Алая птица - Анна Рудольф

— Дьявол раздери, это же кровь!

Она удержалась от того, чтобы отбросить фляжку прочь, вместо этого закрыла и убрала ее на место, затем отошла от тайника на несколько шагов.

— Проклятье, Рунар, только проснись, и я… Ты мне ответишь! За Медовию, за п-поцелуи и за эту… мерзость!

Из пары оставшихся на языке капель выделилась и тут же смешалась с ее собственной чужая магическая сила. Айрин попыталась отделить ее и сбросить выплеском энергии, но та рассеивалась на мелкие сгустки и жалила ее изнутри. Чувство стало похоже на навязчивый зуд.

От магии Рунара эта энергия отличалась, как прохладный родник от кипящего котла.

Айрин не могла больше сидеть на месте: торопливо свалила в кучу все, что успела найти и, вооружившись свечой и куском мела, кинулась во тьму тайного хода.

Глава 26

Свидетельства измен

Часы, проведенные в обществе пауков и крыс, окончательно испортили Айрин настроение. Оступившись, она упала и сломала свечу, а потому осталась в кромешной темноте. Множество попыток спустя ей удалось зажечь на кончике пальца слабенький огонек, порождавший больше мечущихся теней, чем света.

«Хороша магичка! Осталось только заблудиться и скрестись по ночам в стены».

Едва оформив мысль, Айрин налетела на густую паутину и принялась с воплями отдирать ее от лица. По коже тут же побежали сотни несуществующих паучьих лапок, и девушка вихрем понеслась вперед, пока снова не споткнулась, на этот раз об уходящие вверх ступени.

Ей повезло: юбки плотного шарибского платья смягчили удар. Айрин слепо зашарила руками и, опираясь о стену, продолжила восхождение, цепляя на себя лохмотья паутины. В непроглядной черноте мерещились призраки, тишина давила гранитной плитой. Казалось, Айрин похоронили заживо, а порой за спиной или впереди чудились жуткие звуки.

Сознание все азартнее играло с ней в жестокие игры, подсылая монстров одного за другим: звуки, шорохи, гротескные тени. Какое-то время спустя Айрин перестала ощущать пространство вокруг себя. Ей чудилось, что она бродит по каменной кишке не часы, а века и давным-давно стала неприкаянным призраком.

При этой мысли она уперлась в тупик.

— Дьявол! Надеюсь, проектировщики дворца сейчас бродят по бесконечным лабиринтам всех адских кругов!

Айрин погасила огонек и с помощью Оффан отперла натужно заскрипевшую дверь.

Ей удалось попасть на закрытые этажи с королевскими покоями. За окнами стояла ночь, потому коридор был погружен в уютный полумрак. По состоянию свечей Айрин предположила, что близился час ведьм. Неужели она столько времени блуждала в потайных коридорах?

В тишине скрип прозвучал чересчур отчетливо.

— Слышал? — спросил стражник. — Будь начеку, возможно, сюда проник посторонний.

— А может, это северные демоны пришли за королем за то, что тот сделал с благословенной колдуньей? — пробормотал в ответ второй, озираясь по сторонам, на что его товарищ безапелляционно заявил:

— Не мели ерунды! Княжна же сама развеяла их прямо на площади. А нас защищает звезда Всевышнего.

Айрин отступила обратно в потайной ход. Незадолго до того, как упереться в стену, она проходила развилку. Возможно, стоило попытать удачи там?

Коридор оказался узким и извилистым. Айрин пришлось пробираться по нему боком, продвигаясь мелкими приставными шагами. Несмотря на всю осторожность, она дважды поприветствовала лбом стену, когда пыталась рассмотреть выступы под ногами. К счастью, здесь было сухо и чисто: с потолка не свисала паутина, а камни не покрывала плесень.

Проход определенно пользовался популярностью среди Теневой стражи, только по какой-то причине за все время Айрин не встретила никого из шпионов королевы. Вывод напрашивался сам собой: ей позволили совершить эту маленькую вылазку. Либо королева настолько доверяла ей, либо надеялась узнать что-то с ее помощью, а точнее с помощью рун.

Айрин коснулась Оффан, выжженной на кирпиче немного ниже уровня ее глаз. Насколько она могла увидеть, стена была монолитной на пяток шагов в обе стороны. Руна охотно откликнулась на зов, и кусок стены размером с ладонь сам собой выдвинулся наружу и отъехал вниз по едва заметным бороздам. Под ним осталась пластина с двумя смотровыми отверстиями-глазками.

Придвинувшись ближе, Айрин разглядела богатое убранство девичьей спальни, частично скрытое от ее взора ширмой. Та кренилась от веса расшитого камнями атласного платья, заблаговременно приготовленного на вешалке к утреннему променаду. Прозрачные камни на лифе влажно поблескивали в полумраке. Платье совершенно точно принадлежало старшей принцессе — только она с ума сходила по тяжелым каскадным юбкам и невозможно тугим корсетам.

Комната освещалась единственной свечкой в витом серебряном подсвечнике. На кровати двигались две переплетенные тени, в одной из которых Айрин узнала Мериэл, а во второй угадала ее тайного ухажера.

— Я не могу! — повторяла принцесса, кокетливо уворачиваясь от настойчивых поцелуев. — Всевышний нас покарает, если мы сделаем это до свадьбы.

«Отец тебя покарает, а не Всевышний, дура!» — захотелось крикнуть Айрин, но она зажала себе рот, чтобы ненароком не издать какой-нибудь звук и не выдать себя с головой.

— Мери, любовь моя, мы все равно сбежим и будем вместе, какая разница, когда? Ты же тоже хочешь!

Принцесса продолжала отнекиваться, однако, с каждым разом все менее уверенно. Почувствовав слабину, парень заметно воодушевился:

— Я с таким трудом пробрался к тебе, чтобы увидеть одну твою счастливую улыбку, не откажи мне, красавица моя!

Айрин пробило на смех. Она изо всех сил прижимала грязные ладони ко рту и душила в себе хохот.

«Он, действительно, думает, что она на это купится? Принцесса, обещанная в жены кронпринцу Шарибской Империи, где невинность невесты — первоочередное требование! Она же не настолько глупая».

Действительно, Мериэл отпихнула от себя тайного любовника и отвернулась, недовольно бормоча себе под нос.

Покачав головой, Айрин с непонятным чувством выполненного долга закрыла смотровое окошко и двинулась дальше. Помимо общей абсурдности, в ситуации ее смущало еще то, что пажа не выдворили из дворца подальше от принцессы.

Перейдя еще более узкий перешеек, она, наконец, выбралась в широкий проход, также завершившийся тупиком.

На этот раз потайная дверь пряталась за деревянной панелью-фреской.

Вначале Айрин приняла комнату за рабочий кабинет, затем различила едва слышное