Флирт - Бут Таркингтон

у меня есть совершенно определенное мнение, что вы можете сделать то же самое со мной, — подхватила она слегка печально.

Мистер Вэл Корлис откинулся на скамейке и рассмеялся.

— Какая девушка! — воскликнул он.

Затем буквально на миг положил свою руку на ее перчатку — от этого мимолетного прикосновения девушка вздрогнула и затрепетала. А затем, как бы невзначай, отняла руку и посмотрела на нее, снова разрумянившись.

— Перчатка не испачкана, — сказал он.

На мгновение молодому человеку показалось, что он совершил оплошность, но девушка медленно, мягко приложила руку к горячей щеке. И он успокоился. Не само прикосновение обидело ее, а краткость жеста.

Она принялась ковырять острием зонтика гравий дорожки.

— Ричард Линдли ищет, куда вложить свои средства, — промолвила она.

— Рад слышать, что он добился успеха, — ответил Корлис.

— Возможно, ему захочется побывать на ваших золотых копях.

— Хвала небесам, мое предприятие не имеет отношения к золотым рудникам, — воскликнул он. — На этом поле много мошенников, и мне не верится, что в наше время молено увлечь кого-нибудь таким бизнесом. Между прочим, мисс Мэдисон, я уверен, что из вас получится отличная подруга для искателя сокровищ, а я именно такой человек. Думаю, вы именно та, кто нужна мне.

— Я?

— Скажите, вы хотели бы спасти человека от верной гибели?

— Гибели? Вы же не серьезно это говорите?

— Серьезно! — он весело засмеялся. — Если рядом со мной не будет достойной женщины, клянусь, я могу погибнуть. Ах, да я лежал бы у ног такой женщины! — последнюю фразу он произнес без улыбки.

— Вы думаете, я… я могла бы ею стать? — жадно спросила она.

— Кто знает, мисс Мэдисон?.. Не кажется ли вам странным, что мы называем друг друга мисс Мэдисон и мистер Корлис?

— Да, немного, — медленно ответила она.

— А не кажется ли вам, — продолжал он тем же тоном, — что мы друг для друга мисс и мистер только в шутку? Мы с вами почти не знакомы, но при этом вчера вечером вышли довольно далеко за рамки поверхностного общения.

— Да, это правда, — согласилась она.

Он выдержал паузу и сказал:

— И как далеко мы собираемся зайти?

— Я не знаю, — пролепетала Кора едва слышно.

При этом она намеренно повернулась лицом к собеседнику. Состоялся довольно продолжительный и пылкий обмен взглядами. Наконец, не отрывая глаз от молодого человека, она прошептала:

— А вы как думаете?

Мистер Корлис не ответил.

Но, странное дело, его глаза, вроде бы прикованные к лицу девушки, на самом деле смотрели не на нее. Зрачок даже не дрогнул, но что-то в поле зрения полностью поглотило его внимание. Так что он даже не услышал вопроса.

Кора инстинктивно обернулась назад, на тропинку.

Там не было никого, кроме маленькой девочки и пожилого господина, того самого, который бросил на Кору восхищенный взгляд, когда она входила в парк. Впрочем, господин этот был настолько зауряден, что девушка его даже не запомнила. Теперь он шел рядом с девочкой, которая размахивала яблоком в руке. Словом, это были самые обыкновенные дедушка и внучка, каких на свете тысячи.

Мужчина с девочкой медленно приближались к паре, сидящей на скамейке, и вдруг раздался мелодичный звон — у мистера Корлиса отстегнулась и упала булавка от галстука. Он нырнул под лавку и принялся неуклюже искать вещицу в траве. Одновременно с этим у девочки, идущей мимо, из рук выпало яблоко и подкатилось к мистеру Корлису. Тот наконец нашел свою вещицу и крайне озабоченно принялся прикалывать ее на место.

Ситуация была совершенно обыденной, случайной, но Кора почувствовала недоброе напряжение в воздухе. Это ощущение было тем более странным, что ничего не произошло. Пожилой господин поднял яблоко, засмеялся и пошел дальше по тропинке вслед за девочкой.

— Так о чем мы говорили? — спросил Корлис, поднимая голову и поправляя галстук.

Он небрежно взглянул на уходящего мужчину, который через секунду исчез за кустарником на повороте тропы.

— Кто этот человек? — с любопытством спросила Кора.

— Этот старик? Понятия не имею. Видите ли, я много лет жил вдали отсюда и почти никого не помню. А что?

— Не знаю, мне показалось, он вас заинтересовал больше, чем я. Вы даже не услышали, что я сказала.

— Это потому что я так напряженно думал о вас, — молвил мистер Корлис. — Мне как раз пришел в голову один образ. Я так задумался, что позабыл обо всем на свете.

— И что же это за образ?

— Я представил вас стоящей под огромным, раздутым парусом, а вода серебрится у борта корабля. Чудесная ночь, в лунном свете синеет холмистый берег, поросший лимонными рощицами, виноградниками, весь усыпанный сверкающими светлячками. Среди оливковых садов на склоне — крыши белых вилл, и звучат мандолины…

— Ах, — вздохнула она.

Пожилой господин с внучкой и яблоком были немедленно ею позабыты.

— Как вы думаете, мне представилось виденье будущего? — спросил он.

— Не знаю, а вы как думаете? Именно этот вопрос я вам раньше и задала.

— Я думаю, мне грозит серьезная опасность, мисс Кора. Рядом с вами я забываю обо всем, забываю, что золотая гора — это цель моей поездки.

Он приблизился к девушке. Глаза их встретились снова, почти в упор. Девушку сотрясала дрожь, из приоткрытых губ вырывалось частое дыхание.

— Разве влюбиться в вас — это не самая серьезная опасность на свете? — прошептал он.

— Ах…

Глава VII

Около четырех часов дня очень худой светловолосый молодой человек, пошатываясь, устроился в гамаке, раскинутом под деревьями на широком заднем дворе, где, как вчера заметил Вэл Корлис, последний бронзовый олень, не теряя былого достоинства, принял на себя службу в качестве столбика для бельевой веревки.

Молодой человек, изможденный, бледный, вытянулся во весь рост на спине, закрыл глаза и слабо застонал, шепотом проклиная жару. Кузнечики неутомимо резали тишину, так что в конце концов ослабевшему бездельнику пришлось затыкать уши и проклинать еще и кузнечиков.

Из дома вышел мулат в белой рубашке с серебряным подносом в руках.

— Джулеп[10], масса Вилас? — предложил он.

Рэй Вилас с трудом принял сидячее наложение. С болезненно закрытыми глазами, обеими руками он нащупал стакан и выпил половину. Глаза его разлепились. С мелодичным южным акцентом, хотя и очень слабым голосом, он поблагодарил слугу.

— Послушай-ка, — добавил Рэй Вилас. — Ты кто такой…

— Я Джо Вардены, слуга масса Уильяма Линдли, — проговорил мулат с интонациями жалостливой сестры милосердия. — Вы на заднем дворе у массы Линдли и сидите в гамаке.

— Кажется, я вчера перебрал, — просипел «пациент». — Но мне интересно, как я сюда попал.

— Известно как: вышли из парадной двери, прошлись