Плетельщица снов - Наталья Журавлёва

делала еще ни разу в своей жизни ни при каких обстоятельствах.

Я истошно заорала. Завизжала. Завопила. Все это вместе и так громко, как только могла. Мысль о том, что крик может, наоборот, привлечь зверя, пришла уже после.

Слева послышались какие-то звуки, что-то мелькнуло.

Я замолчала и зажмурилась, ожидая нападения зверя.

— Мия, Мия! Ты в порядке? — кто-то тряс меня за плечи.

Я открыла глаза. Передо мной стоял Томас, за его спиной парил вызванный дозорным уличный светильник, а лицо выражало нешуточное беспокойство.

— Томас! — выдохнула я и принялась вертеть головой по сторонам.

Огромной кошки нигде видно не было.

— Что случилось? Почему ты кричала?

Больше не было слышно рычания, и нигде не мелькала громадная тень. Зверь исчез.

— Томас, здесь было какое-то огромное животное, похожее на здоровенную кошку, — смогла, наконец, произнести я. — Я слышала ее рычание и видела тень.

— Кошка? — переспросил Томас.

Я вцепилась в Томаса обеими руками и буквально прокричала ему в лицо:

— Да, огромная!

Томас мгновенно пригнулся, принял боевую стойку, закрывая меня спиной, и машинально потянулся к ножнам. Однако меча на нем не оказалось — на бал не допускались гости с оружием.

К счастью, о присутствии зверя больше ничего не говорило, и дозорный расслабился.

— Кажется, я знаю, что это была за кошка, — задумчиво проговорил Томас.

Я замерла:

— Знаешь?

— В Магических горах водятся горные львы, — кивнул капитан. — Обычно они не спускаются к людям, но время от времени жители замечают их совсем близко к городу. И знаешь что?

— Что? — выдохнула я.

Томас приподнял точеные брови:

— Это всегда происходит именно в полнолуние.

Я наконец выпустила мужчину из своей железной хватки, но старалась держаться к нему поближе.

— Львы спускаются с гор во время полнолуния? — переспросила я.

— Если быть точным, то лев, — Фо о чем-то размышлял. — И если верить очевидцам, то это один и тот же лев.

— Я чуть с ума не сошла! — нервно хихикнула я. — Думала, меня прямо здесь съедят, и никто об этом даже не узнает.

Томас огляделся.

— А где был Корн? — взгляд Томаса стал жестким.

— Он исчез, — шмыгнула я носом. — Вдруг его загрыз этот лев?

— Что значит исчез? — пропустив мои слова о возможной гибели Курта мимо ушей, вопросил Томас. — Он что бросил тебя⁈

Я вдруг почувствовала, что вот-вот разрыдаюсь. Перепады от смеха к слезам были опасным симптомом, поэтому я почти взмолилась:

— Томас, давай прямо сейчас уйдем отсюда! Вдруг эта кошка вернется⁈

— Лев, вообще-то, — улыбнулся Томас и обнял меня за плечи. — Не бойся, Томас Фо сможет защитить тебя хоть от горного льва, хоть от самого огненного демона.

Не выпуская из объятий, капитан проводил меня до красной двери гостевого дома и остановился.

Он приблизился ко мне и заглянул в глаза.

— Мия, еще не поздно, — приглушенным голосом произнес Томас. — И мне совсем не хочется отпускать тебя. Давай проведем остаток вечера вдвоем? Только ты и я.

Я смотрела на красивого парня, но не видела его.

Меня охватило ощущение пустоты и усталости.

— Спокойной ночи, Томас, — пожелала я, рывком открыла дверь и скрылась в темноте гостевого дома.

Капитан даже «Спокойной ночи» не успел сказать в ответ.

В гостиной я на миг замерла, прислушиваясь, и вздохнула с облегчением. Сейчас здесь не было ни одной живой души.

Я не желала никого видеть и ни с кем разговаривать. Единственное, чего мне сейчас хотелось, это забыться глубоким сном и ни о чем больше не думать.

Глава 29

Спускаясь к завтраку, я была уверена, что если кто еще и есть в доме в столь позднее время, то это только матушка Бульк. Однако в кухне оказался и Максимилиан, который судя по громкому голосу и смеху, был в приподнятом настроении. Меня уже не удивляло, что, даже ложась спать намного позже меня, к завтраку Флем все равно выходит вовремя. О том, насколько позже Макс вернулся домой, и что он делал ночью, мне думать не хотелось.

— Доброе утро, — Максимилиан первый заметил мое появление.

Он как-то странно на меня поглядывал. В золотисто-темных глазах поблескивали озорные огоньки.

— Доброе, — осторожно ответила я и забралась на стул, на всякий случай выбрав тот, который был дальше всего от Макса.

— Мия! — оторвавшись от очага, воскликнула Лусия. — А Максимилиан как раз рассказывал мне, какой фурор ты произвела на Летнем балу.

Так вот что они так оживленно обсуждали перед моим появлением. Могла бы догадаться!

— Фурор? — пискнула я.

— Это означает шумный публичный успех, — тут же поспешил просветить меня Максимилиан.

— Я знаю, что это такое, — заявила я, хотя, сказать по правде, никогда раньше не слышала этого слова. Наверно, потому что в Больших Котлах фуроров на моей памяти не производили.

Максимилиан лишь пожал плечами и сделал глоток черного кофе из крохотной фарфоровой чашечки.

— А вот чего я не знала, так это, что господин Флем заядлый сплетник! — я с вызовом посмотрела на Максимилиана, приготовившись отразить его очередную словесную атаку.

— Заядлый? — переспросил Флем, ничуть не обидевшись и даже усмехнувшись. — Ты мне льстишь, Мия! Я всего лишь начинающий, можно сказать, любитель, а вовсе не профессионал.

Матушка Бульк поставила передо мной тарелку с горячими вафлями, политыми карамельным сиропом, и чашку с кофе. К моему удивлению, в напиток уже было добавлено молоко. Похоже, производство фурора автоматически добавило мне особый статус.

— Не ругай Максимилиана, Мия, он лишь удовлетворял мое любопытство, — сказала Лусия, и прежде, чем я успела выразить негодование теперь уже в ее сторону, добавила: — Прости, но я просто не могла не спросить его о том, о чем говорит весь город.

Я своим ушам не поверила.

— Говорит весь город⁈

— О! — таинственно протянул Флем, не скрывая улыбки. — Этим утром Лусия Карина Виолетта едва смогла сделать покупки на рынке и в молочной лавке. Ей пришлось буквально отбиваться от любопытных горожан, расспрашивающих о девушке со странностями, снимающей комнату в ее гостевом доме. А ведь бедная Лусия даже понятия не имела о том номере, который ты выкинула на балу.

Максимилиан прямо-таки лучился весельем. Эта тема