоким ставкам, когда банкомет пускает карты по кругу.

Один из работающих низко склонился над своей машиной. Его голова покоилась на металлической полке станка, среди стружек и машинного масла. Ножка кресла, зажатая в рабочем положении, продолжала быстро вращаться.

Начальник тюрьмы потянул его за плечо. Голова заключенного откинулась, и он рухнул назад; охранник едва успел подхватить его под руки. Вся грудь его рабочей куртки пропиталась кровью: рукоятка одного из резцов пронзила ему желудок и проникла под грудину. Он еще не умер, но дыхание его было тяжелым и прерывистым, и Шейн понял, что жить ему осталось недолго.

ГЛАВА 11

Шейну не нужно было объяснять, кто этот человек: он знал, что это Фред Милбурн умер на полу рабочего цеха прежде, чем тюремный врач успел прийти ему на помощь. Милбурн был невзрачным маленьким человеком с худым лицом, которое при жизни, вероятно, имело кроткое выражение. Должно быть, выражение это изменялось, когда он держал в руке пистолет.

Один из охранников подошел к распределительному щиту и отключил питание от всех станков. Другой приказал заключенным построиться вдоль стен. Не торопясь, они начали выстраиваться в ряды. Они не смотрели ни на охранников, ни на мертвеца; казалось, их вообще ничего не интересовало. Нескольких из них Шейн знал в лицо, но сейчас на эти лица были надеты непроницаемые маски.

Прозвенел звонок. Заключенные выстроились в колонну по два и вышли из зала под присмотром охранников. Начальник тюрьмы наконец заметил Шейна и нахмурился.

– Черт возьми, разве я разрешал вам входить сюда? – спросил он.– Чудеса, просто чудеса. Решительно всем наплевать на мои слова.

Детектив, прищурив глаза, посмотрел на Милбурна, затем перевел взгляд на начальника тюрьмы.

– Ладно,– сказал он.– У меня есть другие дела.

Он сделал шаг к выходу. Начальник тюрьмы загородил ему путь.

– Нет, так легко вам не отделаться,– сказал он.– Вы явились сюда, потребовали встречи с заключенным. Не успели мы вызвать его для допроса, как его прикончили. И вы полагаете, что можете уйти отсюда, не ответив на некоторые вопросы? А потом поведать вашим друзьям-журналистам о сенсационном происшествии? Нет, сэр. Выйти отсюда будет сложнее, чем войти.

Шейн обменялся взглядом с лейтенантом Уингом.

– Сюда моя власть не распространяется, Майк,– сказал Уинг.– Вопросы будет задавать кто-то еще.

– И вам придется ответить, уж поверьте,– вставил начальник тюрьмы.– Это не шутки,– вынув платок, он вытер лоб.– Ладно, пошли, свяжемся с шерифом.

Убитый остался лежать на полу, пока не приехал шериф с двумя машинами помощников. Шейн остался ждать в приемной. Там, приканчивая остатки сигарет и прислушиваясь к стуку пишущей машинки, он неторопливо размышлял обо всем, что ему пришлось услышать от Нормы Харрис и Розы Хеминуэй. Лицо его постепенно мрачнело.

Шериф был приятным тучным человеком по имени Вудро Вильсон Смит. Входя в комнату вместе с начальником тюрьмы и свитой ассистентов, он добродушно улыбнулся Шейну.

– Присоединяйся, Майк,– сказал он.– Побеседуем здесь. Я знаю, ты очень торопишься.

Шериф устроился в кресле начальника тюрьмы; молодой человек, стоявший у него за спиной, раскрыл блокнот и приготовился записывать. Перед тем, как начать разговор, шериф еще раз дружески улыбнулся Шейну как своему потенциальному избирателю.

– Я не собираюсь забрасывать тебя вопросами, Майк,– сказал он.– Мы с тобой всегда хорошо ладили; надеюсь, так будет и в дальнейшем. Расскажи своими собственными словами, зачем тебе понадобилось поговорить с Милбурном – больше от тебя ничего не требуется.

Не вдаваясь в детали, Шейн описал уже известные события. Молодой человек тщательно заносил его слова в блокнот. Выслушав до конца, шериф одарил рыжеволосого детектива одной из самых блистательных своих улыбок.

– Мне нравится, как ты умеешь выделить из общей картины самое главное, Майк,– сказал он.– Желал бы я, чтобы побольше людей владело подобным даром. Несколько уточнений. Если Милбурн признался Пэйнтеру, что в ночь ограбления банка он вместе с Сэмом Харрисом обчищал заправочную станцию в Алабаме, то это настоящая сенсация, верно? В таких случаях Пэйнтер обычно несется в газеты на всех парусах. Почему же он изменил своему правилу иа этот раз?

Шейн развел руками

– Я сдаюсь,– сказал он.– Я не в силах предугадать, как поведет себя старина Пит, даже если бы он посвятил меня в свои планы.

– А тебе не кажется, что он мог заподозрить ложь в показаниях Милбурна? Милбурн и Харрис были друзьями. Они могли пойти на крупное дело вместе. Мне с самого начал не верилось, что Харрис был способен ограбить банк в одиночку. Теперь о деньгах,– шериф перестал улыбаться и наклонился вперед.– Милбурна нашла для тебя миссис Харрис. Я не хочу бросать тень на женщину, но не кажется ли тебе, что ее больше интересует судьба пропавших денег, чем судьба мужа? Судя по твоему рассказу, Майк, это именно так и есть. Она не просила тебя поднажать на Милбурна, чтобы тот раскололся?