Плетельщица снов - Наталья Журавлёва

явно доставляла ему немалое удовольствие. И даже матушка Бульк была не в силах сдерживать довольную улыбку.

— Никакой номер я не выкидывала, — с нажимом произнесла я. — И я никакая не странная девушка!

Подцепив вилкой толстенную вафлю, я целиком засунула ее в рот, чтобы иметь хоть какую-то передышку в споре, в котором я очевидно проигрывала.

— Милая, о чем же ты думала, когда плела свое платье, если на балу из него выпрыгнули сразу три мужчины? — Лусия поднесла ко рту ладонь, но веселые лучики в уголках ее глаз ярко свидетельствовали о том, что она едва сдерживается, чтобы не засмеяться в голос.

«Нет, нет, нет! Я не хочу говорить об этом сейчас! Только не при Флеме!», — хотелось закричать мне, но, разумеется, такого удовольствия я ему доставлять не собиралась.

Я тщательно пережевывала вафлю, изо всех сил стараясь не покраснеть.

С трудом, но мне удалось немного успокоиться.

— Не понимаю, как эти образы вплелись в платье, словно в сон, а потом вышли из него, хотя я не спала, — игнорируя вопрос матушки, произнесла я, справившись с гигантской вафлей.

— Ой, милая, — сказала матушка, — вблизи наших гор любая магия ведет себя непредсказуемо. Любое магическое действие здесь многократно усиливается, и никто не может с уверенностью предсказать, как именно оно проявится.

— Вот оно что, — протянула я, делая глоток кофе, который был хоть и с молоком, но до того горьким, что я даже зажмурилась.

Я задумалась о том, что сказала Лусия.

— Допустим, вы правы, — медленно проговорила я, — и я действительно вплела образы из своей головы в платье, точно в сон.

Лусия кивнула.

— Но скажите на милость, как так вышло, что эти образы не только ожили, но и были видны каждому, кто присутствовал на балу?

Матушка Бульк задумалась, постукивая ложкой по столу:

— Я думаю, что браслет из мотана, который преподнес тебе Курт, сыграл тут не последнюю роль, — наконец произнесла Лусия и подложила на мою тарелку еще одну гигантскую вафлю.

— Браслет? — удивилась я.

— Мотан? — поднял брови Макс. — Курт подарил тебе браслет из мотана?

Браслет и сейчас был на мне, поэтому я приподняла длинный рукав блузы и продемонстрировала ярко-зеленые камни, маленькими шариками обрамлявшие мое запястье.

— Милый подарок, правда? — улыбнулась я, любуясь браслетом.

— Она что не в курсе? — этот вопрос Флем адресовал Лусии.

Я оторвалась от украшения:

— Не в курсе чего?

— Милая, мотан — это самый редкий камень. Его можно найти лишь далеко в Магических горах, — сказала Лусия.

Максимилиан потянулся было, чтобы рассмотреть украшение получше, но я отдернула руку. Флем лишь пожал плечами и продолжил:

— И этот чудесный природный минерал многократно усиливает любые магические способности своего владельца. Добыть мотан очень трудно. Найти даже небольшой камушек считается большой удачей, а получить в подарок целый браслет из камней, буквально пропитанных магией, — вот уж подарок так подарок!

— Я и не знала, — протянула я. — Но раз этот мотан трудно добыть, значит он дорого стоит?

— Да уж, не мало, — улыбнулась Лусия.

— Курт — очень хороший друг, — сказала я, пряча браслет в рукаве.

— Друг! — хмыкнула Лусия, и я заметила, как она закатила глаза к потолку.

На лице Флема же появилось какое-то странное выражение. Недовольство? Но с чего бы?

— Ну да, друг, — протянула я. — А что?

— Ты, главное, ешь, Мия, — матушка пододвинула ко мне тарелку с остывающей вафлей. — А разобраться во всем остальном у тебя еще будет время.

Я послушно положила в рот вторую вафлю.

— А еще на меня вчера напал горный лев, — заявила я с тайным умыслом увести внимание этих двоих от темы моих иллюзорных поклонников.

Случай со львом, вчера вызывавший во мне только страх и ужас, сегодня уже казался настоящим приключением.

Матушка Бульк и Макс уставились на меня, забыв и о приготовлении, и о поглощении завтрака.

— Все закончилось хорошо, — я поспешила их успокоить, — Томас быстро его прогнал.

— Боги! Мия! — всплеснула руками Лусия.

Макс же едва слышно проговорил:

— Ни на мгновение нельзя оставить!

Довольная произведенным эффектом, я сделала глоток кофе. И снова сморщилась.

— Томас повел себя очень смело, — добавила я, в упор глядя на Флема.

— Но что забыл этот горный лев в городе? — произнесла Лусия. — Я слышала, что раньше эти зверюги действительно спускались с гор и их видели на улицах, но этого не происходило уже много лет. Честно говоря, я думала, что их больше не осталось.

— Как минимум один точно остался, — усмехнулась я. — И Томас с ним отлично справился.

— Господин Фо сразился с горным львом? — Максимилиан, прищурившись, смотрел на меня. — И шкура настоящего горного льва теперь украшает его гостиную?

Наверно, это какой-то особый вид искусства — в миг становиться самым неприятным человеком на свете, и Флем владел им виртуозно.

— Нет, Томас не убивает прекрасных диких животных, — отчеканила я, стараясь не думать о том, что вчера это самое прекрасное животное могло разорвать меня на мелкие части. — Томас просто прогнал его.

— Просто прогнал, — повторил Максимилиан и на его губах заиграла усмешка.

Я метнула во Флема полный неприязни взгляд, но промолчала.

Это насмешливое выражение лица Макса ужасно меня злило.

— Бедная девочка! — сказала Лусия. — Курт Корн тоже прогонял этого льва?

Мне не хотелось говорить о том, что в самый неподходящий момент Курт куда-то исчез. Отчего-то мне было неловко за то, что мой друг просто пропал посреди ночи, оставив меня одну посреди города. Думать о том, что со мной было бы, не подоспей Томас вовремя, и вовсе не хотелось.

— Курт в это время куда-то отошел, — неопределенно ответила я.

— Отошел? Куда отошел? — заморгала Лусия. — Он что оставил тебя?

— Откуда мне знать, куда он отошел! — воскликнула я в сердцах.

И чего эти двое прицепились ко мне с утра пораньше⁈

Но врать матушке совсем не хотелось, поэтому я тихо призналась:

— Он весь вечер был рядом, а сразу после салюта, когда мы уже возвращались домой, будто в воздухе растворился.

— Ничего не объяснив? — Лусии это тоже показалось странным.

—