Звездный час Нидерландов. Войны, торговля и колонизация в Атлантическом мире XVII века - Вим Клостер

поводу во всех фортах Нидерландской Бразилии прогремел пушечный салют{662}. В некоторых случаях вместе с благодарением возносились просьбы о благословении. В 1641 году, когда из Ресифи отправлялась эскадра для нападения на Анголу, Высший совет Бразилии заявил о необходимости провести день поста и молитвы, пояснив, что нидерландское оружие окажется бесполезным без благословения свыше. В связи с этим было предложено поблагодарить Бога за множество великих милостей и попросить у него благословения на экспедицию «для распространения Царствия его»[843]. На Кюрасао ежегодно проводился день молитвы, поста и благодарения в память о неудаче злополучной французской морской экспедиции 1678 года, которая собиралась уничтожить местную нидерландскую колонию, но случилось чудо, и она натолкнулась на коралловые рифы у острова Авес{663}. Молитвенные дни также назначались при нападениях индейцев, в периоды «острых лихорадок и опасных болезней». Все эти «напасти» связывались с грехами колонистов{664}, и, как только опасность отступала, объявлялся день благодарения{665}.

Реформатская церковь

В XVII веке религия повсеместно влияла на все сферы жизни людей, и Нидерландская Атлантика не была исключением. Реформатская церковь была не просто религиозной организацией, действовавшей в нидерландских торговых форпостах и колониях, — это был и главный культурный институт. Как указывает историк Виллем Фрейхофф, церковь «объединяла людей на регулярной основе, сохраняла язык и культурное наследие, защищала европейские ценности и укрепляла коллективный дух»{666}. В Нью-Йорке, например, именно благодаря Нидерландской Реформатской церкви, настаивавшей на использовании нидерландского языка в сфере богослужения, он успешно сохранялся в течение длительного времени после того, как статус официального языка получил английский[844].

Несмотря на ключевое положение Реформатской церкви во всей Нидерландской Атлантике, власти не приняли предложение Виллема Усселинкса, высказанное им в проекте устава ВИК в 1619 году, — разрешать становиться переселенцами только ее прихожанам[845]. Тем не менее взгляды Усселинкса разделяли некоторые колониальные магистраты. Например, в Ренселарсвейке посещение церкви раз в неделю было обязательным, а тех, кто уклонялся от этого, штрафовали в зависимости от их благосостояния и пола{667}. А на Кюрасао губернатор Матиас Бек приказал каждое воскресенье посещать службу по уставу Реформатской церкви гарнизону в полном составе и матросам на борту всех кораблей, находящихся в порту{668}.

Впрочем, это были единичные случаи. Если в других странах единство государства и религии в те времена было само собой разумеющимся, Реформатская церковь не являлась государственной церковью Соединенных провинций — закон не требовал от жителей страны быть ее прихожанином. Несмотря на это, она являлась «общественной церковью», официальным духовным органом общества[846], а следовательно, правители страны должны были создавать возможности для продвижения реформатской веры (см.{669}). В частности, во временных инструкциях для Сан-Томе образца 1642 года говорилось, что местные «управляющий и совет должны с почтением относиться к истинной реформатской вере в том виде, в каком учение ее публично преподносится в нашей стране, и гарантировать, используя доступные им возможности наподобие проповедников или чтецов [Библии], чтобы слово Божие преподавалось или читалось утром и днем в воскресенье, а также в другие дни, а молитвы Господу возносились ежедневно утром и вечером, дабы праведный гнев Его был отвращен и милостивое и щедрое благословение вновь снизошло на них»{670}.

Религиозное попечение о нидерландцах за пределами метрополии — как в восточных, так и в западных колониях — возлагалось на лиц, назначаемых консисториями[847]. Амстердамская консистория решила эту задачу, создав 25 марта 1621 года комиссию из deputati ad res Indicas[848]. Первоначально ее деятельность была сосредоточена на нидерландских опорных пунктах в Азии, однако вскоре комиссия занялась и Атлантикой. Именно консистория Амстердама 27 июля 1623 года убедила совет директоров ВИК включить духовных лиц в команды кораблей, отправляющихся в Америку. В 1636 году консистория передала бразды правления и контроль над религиозными делами в Ост– и Вест-Индии в руки классиса — одной из структур Реформатской церкви{671}.

Практически во всех нидерландских колониях церкви первоначально окормляли военные гарнизоны — духовный институт по модели Соединенных провинций приходил им на смену лишь постепенно{672}. В конечном итоге и в Бразилии, и в Новых Нидерландах утвердилась церковная организация, характерная для Соединенных провинций, — с основой в виде приходов, каждый из которых имел собственную консисторию. В других уголках Нидерландской Атлантики в этом не было необходимости, учитывая малочисленность прихожан. Например, в 1662 году, согласно церковным записям, община в Кюрасао насчитывала всего 20 посещавших проповеди лиц, а впоследствии их стало еще меньше{673}. Поэтому в большинстве колоний и торговых пунктов можно было обойтись всего одним пастором. Например, в 1659 году совет директоров ВИК постановил, что второй пастор для Гвинеи не нужен, поскольку община в Эльмине была небольшой, а голландцы, расквартированные в близлежащих фортах и стоянках, могут посещать службы в Эльмине[849].

В консисториях, где проводились еженедельные собрания, участвовали как проповедники, так и миряне, занимавшиеся благотворительностью. В рамках подобной деятельности эти люди, зачастую принадлежавшие к средним слоям общества, обладали влиянием, которого им не хватало в политических кругах. Их основными задачами были охрана нравственности и поддержание церковной дисциплины{674}. В Соединенных провинциях священнослужители, проживавшие в каком-то одном районе, собирались в классис — учреждение, координировавшее местные церковные дела. Новым Нидерландам так и не был предоставлен собственный классис, тогда как все 12 консисторий Бразилии были объединены в отдельный классис в 1636 году. По аналогии с метрополией, где классисы каждой провинции образовывали синод, классисы Пернамбуку и Параибы с 1642 по 1646 год составляли Бразильский синод, причем это был уникальный эпизод в нидерландской колониальной истории. Примечательно, что этот синод был организован по инициативе местных церковных иерархов и получил разрешение на свою деятельность, несмотря на протесты церквей Зеландии и Амстердама{675}.

Главными служителями Реформатской церкви были проповедники. Они сдавали экзамены на знание догматов, апологетики и экзегетики, однако познаний о коренных народах или владения их языками от этих людей не требовалось{676}. По форме и содержанию проповеди в колониях, вероятно, напоминали произносившиеся по всем Соединенным провинциям. Проповеди призывали прихожан к искуплению грехов и раскаянию, в них толковался текст Библии, велась полемика с инакомыслящими{677}. Важной задачей любого пастора было, согласно формулировке синода Южной Голландии, «поддержание строгой дисциплины и страха Господня» среди моряков{678}. Отдельные священники, которые долгое время были служителями Реформатской церкви в колониях, отличались заметной мобильностью. Например, Фредерик Виттеюс (Фиттеюс) сначала служил в Пернамбуку (его духовный