Амулет воинов пустыни - Райнер Шрёдер

«Сколько мы еще продержимся? — с растущим отчаянием спрашивал себя Герольт, пытаясь вспомнить рассказы Джамала и хабира. — В этой части пустыни человек способен прожить без воды восемь или одиннадцать часов. И сколько же часов нам осталось? Четыре? Пять?»

Небесная печь раскалила дюны добела. Горизонт дрожал, как кривое зеркало, отражающее полную пустоту.

— Смотрите! — крикнул вдруг Морис дрожащим голосом. — Вода! Озеро! Там должен быть оазис!

— Там ничего нет! — остановил его Джамал. — То, что ты видишь, всего лишь бахер эль-альфрид — «вода сатаны». Обманное видение.

Это действительно была всего лишь фата-моргана — мираж, созданный дрожавшим на горизонте воздухом. Чем ближе подходили путники к мнимому озеру, тем больше оно отдалялось от них.

Шатаясь от усталости, они продолжали идти. Около полудня силы их, казалось, иссякли. Делать остановки им приходилось все чаще.

Наконец они сделали привал у подножия небольшого холма, расположенного между двумя цепями дюн. Джамал рукой провел по песку и вдруг вздрогнул так, будто его укусил скорпион.

— Вода! — крикнул он.

Рыцари с испугом посмотрели на него: уж не помутился ли разум шейха Салехи?

— Верьте мне, тут живет желобчатый родник! — продолжал взволнованный бедуин. — Мы спасены!

— Что здесь живет? — едва произнес Герольт.

— Желобчатый родник! — повторил Джамал. — Хвала Аллаху, пославшему нам воду! — И с этими словами он начал руками копать песок.

— Наверное, он действительно сошел с ума, — тяжело дыша, сказал Морис. — Если бы там был источник, на поверхности можно было бы заметить сырость или что-нибудь в этом роде.

Однако Джамал не ошибся. Сопя и задыхаясь, он копал песок до тех пор, пока не вырыл яму примерно в полтора локтя шириной и в локоть глубиной.

— И где же вода? — спросил Морис, стеклянными глазами глядя на яму. — Я ничего не вижу.

— Наберитесь терпения. Забудьте о яме, которую я выкопал, и не думайте о воде, иначе родник не выйдет на поверхность! Это древняя примета бедуинов, — сказал Джамал. — Не говорите о воде, не поминайте ее ни единым словом! Если вы будете вести себя так, как я сказал, через час здесь будет вода. Ее окажется достаточно для того, чтобы все мы утолили жажду!

Братья по ордену тамплиеров слишком устали, чтобы задавать дальнейшие вопросы. Достаточно было и того, что им представилась возможность просто лежать на песке и никуда не идти. А если они вообще не смогут подняться и встретят смерть прямо здесь, значит, такая судьба была им предначертана. По крайней мере со своей стороны рыцари сделали все возможное. Они положили свои жизни на весы судьбы, чтобы спасти Святой Грааль и вызволить Беатрису и Элоизу. Все остальное было в руках Всевышнего, который мог и простить тамплиерам их оплошность.

Постепенно сознание рыцарей померкло. Они оказались в состоянии, похожем и на сон, и на лихорадочный бред.

Никто не смог бы сказать, сколько времени прошло, когда вдруг раздался торжествующий крик Джамала:

— Аллах всемогущий! В яме стоит вода!

Рыцари подползли к бедуину и недоверчиво заглянули в яму. Она действительно была заполнена водой.

— О Господи… это правда… Вода… Это… это чудо, — пыхтел Мак-Айвор. — Это настоящее чудо, потому что здесь не может быть воды!

Бедуин рассмеялся.

— Да, этот источник[45] в Ливийской пустыне и в самом деле можно считать одним из чудес всемогущего Аллаха!

Путники осторожно набирали воду кружкой и по очереди пили. Глубокая яма наполнилась водой, и их воля к жизни быстро окрепла, в них вселилась уверенность. Если пустыня перед самой гибелью рыцарей подарила им родник, может быть, она подарит им и долину Вади Хамра?

Когда была вычерпана вся вода, путники стали ждать ее повторного появления, надеясь наполнить бурдюки.

К великой радости тамплиеров, их надежды сбылись. Правда, на этот раз заполнения ямы водой пришлось ждать намного дольше. Рыцари спокойно наблюдали за тем, как живительная влага медленно поднимается со дна ямы. Снова проснулся их интерес к амулету и возможностям составлять из его частей бесчисленные картинки. За прошедшие дни и ночи они не раз пытались соединить мелкие пластинки так, чтобы они приняли вид падавшего вниз сокола или вытянувшейся змеи. Но линии и знаки на поверхности пластины никак не желали составляться в отчетливый рисунок.

Когда уровень влаги в яме перестал подниматься, путники обнаружили, что вышедшая на поверхность вода заполнит один из бурдюков на треть. Такой запас воды позволял им пережить по крайней мере остаток дня и всю ночь.

С наступлением темноты они устроили привал — первые, сравнительно теплые часы после заката надо было использовать для сна. А отдых был путникам крайне необходим. Вскоре Джамал разбудил рыцарей. В течение холодной ночи надо было пройти как можно дальше, к тому же в движении холод переносился легче.

Судя по положению луны, только что перевалило за полночь, когда шедший впереди Джамал вдруг попятился назад с гребня дюны, на которую только что взошел, и начал тащить назад своего верблюда.

— Что случилось? — спросил встревоженный Мак-Айвор, который шел следом за бедуином.

— Караван, — приглушенным голосом отозвался Джамал. Он протянул руку налево. — Тридцать, а может, и сорок верблюдов.

— Караван? Здесь? — недоверчиво прошептал Герольт. — В сердце Пустой четверти? Ты не ошибся? Я думал, здесь нет караванных троп.

— Здесь их в самом деле нет. И все же караван идет через пески.

— Ну и что будем делать? — прошептал Морис. — Может, пойдем познакомимся?

— Эта мысль меня не греет, — произнес Джамал. — Думаю, сначала надо подобраться поближе и посмотреть, что это за люди.

Путники быстро наложили на ноги верблюдов агали, завязали им пасти и отправились вслед за Джамалом. Передвигаясь пешком по узкой долине, они примерно в двухстах шагах от оставленных верблюдов взошли на правую сторону дюны, ползком добрались до ее вершины, мельком взглянули на силуэт каравана, переползли на склон другой стороны и прошли под защитой высокой песчаной горы еще триста-четыреста шагов. Затем Джамал снова начал восхождение вверх по склону.

— Ближе мы подходить не должны. Да опустите же ниже головы! — приказал он.

Рыцари прижались к песку за гребнем дюны. И вот они уже рассматривали караван, который на расстоянии слышимости человеческого голоса пересекал лежавшую перед ними цепь барханов. До них доносились гортанные голоса, стук деревяшек и звон каких-то металлических предметов. Света неполной луны было достаточно, чтобы с такого расстояния разглядеть мелкие детали. Впрочем, долго разглядывать караван путники не могли — он быстро удалялся в южном направлении.