История Германии в ХХ веке. Том I - Ульрих Херберт

– отказ большинства населения от демократии и республики вряд ли мог быть выражен более ясно. Только католические партии смогли стабилизировать свое положение, все остальные оказались в числе проигравших: СДПГ опустилась до 21,6 процента, то есть до результата 1920 года. Либеральные партии были практически уничтожены, НННП сократилась до второстепенной партии с 5,9 процента.

Однако это не привело к явному большинству: две правые партии вместе получили только 43 процента, Веймарская коалиция, а также две – совершенно враждебные друг другу – рабочие партии получили по 36 процентов. Только коалиция между НСДАП и Центром могла бы иметь парламентское большинство – но эта возможность быстро отпала после не слишком успешных переговоров на уровне земель.

НСДАП стала слишком сильной для роли младшего партнера, поэтому после выборов в рейхстаг она отказалась от концепции терпимости к кабинету Папена и потребовала руководить правительством. Это сделало весь проект чрезвычайного декретного правительства, терпимого справа, снова недействительным, что со всей очевидностью доказало сокрушительное поражение Папена на голосовании в рейхстаге 12 сентября: 512 депутатов проголосовали против рейхсканцлера и только 42 за него. Поэтому уже на первой сессии рейхстага после выборов были назначены новые выборы на ноябрь 1932 года.

Авторитарная политика без массовой базы в такой форме неосуществима, это теперь стало очевидным. Какие альтернативы были еще в распоряжении? Политические решения принимались во все более узкой группе политиков и лоббистов, важнейшими членами которой были Гинденбург и его советники, руководство рейхсвера, отдельные представители крупной промышленности и НННП. В основе их линии лежали три пункта: отказ от возврата к парламентаризму, ликвидация рабочего движения и продолжение курса экономической и социальной политики правительства Папена.

Первый вариант был продолжением концепции Папена: президентское правительство без парламентского большинства. Но это означало, что дальнейшие выборы в рейхстаг пришлось бы на время приостановить – открытое нарушение конституции, на которое не решился Гинденбург. Папен при поддержке НННП все же выступил за это решение, но отказался от него, когда стало ясно, что, если новые выборы не будут назначены, НСДАП и Центр обвинят рейхспрезидента в нарушении конституции.

Если бы эта идея все же была реализована, это неизбежно привело бы к ситуации, подобной гражданской войне, в которой правительству пришлось бы привлечь рейхсвер. В результате это означало бы военную диктатуру – это был второй вариант. В руководстве рейхсвера, безусловно, были силы, одобрявшие такой путь, и до января 1933 года эта концепция никогда полностью не была снята с повестки дня, тем более что ее уже успешно опробовали в некоторых странах Восточной Европы, например в Польше. Но в конечном итоге военная операция внутри страны показалась слишком рискованной для руководства рейхсвера, которое видело свою задачу прежде всего в боеготовности по отношению к внешнему миру и, в среднесрочной перспективе, в пересмотре итогов Первой мировой войны. Перед лицом миллионов промышленных рабочих, объединенных в профсоюзы, такое решение, возможно, заставило бы военных вступить в длительное и кровавое противостояние. Более того, в таком случае следовало ожидать, что по крайней мере некоторую часть сторонников НСДАП, отстраненных от участия во власти, также пришлось бы подавлять рейхсвером. Но борьба с правыми и левыми пугала военное командование[36].

Третьей возможностью было парламентское правление во главе с национал-социалистами. Этот вариант стал актуальным прежде всего благодаря контактам между НСДАП и Центром после июльских выборов 1932 года. Однако среди промышленников и крупных аграриев вызвало опасения, что такая коричнево-черная коалиция может обратить вспять уже достигнутое состояние бесправия парламента и привести к «репарламентаризации». Более того, первые же консультации показали, что противоречия между двумя потенциальными партнерами оказались слишком велики.

Правительство правого блока – четвертый вариант – не имело большинства и поэтому было возможно только как президентское правление: Папен и Гинденбург предложили руководству НСДАП после июльских выборов создать такое правительство с министрами НСДАП под руководством канцлера фон Папена. 13 августа Гитлер отверг это предложение и бескомпромиссно потребовал возглавить президентский кабинет.

Теперь в дело вступили новые соображения. Одно из них заключалось в квазипарламентской ликвидации партии Гитлера. Идея буржуазного сплочения возникала снова и снова в последние десятилетия, но так и не смогла преодолеть традиционные партийные структуры. И на этот раз идея создания вокруг НННП большого «движения», которое будет иметь большинство, была не более чем умозрительной, тем более что такая массовая правая партия уже существовала в виде НСДАП. Идея правой партии с большинством, в которой решающее слово принадлежит знати, быстро оказалась анахронизмом.

Поэтому единственным вариантом оставался тот, который уже провалился, то есть еще одно правительство Папена без парламентской поддержки. Новые выборы в рейхстаг в ноябре 1932 года, казалось, снова открыли эту возможность, потому что НСДАП пришлось смириться со значительными потерями голосов и опуститься до 33,1 процента. Победителями выборов стали НННП с 8,3 процента и коммунисты, которые с 16,9 процента отстали от СДПГ всего на 3 пункта. Тем не менее это не привело к созданию работоспособного большинства. Две крайние партии вместе имели большинство в парламенте и не допускали никаких коалиционных вариантов центра; и даже коричнево-черная коалиция теперь не имела большинства. Но, по крайней мере, почти безостановочная тенденция к росту партии Гитлера теперь казалась сломленной. «Фашистское» решение кризиса по итальянской модели – то есть передача руководства правого президентского режима радикальному националистическому массовому движению – теперь уже явно не было столь убедительным, как после июльских выборов.

РЕШЕНИЕ В ПОЛЬЗУ ГИТЛЕРА

Результаты ноябрьских выборов подстегнули усилия Гинденбурга и индустриальных кругов по стабилизации правительства Папена в долгосрочной перспективе. Однако такой режим нельзя было удержать против рабочего движения и национал-социалистов. Требовался новый подход, подобный тому, который разработал самый влиятельный из многочисленных политических интриганов последних месяцев Курт фон Шлейхер, ставший тем временем министром рейхсвера. Его концепция заключалась в том, чтобы обеспечить дальнейшее развитие президентского режима в авторитарную элитарную диктатуру под руководством рейхсвера и в то же время не допустить в правительство руководителей НСДАП из окружения Гитлера, которое казалось чрезмерным в своих претензиях на абсолютное лидерство и подозрительным в их экономической политике. Однако, вычленив из НСДАП «разумные» части, чтобы включить в правящий картель праворадикальное массовое движение, а также часть профсоюзов, можно было обеспечить предполагаемую диктатуру «массовой базой», которая также сулила избежать вмешательства рейхсвера[37].

Эта сложная конструкция, названная «перекрестным фронтом», была не такой уж надуманной, как может показаться задним числом, по крайней мере не более авантюрной, чем предложение, сделанное Папеном в ноябре, а именно: ликвидация рейхстага, введение чрезвычайного положения, подавление всех партий