Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

способом выполнить свою миссию? Мистер Аристидис не догадывался, что ей не стать заложницей в обычном смысле слова, так как она ничего не значит для Томаса Беттертона. Жена, которую он любил, уже умерла.

Хилари подняла голову и посмотрела на старика, сидящего на диване.

— Я бы согласилась, — сказала она.

— У вас есть мужество, верность и преданность, мадам. Это хорошие качества. Что до остального… — Он улыбнулся. — Мы поговорим об этом снова в другой раз.

— О нет! — Хилари закрыла лицо руками, ее плечи задрожали. — Я не могу этого вынести! Это бесчеловечно!

— Не стоит так волноваться, мадам. — Голос старика звучал мягко и успокаивающе. — Мне доставило удовольствие рассказать вам о моих целях и надеждах. Было интересно понаблюдать, какой эффект это произведет на абсолютно неподготовленный ум — здравый и уравновешенный, как у вас. Вы испытываете ужас и отвращение. Все же мне кажется разумным шокировать вас подобным образом. Сначала мои идеи вас возмутили, потом вы подумаете над ними и в конце концов сочтете их вполне естественными, как будто они существовали всегда.

— Никогда! — крикнула Хилари. — Никогда! Никогда!

— В вас говорят страсть и дух противоречия, свойственный рыжеволосым, — заметил мистер Аристидис. — У моей второй жены были рыжие волосы. Она была красивой женщиной и любила меня. Странно, не так ли? Я всегда восхищался рыжими женщинами. Ваши волосы очень красивы. Но мне в вас нравится и многое другое — смелость, мужество, решимость отстаивать собственное мнение. — Он вздохнул. — Увы! Женщины сами по себе теперь мало меня интересуют. У меня есть пара молоденьких девушек, которые иногда меня развлекают, но сейчас я предпочитаю духовное общество. Поверьте, мадам, ваше общество подействовало на меня освежающе.

— Предположим, я повторю все, что вы мне сообщили, моему мужу?

Аристидис снисходительно улыбнулся:

— Предполагать можно что угодно. Но вы в самом деле так поступите?

— Я… не знаю.

— Вы благоразумны, — заметил мистер Аристидис. — Некоторые знания женщине лучше держать при себе. Но вы устали и расстроены. Время от времени, когда я буду наносить сюда визиты, вас станут приводить ко мне, и мы обсудим много интересных вещей.

— Позвольте мне уехать отсюда! — Хилари умоляюще протянула руки. — Позвольте уехать вместе с вами! Пожалуйста!

Старик покачал головой. Выражение его лица было снисходительным, но в нем ощущался легкий оттенок презрения.

— Теперь вы говорите как ребенок, — укоризненно сказал он. — Как я могу вас отпустить? Как я могу позволить вам поведать всему миру о том, что вы здесь видели?

— И вы не поверите мне, если я поклянусь никому ничего не рассказывать?

— Нет, не поверю, — покачал головой Аристидис. — Я был бы глуп, если бы верил подобным вещам.

— Но я не хочу оставаться в этой тюрьме! Я хочу уйти отсюда!

— Ведь здесь ваш муж. Вы добровольно прибыли сюда, чтобы присоединиться к нему.

— Но я понятия не имела, что здесь происходит!

— Это верно, — кивнул Аристидис. — Однако могу вас заверить, что здесь куда лучше, чем за «железным занавесом». Тут есть все, что вам нужно! Комфорт, прекрасный климат, развлечения… — Старик поднялся и покровительственно похлопал ее по плечу. — Все утрясется, — уверенно сказал он. — Рыжеголовая птичка привыкнет к своей клетке. Через год — быть может, через два — вы будете очень счастливы. Хотя, возможно, — задумчиво добавил Аристидис, — куда менее интересны.

Глава 19

Среди ночи Хилари внезапно проснулась. Она приподнялась на локте и прислушалась.

— Том, вы слышите?

— Да. Самолет — летит низко. Ну и что? Время от времени они здесь пролетают.

— Любопытно… — Хилари не окончила фразу.

Она молча лежала, вспоминая странную беседу с Аристидисом.

По какому-то капризу старик явно симпатизировал ей.

Не может ли она сыграть на этом?

Не может ли она уговорить его взять ее с собой?

Когда Аристидис приедет в следующий раз, если он пошлет за ней, она постарается завести разговор о его покойной рыжеволосой жене. Конечно, не приходится рассчитывать на зов плоти: для этого его кровь слишком холодна. Кроме того, у него имеются «молоденькие девушки». Но стариков можно заставить вспомнить давно ушедшие времена…

Взять хотя бы ее дядю Джорджа, который жил в Челтенхеме…

Хилари улыбнулась в темноте, вспоминая дядю Джорджа.

Так ли уж отличались друг от друга ее дядя и мультимиллиардер Аристидис? У дяди Джорджа была экономка — «такая славная женщина, моя дорогая, — ничего сексуального, просто приятная и спокойная». Тем не менее дядя Джордж привел семью в отчаяние, женившись на этой «приятной и спокойной женщине». Она оказалась хорошей слушательницей.

Что Хилари говорила Тому? «Я найду способ выбраться отсюда». Странно, если этим способом окажется Аристидис…

— Сообщение! — воскликнул Леблан. — Наконец-то!

Его помощник только что вошел и, отдав честь, положил перед ним сложенный лист бумаги. Леблан развернул его и возбужденно заговорил:

— Это рапорт одного из наших пилотов-разведчиков. Пролетая над горным районом, он заметил световой сигнал по азбуке Морзе, повторенный дважды. Вот расшифровка.

Он протянул Джессопу бумагу с буквами:

П.Р.О.К.А.З.А.

— Проказа, — с сомнением произнес Джессоп.

— Что это может означать?

— Есть в этом районе лепрозорий?

Леблан разложил на столе большую карту и ткнул в нее коротким пальцем, желтым от табака.

— Вот район, который обследовал пилот. Посмотрим. Кажется, я что-то припоминаю…

Он вышел из комнаты и вскоре вернулся.

— Нашел! Там находится знаменитая медицинская научно-исследовательская организация, основанная и субсидируемая известными филантропами. Район абсолютно пустынный. Там ведутся важные работы по изучению проказы. Имеется и лепрозорий примерно на двести человек, а также отдел по изучению рака и туберкулезный санаторий. Но репутация у этого учреждения безупречная. Его патронирует сам президент республики.

— Да, — одобрительно промолвил Джессоп. — Ловко сработано.

— Но организация в любое время открыта для инспекции. Ее посещают светила медицины.

— И не видят там ничего, что не должны видеть! Атмосфера высочайшей респектабельности — лучшая маскировка для сомнительных дел.

— Возможно, — неуверенно согласился Леблан. — Полагаю, это перевалочный пункт для путешественников. Пара среднеевропейских врачей могла организовать нечто подобное. Маленькая группа людей, вроде той, которую мы ищем, может незаметно переждать там несколько недель, прежде чем продолжать путь.

— Думаю, там кроется нечто большее, — возразил Джессоп. — Не исключено, что это конец путешествия.

— Вот как?

— Лепрозорий наводит на размышления… По-моему, при современных методах лечения прокаженных уже не изолируют.

— В цивилизованном обществе — может быть. Но не в этой стране.

— Да, но слово «проказа» все еще ассоциируется со Средневековьем, когда прокаженные ходили с колокольчиком, чтобы предупреждать о своем приближении. Праздное любопытство не приведет людей в колонию прокаженных, а медицинских светил, которых вы упоминали, интересуют только научно-исследовательский аспект и, возможно, условия, в