До последнего вздоха - Лариса Павловна Соболева

но приоткрыта дверь кабинета хозяина, свет мерцал там. Степан приблизился, в проеме он увидел подсвечник с пятью свечами, посередине свеча коптила. Однако кто же внутри кабинета бормочет? Он не переступал порога, а наклонил корпус и заглянул внутрь. Вытягивая шею, посмотрел в одну сторону, потом…

Элизиум. Встречи не очень приятные

В третьей декаде мая началась работа, продвигалась быстро и успешно. Линию электропередачи протянули в два счета — она идет вдоль трассы, которая недалеко, кинули ветку к усадьбе и… да будет свет! По вечерам обходились гирляндой лампочек, вспомнили и о керосиновых лампах, но коптят зверски. Зато романтично, особенно с гитарой и песнями у костра в мангале, с запахом подгоревшего мяса и бутылкой красного вина для настроения.

Подвели воду, а там и газ будет, но позже — эти блага цивилизации тоже недалеко, соседние деревни пользовались ими. Самое сложное документация, бумажки с печатями — это вынос мозга, ими занималась Ася.

Чтобы приступить к внутренним работам, нужно защитить их от погодных безобразий, короче, вставили окна, бригада рабочих занялась крышей, а в выходные приезжали добровольцы с ночевкой.

Про рисунки с адскими символами не вспоминали, да и повода не было, Егор замазал их краской, осталось одно большое светло-коричневое пятно, новых изображений не появлялось.

Пролетел май, промчался июнь. Ася наконец поняла, откуда взялось выражение «стоит жара». Потому что воздух стоял в прямом смысле, он словно уплотнился и застыл, казалось, его можно трогать. И нагревался, нагревался… Ночи мало приносили облегчения, особенно в городе, в этом смысле загородные руины оказались островком спасения, здесь все же легче переносился зной.

А в итальянском дворике ночью комфортно, здесь и поставили палатки. В одном из углов разместили импровизированную кухню, где установили стол, переносную плитку с двумя конфорками и газовый баллон, растянули тент от дождя… но дождем и не пахло. Впрочем, тент защищал и от палящего солнца, к тому же высоченные деревья бросали щедрую тень на дворик, а в ветреные дни успокаивали нервную систему шуршанием листвы.

Егор притащил бэушный холодильник, установил внутри дома сразу у входа — и вуаля: продукты не портились. Приготовив ужин, девочки решили сбегать на пруд и окунуться, а ребята обычно мылись в летнем душе. Это такое строение из кабинки, закрытой со всех сторон полиэтиленовой пленкой, а наверху водрузили бак, в котором вода нагревалась от солнца. И как нагревалась!

Лена бежала впереди… М-да, ею залюбуешься даже со спины.

— И чего ты стала? — войдя в воду по щиколотки и оглянувшись, бросила Лена Асе, застрявшей у кромки воды с недовольной миной.

Она быстро сняла шорты с рубашкой, вошла в воду и поплыла, выражая восторг возгласами. Ася не торопилась снять одежду и спастись от жары в водах протоки, достаточно широкой и глубокой, чтобы утонуть. По бокам протоки лениво шатались заросли камыша и размеренно на ряби воды раскачивались круглые листья кувшинок. Самих цветов не было, да и не имеют они красоты лилий, эдакие маленькие, желтые и сиреневые, непривлекательные, по мнению Аси. Сбросив сарафан, она вошла в воду и заворчала, плывя к Лене:

— Вода почти горячая…

— Не привередничай, отличная вода. Зря я отказывалась купаться, но все ребята морщились: лужа да лужа, а она даже глубокая… Боже, как хорошо! Ой! Лягушечки… А ну, брысь, брысь! Ты смотри: не боятся!

— У них сил нет бояться. Скоро это будет суп из лягушек и ужей.

— А здесь ужи есть? — переменилась в лице Лена.

— И даже змеи.

— Да?! Я на берег!

Лена повернула назад и в мгновение ока, будто боролась за титул чемпиона по плаванию, очутилась на берегу. Ася только ротик приоткрыла и глаза вытаращила. С сонными лягушками, застывшими между листьев кувшинок, плавать скучно, нехотя она поплелась назад, громко выражая удивление:

— Странно!.. Ну и скорость… Ты меня поражаешь. Когда я тебя увидела, думала, сама богиня Артемида спустилась к простым смертным — прекрасная, гордая, отважная охотница, которой подчиняется все: небо, звери, птицы. С тайной внутри, как этот жуткий домина. И вдруг богиня трусливо убегает от ужей.

— И змей, ты сама сказала. Идем?

Натягивая на мокрое тело сарафан, Ася поспешила за Леной, заметив:

— Змеи в воде не кусают.

— А они об этом знают?

— Я у них не спрашивала. И вообще, под вечер все гады прячутся.

Девушки поднялись на холм, у чугунной калитки Лена придержала рукой подругу, приложила указательный палец к губам и зашептала:

— В твой дворец прибыли именитые гости. — Ася хотела ринуться в итальянский дворик, Лена не пустила ее, шикнув: — Тише! Король гадюк приехал…

— Кто-кто? — не поняла Ася.

— Папа твоего мужа. Не копошись!

Ася примолкла, девушки притаились у чугунной калитки, присев на корточки и наблюдая за двориком в прогалины между листьев. Плети дикого винограда, зацепившись за ветки деревьев, свисали плотными гроздьями до земли, надежно пряча обеих. А во дворике мужчины негромко обсуждали… ну, что они могли обсуждать? Конечно, руины.

Ася уселась на землю, опираясь спиной о стену, и рассматривала Лену, по привычке анализируя ее. Она очень красивая, а красота всегда притягивает глаз. Но что интересно, она девушка Дантеса, вот только общалась с ним мало, иной раз казалось Асе, что они далеки друга от друга. И вообще Лена закрытая, в спорах и разговорах участвовала редко, просто Мишка № 2. Но если Мишка бука, то Лена нет. Ох, эта привычка анализировать…

— Лен, — шепотом сказала Ася. — А ты что, знаешь его?

— Кого? — тоже шепотом спросила Лена.

— Отца моего мужа?

— С чего ты взяла?

— Ты же сказала, король гадюк приехал, я и подумала…

— А-а-а… Ой! — Лена чуть не выдала их своим «А-а-а…» и, ойкнув, прикрыла рот ладонью, после заговорила шепотом: — Прости, его многие знают, он же почти медийная личность, участвует в дебатах по телику, в награждениях и разных мероприятиях. А то, что он папа твоего мужа, вычислить легко, фамилии одинаковые.

— А почему король гадюк? — настаивала Ася на прямом ответе.

— Соседка, когда видит его по ящику, называет гадом. И всех бизнесменов так зовет — гад, гады, а женщины бизнесмены или чиновницы — гадюки.

Девушки прыснули, теперь обе закрыли рты ладонями, потом Ася, перемежая слова смешками, поделилась:

— Знаешь, у меня ассоциация при слове «бизнесмен» с лысым папашей, у которого живот впереди его хамства движется.

— Тсс! А он ничего смотрится для старикана и тем более для бизнесмена, живота близко нет, стройный, смотри, какая посадка головы, осанка…

— Надменный.

— И седина его не портит, волосы такие