В боях за Дон - М. Н. Алексеенко

Где смертью грозил каждый шаг,

Сдержал ты с бойцами, орлами своими,

Полсотни жестоких атак.　

Шесть суток бессонных — ни много ни мало —　

Был воздух огнем раскален,　

Но слово твое, как победа, звучало:

Стеною стоял батальон!　

Когда же погасло жестокое пламя,　

Рассеялся дым и туман,　

Поднялись над городом красное знамя　

И слава твоя, Мадоян.　

Она рождена была в битве суровой,　

И жить ей, великой, года.　

Над сердцем отважным героя Ростова

Гори, Золотая Звезда!　

…Шли годы, а боевая слава Мадояна набирала новую высоту. 9 февраля 1947 года трудящиеся Армении избрали Гукаса Карповича депутатом Верховного Совета республики.　

В 1968 году ростовчане праздновали двадцатипятилетие со дня освобождения города. Решением городского Совета депутатов трудящихся Мадояну было присвоено звание почетного гражданина города Ростова.　

…На войне Гукас Карпович несколько раз получал ранения. Тяжело изувеченный, вернулся он домой, в Ереван. Четырнадцать лет являлся министром социального обеспечения Армении. В июне 1975 года Гукас Карпович скончался.　

9

Идут годы. Стремительно. Уже прошли четыре десятилетия. А время вписывает в нетленную память истории все новые и новые имена. Среди них достойно глубокого уважения имя безвременно ушедшего из жизни Героя Советского Союза, командира артиллерийской батареи, ростовчанина Дмитрия Михайловича Пескова. Руководимые им артиллеристы проявили героизм в жестоких боях за Ростов в феврале сорок третьего года.　

Идут годы, и с ними все ярче горит звезда бессмертной славы Валерия Нижегородцева. Служил в батальоне Мадояна этот юный разведчик. Выполняя важное задание, мужественный девятнадцатилетний юноша пал смертью храбрых.　

На площади Карла Маркса, за памятником великому революционеру, горит Вечный огонь. Рядом с братской могилой, где погребены участники боев за наш город, ростовчане установили обелиск и на розовом граните написали имя Валерия. У обелиска всегда цветы. Их особенно часто приносят школьники.　

…На боевом пути в Ростов сложил свою голову и сын старого московского большевика, комиссара дивизии в гражданскую войну, участника Великой Отечественной войны Евсея Борисовича Брауде — моряк, лейтенант Борис Брауде. Герою-комсомольцу, который подвигом помог подразделению в донской степи опрокинуть контратаку фашистов, посвящают стихи пионеры, комсомольцы… Вот строки из одного стихотворения. Ничего, что они непрофессиональны. Главное — в них голос сердца:　

От Сталинграда герои шагали,

И каждый из них был на подвиг готов.

С боями бесстрашно они наступали,

Знамя свободы несли на Ростов!

Моряк-лейтенант… Ему только двадцать.

Война на Донщину его привела…　

Умел он мечтать, умел и сражаться,

Он шел на огонь, чтоб Отчизна жила!

Умолк пулемет за разрывом гранаты,

И поднялся шквальной атаки таран…

Рванулись вперед Мадояна солдаты —

Остался лежать лишь один лейтенант…　

Могила героя офицера Бориса Брауде находится в Сальске…　

С годами полнее раскрылся совершенный в нашем городе при первом, ноябрьском 1941 года освобождении Ростова подвиг дочери братского абхазского народа, политрука Саши Назадзе. Она бесстрашно бросилась на пулеметный ливень фашистского дота на земле Ростова, и теперь бывшая Пролетарская улица, на которой она погибла, носит славное имя политрука Саши Назадзе. Соплеменник героини, известный абхазский поэт Иван Тарба посвятил Саше проникновенные стихи:　

Обелиск поставлен белый,

Ширь и степь вокруг него,

Девушке-абхазке смелой

Здесь поставили его.　

Берег Дона величавый

Приютил тебя навек.

Горд твоей бессмертной славой

Тихий Дон, как человек…　

Сколько их, славных имен освободителей Ростова, живых и мертвых: Гукас Мадоян, капитан Шунденко, Лида Дмитриева, Александр Ковальчук, генерал-лейтенант Сергей Горшков, комбриг 159-й офицер Михаил Дубровин, сержант Кравченко, политработник Семен Бурменский, писатель майор Виталий Закруткин, бронебойщик Петр Макрушенко, писатель майор Анатолий Калинин, знаменосец Владимир Еременко, прославленный боевой летчик Амет-Хан Султан…　

Сорок лет минуло. Звезды-имена освободителей Ростова стали нам еще ближе, еще дороже, еще роднее, и я невольно говорю стихами:

Вечерний час… За окнами огни,

Ты помнишь, друг, те памятные дни,

Когда над нашим городом родным

Шумел пожар, клубился черный дым…

В огне пылал разрушенный вокзал,

И кто-то из солдат тогда сказал,

То был один из наших земляков:

— Мы возродим тебя, родной Ростов!

Мы шли по улицам и думали о том,

Как будем строить снова каждый дом,

И стали клятвой пять солдатских слов:

«Мы возродим, тебя, родной Ростов!»

В сердцах живут те огненные дни…

Товарищ мой, героев помяни,

И тихий Дон с Ростовом молодым

Пусть будет общим памятником им!　

М. А. Андриасов.

ОГНЕННЫЙ РУБЕЖ

Неторопливо, затейливо кружа по изрезанной оврагами да балками равнине, несет к морю Азовскому свои воды Миус. За долгое время река размыла землю, обнажила камень, и правый ее берег круто вознесся над луговиной левобережья. С него далеко видны широкие поля, зеленые островки садов в низинах, выцветшие плешины горькой полыни на каменистых взлобках.　

Над степью и рекой — тишина. Лишь слышится шелест туго налитых зерном колосьев, да звонкая песня трепетного в небе жаворонка. А в воздухе плывет густой запах разнотравья…　

Миусская земля! Кажется, что покой здесь извечен, что тишина осталась от той поры, когда прозывалась эта степь Диким полем. Но покой лишь кажется вечным. Видала эта земля и схватки сарматов со скифами, и битвы русичей с половцами, и татаро-монгольские полчища Чингисхана. Неподалеку от этих мест, на реке Калке, ныне прозываемой Кальмиусом, семь с половиной веков назад произошла грозная сеча русских ратников с конниками дикой орды. Опалила землю и гражданская война.　

Но то, что было здесь в Великую Отечественную войну, не может ни с чем сравниться. Не опалили землю миусскую сражения, а испепелили, искорежили ее взрывами бомб и снарядов, гусеницами танков и скрытыми от глаз минами всех калибров и предназначений.　

Пятнадцать долгих месяцев проходил по реке огненный рубеж фронта, днем и ночью гремели кровопролитные бои, и казалось, что от непосильного испытания земля миусская стонала.　

Не одну сотню сел и хуторов Примиусья смел начисто огненный шквал. В руинах лежали Матвеев Курган, Куйбышево, Анастасиевка, Дмитриевка…　

Создавая на Миусе мощные оборонительные рубежи, немецко-фашистское командование стремилось удержать в своих руках Донбасс — этот крупный промышленно-экономический район. Гитлер изрекал, что без донецкого угля Германия