Главная инвестиция дракона - Ника Ёрш

Я вздохнула и отправилась есть, решив еще немного отложить пытку неприятными разговорами.

Глава 8. Первый снег

Едва я отложила приборы, как Эдриан оказался рядом.

– Готово, – сказал он, продемонстрировав три небольших листка, зажатых в руке. – И пора отправляться по делам.

– Конечно. – Я вскочила, едва не опрокинув стул. – Только сначала мне нужно извиниться.

– Передо мной? – уточнил Эдриан Даарг.

Я кивнула, выпрямилась до хруста позвонков и, сжав руки в кулаки, и заговорила:

– Прошу у вас прощения за инцидент. За свою истерику. Понятия не имею, как мои… мое… мой плач выглядел и слышался со стороны, но полагаю, это было очень некрасиво. Я не думала, что Леону или вам придется увидеть меня такой. Вообще не помню, чтобы вела себя так в сознательном возрасте. И…

– Марианна, все хорошо. – Эдриан коснулся моего предплечья, и по руке разлилось приятное тепло. – Вы не сделали ничего ужасного.

– Нет? – удивилась я.

Он покачал головой:

– По сути, это Леону и мне должно быть стыдно за ваше состояние, – сообщил дракон со всей серьезностью. – Мой так называемый внук случайно затащил вас в чужое время, где к людям относятся, мягко говоря, плохо. Я, вместо того чтобы поддержать, давил на вас и угрозами пытался вытянуть информацию о будущем. При этом совершенно не заботясь о ваших переживаниях. Стресс, волнение за близких и усталость от происходящего – вот объяснение случившегося слезопада. И я прошу за это прощения.

– У меня? – опешила я. – Как-то вы все неправильно поняли. Не так вывернули. Виноваты могут быть многие, но точно не вы.

Он улыбнулся, чуть склонил голову и спросил:

– Почему?

– Благодаря вам у нас с Леоном есть крыша над головой, – ответила я, указав на потолок. – И еда.

Дракон кивнул, после чего осторожно снял с уголка моих губ крошку. Задумчиво покрутив ее между подушечек пальцев, дракон разжал их. И снова посмотрел на меня, уточняя:

– Марианна, вы вообще в курсе, какую именно крышу над головой я вам предоставил?

– Крепкую? – предположила я, чувствуя очередную волну смущения из-за его прикосновения.

– Это тоже. – Он тихо рассмеялся. – Но я имел в виду сам дом. Вы осматривали имение? Что-то кроме дороги к дикому парку и к гостиной, где мы ужинали.

Я покачала головой.

– Тогда с меня экскурсия, – огорошил дракон. – Через пару часов. Как вы на это смотрите?

– Мы пойдем смотреть ваш дом? – уточнила я.

– Именно так, – подтвердил Эдриан Даарг.

– А как же ваши дела? – напомнила я.

– С ними я постараюсь разобраться, – заверил дракон. – Но если вы против…

– Я «за»! – ответила быстрее, чем успела подумать. И добавила, нервно сцепив пальцы: – Мне действительно интересно все здесь посмотреть. С вами. В смысле, в вашей компании. Ведь вы все здесь знаете. Потому что…

– Потому что живу здесь, – закончил за меня дракон.

Я с благодарностью захлопнула рот, обещая себе больше его не открывать. Совсем. Никогда!

– Пришлю за вами через два часа, – напомнил Эдриан, прихватив свою трость и ринувшись прочь. По дороге он переспросил: – Подруг зовут Элли и Лиса?

– Элли и Алисандра, – ответила я. – Им по двадцати одному году. С хорошими фигурами. Не полные, но хорошо сложенные. У Лиски смешная родинка на…

– Имен и рисунка будет достаточно, – обернулся Эдриан, покачав головой. – Отдыхайте, Марианна. Кстати, от экономки я слышал, что вы нашли применение старой детской мебели?

– Да. – Я снова занервничала. – Мы кое-что позаимствовали на время, но можем сейчас же вернуть.

– Наоборот, я хотел предложить вам осмотреться в чуланах Денизы, – усмехнулся дракон. – Там пропадает много добра, которое еще могло бы принести пользу. Развлекайтесь.

С этими словами он вышел.

А я медленно нащупала спинку стула, придвинула его и все равно чуть не села мимо.

Этот дракон все время заставлял меня волноваться. И смущаться. Иногда откровенно опасаться. Но чаще… плавиться от восторга. Я сама не понимала, что со мной происходило в его присутствии. Никогда раньше я не вела себя таким нелепым образом с посторонними людьми.

– Но разве Эдриан посторонний? Он обещал найти Эл с Лиской. Помогает Леону чинить тот жуткий аппарат. Заботится о нас и вообще… почти всегда мил, – шептала я, прижимая холодные ладони к горящим щекам. И тут же одернула саму себя, как если бы кто-то из подруг оказался рядом: – Очнись, Мари, ты явно перечитала романтических историй! У всех всегда есть свои интересы. У него они тоже должны быть. Но какие? Бессмыслица.

«Главное – не строить глупых иллюзий, – продолжила я мысленно, принимаясь расчесывать волосы. Мне нужно было чем-то себя занять. – Эдриан – просто неравнодушный дракон. Замечательный. Щедрый. Невероятно красивый. И всесторонне одаренный».

– Ничего особенного, – заключила я шепотом, прижимаясь лбом к зеркалу в гардеробной, куда пришла во время размышлений. – Мне вообще не стоит о нем думать. Получается только хуже.

В этот момент в дверь постучали. Я сама не поняла, как оказалась у входа. Открыла и… разочарованно выдохнула:

– Это вы, Анна.

– Я не вовремя? – тут же испугалась горничная.

– Нет, – отмахнулась я. – Входите, все хорошо.

– Тогда я могу сделать вам прическу? – оживилась она. – И еще вот… – Анна вытянула перед собой красивую шерстяную шаль. – Вам передали. На улице сегодня снегопад, и если вы решитесь пойти в парк…

– Снег пошел?! – обрадовалась я, бросившись к окну.

В имение действительно пришла зима!!!

Все было укрыто плотным белым одеялом, и с неба продолжали валить крупные снежные хлопья. Они кружились, словно пританцовывая, и мне хотелось ринуться в пляс от восторга.

– Вот это я понимаю, Новый год! – сказала, обернувшись к Анне. – Нам нужно срочно нарядить елку, соорудить несколько праздничных венков и сделать кормушку для птиц!

– Соорудить венки? Нам? – переспросила горничная.

– Мне нужно немного помощи, – кивнула я. – Увидите, будет весело.

– Но сначала прическу, – заметила Анна, указав на мои распущенные волосы.

* * *

Снег был всюду! Густой, пушистый и восхитительный в своей красоте. Он перекрасил дикую часть парка, преобразил ее. И шалаш стал выглядеть настоящей маленькой хижиной – снег спрятал все огрехи в строении под сказочной белой шапкой.

Я не могла сдержать радостного смеха.

– Даже жаль оставлять следы, – сообщила Анне, присев на пороге черного хода и выставляя вперед ладони.

Снег мягко ложился на них. Кружился в небе, словно танцевал под свою особенную музыку. И в моей голове тут же рождались воспоминания о прежних зимах, проведенных в приюте, а затем и в общежитии училища. Всегда рядом с подругами. Они были моей семьей с семи лет. Тогда умерла бабушка, которая заботилась обо