Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

что этих людей удерживают здесь против их воли?

— Некоторые находятся здесь по собственному желанию, ваше превосходительство, а некоторые — нет.

— В таком случае необходимо принять меры, — пришлось признать министру.

Он посмотрел на префекта полиции. Последний сделал шаг вперед.

— Минутку, пожалуйста, — мистер Аристидис поднял руку. — Кажется, мое доверие было обмануто. — Он устремил властный холодный взгляд на ван Хейдема и директора. — Мне еще не вполне ясно, джентльмены, насколько далеко вы позволили себе зайти в вашем научном энтузиазме. Я основал это учреждение исключительно в интересах науки, но не принимал никакого участия в его практической деятельности. Если эти обвинения основаны на фактах, советую вам, мсье директор, немедленно предъявить людей, которые, как подозревают, удерживаются здесь незаконно.

— Но, мсье, это невозможно. Я… Это было бы…

— Любым экспериментам подобного рода, — прервал мистер Аристидис, — должен быть положен конец. — Он окинул визитеров холодным взглядом финансиста. — Едва ли необходимо заверять вас, господа, что, если здесь происходит нечто незаконное, ко мне это не имеет никакого отношения.

Благодаря богатству, влиянию и могуществу мистера Аристидиса эти слова справедливо расценили как приказ. Всемирно известный предприниматель не должен быть замешанным в это дело. Но даже если ему удастся выбраться из него невредимым, для него это поражение. С «бюро мозгов», с помощью которого он надеялся на колоссальные прибыли, покончено раз и навсегда. Тем не менее мистер Аристидис не был обескуражен. В его карьере и раньше иногда случались неудачи. Он всегда воспринимал их философски и начинал готовиться к следующему удару.

Аристидис сделал чисто восточный жест:

— Я умываю руки.

Префект полиции двинулся вперед. Это был его выход — он знал свои обязанности и был готов в полной мере использовать свое официальное положение.

— Прошу мне не мешать, — заявил он. — Я должен исполнить свой долг.

Побледневший ван Хейдем шагнул к нему.

— Если вы последуете за мной, — сказал он, — я провожу вас в наше запасное крыло.

Глава 21

— Я чувствую себя пробудившейся после ночного кошмара, — вздохнула Хилари.

Она довольно потянулась. Они сидели на террасе отеля в Танжере, куда утром прибыли самолетом.

— Неужели это произошло на самом деле? — продолжала Хилари. — Не может быть!

— Еще как может, — отозвался Том Беттертон. — Но я согласен с вами: это был настоящий кошмар. К счастью, я из него выбрался.

Джессоп вышел на террасу и сел рядом с ними.

— А где Энди Питерс? — спросила Хилари.

— Скоро будет здесь, — ответил Джессоп. — У него есть кое-какие дела.

— Значит, Питерс был одним из ваших людей, — сказала Хилари, — и проделывал трюки с фосфором и свинцовым портсигаром, разбрызгивающим радиоактивное вещество. А я ничего об этом не знала.

— Да, — кивнул Джессоп, — вы оба ничего не знали друг о друге. Строго говоря, Питерс не мой человек — он представлял США.

— Так вот что вы имели в виду, надеясь, что если я доберусь до Тома, то у меня будет защита? Вы подразумевали Энди Питерса?

Джессоп снова кивнул.

— Вы не в обиде на меня, — осведомился он, — что я не обеспечил желаемый конец ваших приключений?

Хилари выглядела озадаченной.

— Какой конец?

— Спортивную форму самоубийства, — объяснил Джессоп.

— Ах это! — Она недоверчиво покачала головой. — Теперь это кажется мне таким же нереальным, как все остальное. Я так долго пробыла Олив Беттертон, что мне трудно снова стать Хилари Крейвен.

— А вот и мой друг Леблан, — сказал Джессоп. — Я должен с ним поговорить.

Он поднялся и зашагал по террасе.

— Вы не сделаете для меня еще кое-что, Олив? — быстро спросил Том Беттертон. — Простите, я привык называть вас так.

— Да, разумеется. Что вы имеете в виду?

— Пройдитесь со мной по террасе, потом возвращайтесь сюда и скажите, что я поднялся к себе в комнату отдохнуть.

Она вопрошающе посмотрела на него:

— Зачем? Что вы задумали?

— Смыться, дорогая моя, пока есть возможность.

— Куда?

— Куда угодно.

— Но почему?

— Подумайте, девочка моя. Я не знаю здешних законов. Танжер — странное место, не находящееся под юрисдикцией какой-либо одной страны. Но я знаю, что произойдет, если я отправлюсь вместе со всеми вами в Гибралтар. Первым делом меня там арестуют.

Хилари с тревогой посмотрела на него. Обрадованная спасением из организации, она забыла о неприятностях Тома Беттертона.

— Вы имеете в виду разглашение государственной тайны? Но вам от этого не убежать. Куда вы можете отправиться?

— Я уже сказал — куда угодно.

— Разве в наши дни это возможно? У вас будет множество трудностей — в том числе с деньгами.

Он коротко усмехнулся:

— С деньгами все в порядке. Они хранятся там, где я смогу их получить под другим именем.

— Значит, вы взяли с собой деньги?

— Конечно, взял.

— Но вас выследят.

— Это будет нелегко. Поймите, Олив, мое описание, которым они располагают, не соответствует моей теперешней внешности. Поэтому я так настаивал на пластической операции. С самого начала я планировал убраться из Англии, положить деньги в надежное место и изменить внешность, обеспечив себе безопасность до конца дней.

— Вы не правы, — сказала Хилари. — Куда лучше вернуться и понести наказание. В конце концов, сейчас не военное время. Вас приговорят к короткому сроку заключения. Что хорошего, если за вами будут охотиться всю вашу жизнь?

Беттертон покачал головой:

— Вы не понимаете самого главного… Ладно, пошли. Нельзя терять время.

— Но как вы собираетесь выбраться из Танжера?

— Как-нибудь. Не беспокойтесь.

Хилари поднялась и медленно зашагала по террасе рядом с Беттертоном. Она испытывала странное ощущение. Ее обязательства по отношению к Джессопу и покойной Олив Беттертон были выполнены. Больше ей нечего было делать. Она и Том Беттертон прожили несколько недель в непосредственной близости, но остались чужими — между ними не возникло даже дружеских отношений.

Они дошли до конца террасы. Маленькая боковая дверь в стене выходила на узкую извилистую дорогу, ведущую вниз с холма к порту.

— Выскользну через эту дверь, — сказал Беттертон. — За нами никто не наблюдает. Пока.

— Желаю удачи, — медленно произнесла Хилари.

Она следила за тем, как Беттертон подошел к двери и повернул ручку. Когда дверь открылась, он внезапно шагнул назад. В проеме стояли трое мужчин. Двое вошли на террасу и направились к Беттертону.

— Томас Беттертон, — заговорил один из них, — у меня имеется ордер на ваш арест. Вы будете находиться в заключении здесь, пока не закончится оформление вашей выдачи.

Беттертон резко повернулся, но второй мужчина преградил ему дорогу. Тогда он повернулся назад и рассмеялся.

— Все в порядке, если не считать того, что я не Томас Беттертон.

Третий мужчина — Энди Питерс — шагнул на террасу