Флирт - Бут Таркингтон

вокруг дома и легли здесь. Масса Ричард уехал в город, просил меня вас не будить. Я слышал, как вы умывались, но вы велели не приносить завтрак…

— Да, да, Джо, я знаю, что произошло с тех пор, как я проснулся, — сказал Вилас и, отбросив соломинку, допил джулеп одним глотком. — Я хочу знать, как я оказался у мистера Линдли.

— Масса Ричард привел вас прошлым вечером. Уж не знаю, где он вас нашел, но я услышал грохот по всему дому и помогал уложить вас спать в свободной комнате. — Джо усмехнулся. — Кровать вам была не нужна.

Слуга принял стакан, и молодой человек откинутся а гамаке. Горячий румянец вернулся на его лицо.

— Я… я был очень плох. Джо?

— Разве что самую малость, — поспешил его успокоить Джо.

— Тебе так показалось?

— Да, ничего особенного, — махнул рукой Джо. — Вам хотелось немного пошалить, но масса Ричард отобрал наш пистолет…

— Что?

— Я ему говорил, что вы не будете стрелять, но ведь наверняка никогда не скажешь. Таких выпивох я давненько не видел, — ухмыльнувшись, добавил Джо. — Мы с массой Ричардом даже немного устали. А ведь брат массы Ричарда, масса Уилл, тоже любил заложить за воротник. Вы же знаете, он умер от виски. — Мулат снова добродушно рассмеялся.

Мистер Вилас беспокойно поерзал в гамаке. Честные намерения Джо подбодрить страдальца не увенчались успехом.

— Я говорил масса Ричарду, — продолжал словоохотливый слуга, — хорошо, что старая хозяйка уехала на лето. С тех пор как помер масса Уилл, она пьяных на дух не переносит. Масса Ричард и сам не любит веселиться. На свежем воздухе вам скоро станет лучше, — заключил он успокоительно.

— Джо!

— Да?

Мистер Вилас приподнял голову с гамака.

— Думаешь, мне будет польза от твоего джулепа?

— Масса Ричард велел подать вам, если попросите, сэр.

— Ты так много рассказал мне о прошлой ночи, что любой на моем месте захочет повеситься. Я и сам начинаю кое-что припоминать…

— Ну-ну, масса Вилас, — с осуждением перебил слуга. — Вы же ничего не сломали. Просто выпили вина на пару бокалов больше, чем следует. Ничего страшного ведь не случилось, и ухнули вы быстро. Вы бы видели, как у нас бывало, когда масса Уилл возвращался домой…

— Джо!

— Да.

— Принеси еще три джулепа, прямо сейчас.

На лице мулата выразилось сомнение.

— Масса Ричард велел принести один, сэр, — неохотно ответил он. — Боюсь…

— Джо!

— Да?

— Ты слышал, что я родился и вырос в Кентукки[11]? — спросил Рэй Вилас.

— Да, слышал, сэр, — кивнул Джо.

— Тогда пойди и принеси три джулепа. С мистером Ричардом я все улажу.

— Да.

Час спустя вернувшийся Линдли обнаружил гостя, допивающего пятый джулеп, а шестой, нетронутый, ожидал своей очереди на маленьком столике рядом с пустой кофейной чашкой. Кроме того, мистер Вилас с нескрываемым удовольствием курил сигарету. Глаза у него блестели, он беззаботно раскачивался в гамаке и напевал «Марсельезу». Ричард подошел к нему со двора, не входя в дом. Озабоченность сквозила в его приветствии и при взгляде на столик у гамака.

— Привет, бука, — сердечно сказал мистер Вилас и, заметив тревожный взгляд, быстро схватил со стола нетронутый стакан с джулепом. — Два стаканчика одним махом улучшают состояние. Кстати, твоему Вардену пришлось принести мне чуть больше, чем ты разрешил. Надеюсь, ты не станешь ругать его за это. Ну, в общем ты понимаешь…

Он осушил стаканчик, помахал им в воздухе, хлопнул о стол и воскликнул:

— Здоровья хозяину дома! Я ведь правильно сказал, твоего мулата зовут Варден? Потому что он сам называет себя во множественном числе — Вардены. Я не слишком вас обеспокоил, хозяин?

— Нисколько, — ответил Ричард, усевшись на скамейку и размахивая шляпой, как веером. — Не вижу смысла беспокоиться о безрассудном мальчишке, у которого нет ума, чтобы самому беспокоиться о себе.

— О мальчишке? Я правильно расслышал? — мистер Вилас притворился озадаченным. — Значит, я для вас мальчишка? А мне кажется, сегодня я всего лишь емкость для пяти мятных джулепов и немного навеселе. И что же, раз человек весел, значит, он мальчишка? Опять-таки, разве я не ношу мужскую одежду? Между прочим, саржа, фланель и шелк у меня такие же, как у вас, пусть размер немного другой, но фасон тот же. Ростом я с взрослого человека, и если бы не бритва, то носил бы бороду. Что вы на это скажете?

— Я попрошу Джо принести тебе что-нибудь поесть, — сухо ответил Ричард.

— Поесть? — мистер Вилас отказался от пищи со скорбным высокомерием. — Нет, на этот раз я вас прощаю, но давайте вы больше никогда не будете мне такое предлагать. Давайте-ка перейдем к более интересной теме. Я смутно припоминаю вчерашний вечер. По-моему, я отправился петь серенаду по испанскому обычаю, но был похищен ревнивым соперником прямо из-под окна.

— Давай-ка лучше Джо отведет тебя в постель, — сказал Ричард.

— Ну что за примитивные, бренные мысли, — сморщился Рэй. — Постель предназначена для тела, а я давно уже веду исключительно духовную жизнь. Моя душа премного благодарна вам за гостеприимство и заботу о ее оболочке. Видите: я великодушен, и благодарить за это следует одну бессердечную Кармен[12].

Линдли напряженно выпрямился.

— Вилас!

— Ах, избавьте меня от упреков, — юноша сделал томный жест рукой. — Раз вы не желаете обсуждать эту тему…

— Мы ее опустим, — твердо сказал Ричард.

Его собеседник перестал раскачиваться, и гамак остановился. Шутливость покинула Рэя, и он показался совершенно трезвым.

— Мистер Линдли, попрошу вас заметить, я все еще джентльмен, по крайней мере временами.

— Простите, — быстро сказал Ричард.

— В этом нет необходимости! — прежняя беззаботность и веселье вернулись к говорящему. — Давайте лучше поговорим о вымышленной даме, созданной моим спутанным воображением. Я называю ее Кармен, и хотел бы поделиться с вашим сиятельством некоторыми замечаниями на этот счет.

— Ну хорошо, — пробормотал Ричард с раздражением.

— Представим себе, — продолжал мистер Вилас, вновь начиная раскачиваться, — что Кармен завоевана мной…

Линдли издал тихий стон, подвинулся на скамейке и со скучающим вниманием сосредоточился на проезжающих за кустами вдоль забора машинах. Собеседник не заметил раздражения и беззаботно продолжал:

— Так вот, моя Кармен — настоящая охотница, развитая не по годам. В раннем детстве она набиралась опыта, отнимая добычу у грубых местных красавиц. Она с азартом подсчитывала медвежат, свалившихся в медвежью яму. Такова натура нашей воображаемой Кармен — она снова и снова играет в любовь. Мужчина думает, что завоевал ее, а на самом деле это она его выбрала. На время Кармен получает все, что пожелает. Если появится мужчина, способный отказать ей, она последует за ним даже в ад. Но мы с вами,