Я – Товарищ Сталин 4 - Андрей Цуцаев

С первыми лучами рассвета началась первая симуляция — штурм укреплённого холма, изображавшего китайскую позицию. Три роты, по двести человек в каждой, в серых шинелях и с винтовками Арисака, бежали через поле, их штыки сверкали в утреннем дыму, смешанном с росой. Десять танков Тип 95, лязгая гусеницами, наступали с правого фланга, их башни, поворачиваясь, выпускали снаряды по деревянным мишеням, изображавшим пулемётные гнёзда. Шесть полевых пушек Тип 90, установленных на холме, били по макетам укреплений, их снаряды с визгом разносили деревянные конструкции, поднимая облака земли. Солдаты, задыхаясь от бега, преодолевали грязь, их сапоги вязли в размокшей почве, а лица покрывала смесь пота и пыли.

Ивамото, наблюдая через бинокль, нахмурился и крикнул:

— Ямада, танки отстают! Они должны быть у холма через три минуты! Если китайцы контратакуют, нас раздавят!

Ямада, не отрываясь от карты, ответил, его голос дрожал от напряжения:

— Господин генерал, поле слишком сырое, гусеницы вязнут. Я приказал танкистам ускориться, но грязь тормозит. Пехота уже у подножия, вторая рота Танаки скоро прорвётся!

Танака, пробираясь между солдатами, выкрикивал:

— Вторая рота, вперёд! Штыки наготове! Разнести бункер!

Молодой солдат, лет девятнадцати, споткнулся в грязи, уронив винтовку. Его лицо, бледное от страха, исказилось, когда Ниси подскочил к нему, рявкнув: — Подними оружие, щенок! В Китае тебя прикончат за такую нерасторопность! Беги!

Солдат, дрожа, схватил винтовку и бросился вперёд, его сапоги месили грязь. Мощный взрыв разнёс макет бункера — сапёры подорвали мину, и столб огня, яркий и яростный, взметнулся над полигоном, а щепки разлетелись по сторонам. Пехота с криками ворвалась на холм, вонзая штыки в мешки с песком, изображавшие врага. Пулемёты на треногах выпускали очереди, их красные трассирующие пули рассекали воздух, оставляя за собой тонкие дымные следы.

К полудню началась вторая симуляция — отражение воздушной атаки. Семь самолётов Ки-10, имитировавших китайскую авиацию, пронеслись над полигоном, их серебристые крылья мелькали в разрывах облаков. Они сбрасывали учебные бомбы, которые с глухим хлопком взрывались на земле, поднимая фонтаны грязи. Пехота, укрывшись в окопах, вела огонь из винтовок, их пули с визгом уходили в небо, не достигая целей. Две зенитные пушки Тип 88, установленные на холмах, открыли огонь, их стволы дымились, но снаряды разрывались далеко от маневренных самолётов. Майор Сато, следя за небом, крикнул, его голос дрожал от тревоги:

— Господин генерал, зенитки не справляются! Ки-10 слишком быстры. Нам нужны новые орудия, иначе мы беззащитны!

Ивамото, прищурившись, ответил с раздражением:

— Новые пушки? Работай с тем, что есть, Сато! Если китайцы ударят с воздуха, мы должны удержать позиции. Танака, где твоя пехота?

Танака, стоя в окопе, подгонял солдат:

— Огонь по самолётам! Не давайте им зайти на второй круг!

Один из Ки-10, имитируя поражение, выпустил дым и, накренившись, ушёл в сторону, вызвав ликование пехоты. Близкий взрыв учебной бомбы поднял фонтан грязи, заставив солдат пригнуться, их каски звенели от ударов мелких камней.

К вечеру началась третья симуляция — ночной штурм. Полигон, окутанный тьмой, освещали прожектора танков и сигнальные ракеты, чьи красные и белые вспышки разрывали небо, отбрасывая зловещие тени. Пехота, вооружённая фонарями, атаковала макет деревни, их штыки вонзались в манекены, изображавшие китайских солдат. Танки Тип 95, с включёнными фарами, прорывались через поле, их снаряды с грохотом разносили деревянные дома, чьи обломки пылали в ночи. Ниси, бегая между солдатами, орал:

— Первая рота, не отставать! Фонари выше, не теряйтесь в темноте!

