Амулет воинов пустыни - Райнер Шрёдер

Тарик резко отвернулся от пещеры.

— Да будут они прокляты на веки веков!

— Мы не должны ограничиться одними проклятьями! — гневно воскликнул Мак-Айвор. — Мы не можем уйти отсюда просто так, ничего не сделав!

— Что же мы, по-твоему, должны сделать? В течение многих недель ждать здесь возвращения каравана искарисов? Устроить им засаду и вступить с ними в бой? Сомневаюсь в успехе этого предприятия, — горько произнес Морис. — Тогда мы потеряем Святой Грааль навсегда. Беатрису и Элоизу тоже. Ты согласен взять на себя вину за это? Я — нет.

— Но что-нибудь мы все-таки должны сделать, — сказал Мак-Айвор. — Эта чертова банда должна знать, что ее тайне пришел конец. Поганые искарисы не должны чувствовать себя здесь в безопасности. Может быть, они даже бросят это строительство.

Герольт кивнул.

— Мак-Айвор прав. Мы можем спасти человеческие жизни. Для этого мы должны оставить им что-то вроде внятного послания.

Морис пожал плечами.

— Они просто найдут другое место и там начнут все сначала. Вам ли не знать, как упрямы искарисы. Но если вы придумаете что-нибудь интересное, я к вам присоединюсь.

— Мы, конечно, разрушим как можно больше из того, что они здесь построили, — сказал Тарик. — У нас достаточно веревок, чтобы с их помощью снести леса и хотя бы колонну с троном для дьявола.

Спутники Тарика пришли в восторг от его предложения. Для искарисов это станет жестоким ударом и одновременно знаком: больше они не смогут чувствовать себя здесь в безопасности.

— Жалко, что у нас нет святой воды, — сказал Морис. — Мы могли бы окропить ею все здешние места и обезвредить слуг дьявола. Вы же знаете, искарисы боятся притрагиваться к предметам, на которые упала хоть капля святой воды.

— Так в чем же дело? — спросил Герольт. — Ведь все мы были посвящены в монахи. В нашей власти освятить столько воды, сколько мы захотим.

— Конечно! Как мы могли об этом забыть? — Морис с облегчением рассмеялся. — Ну что ж, за работу, братья! Позаботимся о том, чтобы отвадить от этого места вонючих слуг Черного Князя! А начнем мы прямо с колонны.

Рыцари принялись связывать свои веревки. По одному из помостов Тарик пробрался к вершине колонны и накинул на нее петлю, чуть ниже того места, где искарисы приготовили место для Черного Князя. Другой конец веревки рыцари привязали к четырем верблюдам, и те начали тянуть ее в сторону. Сначала тамплиерам показалось, что колонна выстоит. Но затем она качнулась, рухнула наземь и разбилась на несколько частей. Трон раскололся на самом дне будущего амфитеатра.

Затем рыцари принялись за помост, стоявший у стены. Чтобы окончательно превратить его в груду сломанных балок и досок, им пришлось закидывать петлю трижды. Воронка на месте так и не обустроенного амфитеатра теперь была завалена строительным мусором, из которого торчал кусок колонны.

— А теперь окропим это святой водой!

Рыцари составили рядом несколько больших кувшинов и произнесли молитву, которая позволяла им освятить воду. Затем они щедро окропили ею соседнюю землю, края воронки, развалины, оставшиеся в ней, пещеры и стены дома, в котором искарисы собирались жить. С помощью головешки, подобранной на кострище перед домом, они нарисовали на стенах кресты и также окропили их святой водой.

Потом они вернулись к воротам и проделали с ними то же самое. Затем рыцари взялись за топор и разрушили механизм, закрывающий ворота.

Джамал не стал им мешать. Одного взгляда на поверженный трон и на пещеры было достаточно, чтобы понять: здесь надо оставить как можно больше развалин. Он ни о чем не спрашивал рыцарей. Ему хватило расплывчатого объяснения: здесь орудовали бессовестные люди, которые продали свои души дьяволу и теперь поклоняются злу. И пока братья-тамплиеры крушили демонические сооружения, шейх осмотрел ущелье, уходившее в северо-западном направлении.

— Кажется, я нашел решение второй загадки, — сказал бедуин рыцарям, когда они снова собрались у пруда.

— Поделись с нами своим озарением, шейх Салехи. Ибо все мы остро нуждаемся в нем, — потребовал Морис.

— Не только в этой впадине, но и в ущелье на скалах повсюду видны древние рисунки, — сказал бедуин. — Многие из них, несомненно, связаны с культом древних египтян. Но есть и другие. Они должны сбить с толку человека, который ведает о существовании вторых ворот или догадывается о них, но не знает о картинке, указывающей дорогу к ним. Я имею в виду «змею, лежащую на остром краю».

Мак-Айвор кивнул.

— Пока я тебя понимаю. Но расскажи, наконец, о своей находке.

— Это один из многих знаков, напоминающих вытянувшуюся змею. Я нашел его на западном склоне ущелья, — сказал бедуин. — Он указывает на тропу, которая снизу кажется совершенно непроходимой, но при этом она достаточно широка, чтобы по ней могли пройти верблюды. И знак, о котором я говорю, выглядит так…

Джамал уверенными движениями собрал части амулета. Получилась длинная линия со слегка изогнутым концом, немного напоминавшая букву «S».

— Черт возьми, так и должно было быть! — радостно воскликнул Мак-Айвор. — Чтобы уползти с острого края, змея не может ни вытянуться, ни свернуться!

Джамал кивнул.

— К тому же сейчас линии и значки на амулете составили внятную путеводную картину.

Морис мельком взглянул на амулет и, не пытаясь проникнуть в тайну его узоров, вскочил как ошпаренный. Он буквально сгорал от нетерпения. Ему было вполне достаточно того, что знаки на амулете понимал Джамал.

— У нас есть хабир! Чего же мы ждем? В путь, друзья мои!

Вскоре караван, ведомый Джамалом, тронулся с места. Верблюды напились и немного отдохнули. Теперь у путников имелось более дюжины бурдюков с водой. Они взяли с собой и те кожаные сосуды, которые были опустошены или разорваны работорговцами при нападении на их лагерь. С таким запасом можно было идти по пустыне в течение целой недели, не рассчитывая найти колодец.

Джамал вошел в ущелье и уже через несколько десятков шагов начал затаскивать на его склон своего верблюда. Рыцари едва поверили своим глазам: неужели проход может быть там? Снизу действительно могло показаться, что верблюдам на острых камнях такого крутого склона просто ногу поставить будет негде.

Но когда рыцари последовали за бедуином, они к своему удивлению, обнаружили, что проходимая тропа там действительно есть. Местами тамплиерам казалось, что они и сами пробираются по острым граням камней, словно змеи. Стены ущелья между тем продолжали сближаться.

Рыцарям стало казаться, что они пошли по ложному пути. Тропа неожиданно привела их в тупик. Вернее, на ней оказалась глыба, похожая на спину окаменевшего великана. Несмотря на то что кругом были одни камни, перед этой глыбой росли кусты, корни которых уходили в углубление, заполненное землей.