Дети капитана Гранта - Жюль Верн

Падди О’Мур рассказал свою историю. Это была история всех эмигрантов, которых голод заставил покинуть родину.

Закончив свой рассказ, он не стал ни о чем расспрашивать гостей, но Гленарван сам был заинтересован в том, чтобы колонист узнал всё о «Дункане», о цели его приезда к мысу Бернукли, о розысках, которые производила яхта по всему свету. Он сначала спросил Падди О’Мура, не слыхал ли тот чего-нибудь о крушении «Британии». Ирландец дал отрицательный ответ. Он никогда не слышал об этом корабле. За последние два года ни одно судно не терпело крушения ни у самого мыса Бернуили, ни в его окрестностях. А так как катастрофа с «Британией» произошла всего два года тому назад, то он с полной уверенностью заявил, что разыскиваемых Гленарваном людей нет и не было в этой части побережья.

— А теперь позвольте узнать, сэр, почему вы предлагаете мне этот вопрос? — спросил он.

Тогда Гленарван рассказал колонисту о находке документов в бутылке, о снаряжении экспедиции на «Дункане» и о всех предпринятых ею попытках разыскать капитана Гранта. Он не скрыл от ирландца, что его категорическое утверждение разбивало последнюю надежду найти несчастных моряков. Эти слова не могли не произвести угнетающего впечатления на слушателей Гленарвана. У Роберта и Мэри глаза были полны слёз. Даже Паганель не находил для них слов утешения. Джон Мангльс страдал вдвойне: за Мэри и за себя. Отчаяние переполняло сердца этих великодушных людей, напрасно приехавших к таким далёким берегам, и вдруг в напряжённой тишине, господствовавшей в комнате, раздался уверенный голос:

— Не отчаивайтесь, сэр, если капитан Грант жив, он находится в Австралии!

Глава седьмая

Айртон

Трудно описать изумление, которое вызвали эти слова. Гленарван мгновенно вскочил на ноги так, что его табурет покатился по полу.

— Кто это сказал? — вскричал он.

— Я, — ответил один из работников Падди О’Мура, сидевший за противоположным концом стола.

— Это ты сказал, Айртон? — воскликнул колонист, удивлённый не меньше, чем сам Гленарван.

— Я! — взволнованно, но твёрдо ответил Айртон. — Я такой же шотландец, как и вы, сэр, и я — один из потерпевших крушение на «Британии»!

Это заявление произвело потрясающее впечатление. Мэри Грант, задыхаясь от волнения, в полуобмороке склонилась на грудь Элен. Джон Мангльс, Роберт, Паганель, повскакав со своих мест, кинулись к работнику, которого Падди О’Мур только что назвал Айртоном.

Это был человек лет сорока пяти, суровый на вид, с живыми глазами, глубоко запрятанными в глазные впадины и прикрытыми очень густыми бровями. Несмотря на худобу, было видно, что он необычайно силён. Его тело состояло как будто из одних костей и мускулов. Он был невысокого роста, широкоплечий, с уверенными, энергичными движениями. Умное лицо его носило следы недавно перенесённых лишений. Сразу было видно, что человек этот много страдал.

Гленарван и его друзья поняли это с первого взгляда. Внешность Айргона внушала доверие. Гленарван осыпал Айргона вопросами. Тот охотно отвечал. Встреча с путешественниками, разыскивающими потерпевших крушение, видимо, произвела на него глубокое впечатление.

— Вы — один из потерпевших крушение на «Британии»? — спросил его Гленарван.

— Да, сэр. Я служил боцманом у капитана Гранта.

— Вы спаслись вместе с ним?

— Нет, сэр, нет. В эту страшную минуту волна смыла меня с палубы и понесла на берег.

— Значит, вы не один из тех двух матросов, о которых говорится в документе?

— Нет, я ничего не знаю об этом документе. Вероятно, капитан бросил его в море, когда меня уже не было на судне.

— Но капитан?..

— Я думал, что он погиб вместе со всем экипажем «Британии». Мне казалось, что я один спасся после крушения.

— Но ведь вы только что сказали, что капитан Грант жив?

— Нет, я оказал: «если он жив».

— И прибавили: «то он в Австралии».

— Да, он не может быть нигде в ином месте.

— Значит, вам неизвестно, где он находится?

— Нет, сэр. Повторяю: я ведь считал, что он утонул или разбился о скалы. Только от вас я услышал, что он, может быть, ещё жив.

— Но что же вам известно в таком случае?

— Только то, что я уже сказал: если капитан Грант ещё жив, он находится в Австралии!

— Где произошло крушение? — спросил майор.

Этот вопрос следовало, конечно, задать первым. Но взволнованный Гленарван, спеша узнать, жив ли ещё капитан Грант, не догадался сразу задать его. С той минуты, как вмешался майор, допрос Айртона, нестройный, часто сбивчивый и нелогичный, задевавший все вопросы, не углубляя ни одного, принял более спокойный характер, и вскоре перед слушателями предстали все подробности этой истории в связном и последовательном порядке.

Айртон ответил на вопрос майора следующими словами:

— Когда волна смыла меня с реи, где я брал риф на фоке, «Британия» неслась прямо на берег Австралии. Это случилось не больше как в двух кабельтовах от берега. Следовательно, крушение должно было произойти в этом самом месте.

— На тридцать седьмом градусе широты? — спросил Джон Мангльс.

— Да, — ответил Айртон.

— На западном берегу Австралии?

— О нет! — живо ответил боцман. — На восточном!

— Когда?

— В ночь на 27 июня 1862 года.

— Так и есть! Так оно и есть! — вскричал Гленарван.

— Теперь вы видите, сэр, — добавил Айртон, — что я вправе был сказать: «Если капитан Грант ещё жив, его надо искать только на австралийском материке, и нигде в другом месте!»

— И мы будем искать и разыщем его! — воскликнул Паганель. — О, драгоценный документ, — добавил он наивно, — какое счастье, что ты попал в руки проницательных людей!

Никто не заметил этого самохвальства Паганеля. Гленарван и Элен, Мэри и Роберт сгрудились вокруг Айртона. Они пожимали ему руки, как будто встреча с этим человеком служила залогом спасения Гарри Гранта. Да и в самом деле, если боцман вышел целым и невредимым из ужасной катастрофы, почему не мог также уцелеть и капитан?

Айртон беспрерывно повторял, что капитан Грант должен остаться в живых. Где он находится, этого Айртон не знал, — но не сомневался, что на материке Австралии.

Бывший боцман, осыпаемый тысячью вопросов, отвечал на них охотно, умно и с замечательной точностью. Мэри не выпускала его руки из своих ручек всё время, пока он говорил. Ведь это был спутник, товарищ её отца, матрос с «Британии»! Он жил рядом с Гарри Грантом, дышал одним воздухом с ним, делил с ним труды и опасности! Мэри не могла оторвать глаз от мужественного лица Айртона и плакала от счастья.