Танака вёл вторую роту, его голос был полон решимости:

— В атаку! Сжечь деревню!

Оглушительный взрыв разнёс макет дома, и пехота, с яростными криками продолжала бежать вперед, окутанная дымом. Их штыки мелькали в свете пожаров. На правом фланге один из танков остановился — учебный снаряд вывел его из строя, повредив гусеницу. Экипаж, выбравшись наружу, кашлял от копоти, их лица были чёрными от сажи.

К утру 11 марта началась четвёртая симуляция — оборона окопов от наступления. Пехота, укрывшись в траншеях, стреляла из винтовок и пулемётов, отражая атаку танков, изображавших китайскую бронетехнику. Сапёры, в пропотевших рубахах, подрывали мины, чьи взрывы поднимали столбы земли. Мацуда, стоя у пушек, командовал:

— Артиллерия, огонь! Наводка на танки, не давайте им подойти!

Один из снарядов разнёс макет танка, и пехота в окопах ликовала, их голоса перекрывали гул боя. Ивамото, наблюдая через бинокль, кивнул Ямаде:

— Окопы держат. Пехота готова, артиллерия бьёт точно.

Сато, листая блокнот, добавил:

— Господин генерал, мины сработали идеально, но пулемётов не хватает. Китайцы будут наступать толпами, нам нужно больше огневой мощи.

Ивамото, опустив бинокль, ответил:

— Сато, пулемёты — твоя забота. Мацуда, усиливаем артиллерию. Ямада, пехота должна двигаться быстрее, иначе мы потеряем темп.

К вечеру Ивамото собрал офицеров на холме. Его взгляд, тяжёлый и требовательный, обводил каждого.

— Господа, Китай ждёт нас. Сегодня мы увидели нашу силу, но и слабости. Танки вязнут в грязи, пехота медлит, мины иногда срабатывают раньше времени. Если не исправим это, Китай станет нашей могилой. Ямада, почему танкисты тормозят?

Ямада, выпрямившись, ответил:

— Господин генерал, танки Тип 95 слишком лёгкие, вязнут в грязи. Нам нужны машины тяжелее. Пехота взяла высоту за восемь минут — они готовы к бою!

Сато, вмешавшись, добавил:

— Нам нужно больше самолётов, господин генерал. Тех, что есть, не хватит для прикрытия. Артиллерию усилим гаубицами, а сапёров я проверю — их расчёты с минами нужно уточнить.

Ниси, шагнув вперёд, доложил:

— Мои солдаты готовы драться до последнего. Дайте день, и мы возьмём любую высоту, господин генерал!

Танака поддержал:

— Мои парни рвутся в бой. Ночная атака прошла безупречно! Дайте приказ, и мы раздавим китайцев!

Ивамото, посмотрев на Ниси и Танаку, кивнул с лёгкой улыбкой:

— Такэо, Акира, ваши роты — лучшие. Сапёров отправьте на гауптвахту за ошибки. Завтра повторяем все манёвры с начала.

Плато Тигре, Абиссиния, 12 марта 1936 года

Плато Тигре в Абиссинии 12 марта 1936 года содрогалось от грохота, словно земля раскалывалась под ударами невидимого молота. Каменистая равнина, окружённая горами, чьи склоны покрывали редкие кусты и выжженная солнцем трава, утопала в густом дыму от взрывов. Сухая, потрескавшаяся почва пахла жжёной травой, порохом и едким бензином от горящих машин. Рёв тридцати советских самолётов И-15, чьи крылья мелькали в синем небе, смешивался с яростными криками абиссинских воинов, спускавшихся с холмов. Итальянские войска в зелёных мундирах укрывались в окопах, их лица, покрытые пылью, выражали страх и растерянность. Полевые пушки Fiat-Revelli, раскалённые от непрерывной стрельбы, выпускали