Плетельщица снов - Наталья Журавлёва

завороженность, упоение. Кажется, мне удалось удивить сыщика из столицы, а уж он-то точно повидал немало всяких чудес.

Макс вдруг подмигнул мне незаметно для всех. И, сама не знаю почему, но мне стало легче. Неудобство перед другими, страхи, сожаления мигом улетучились. Я благодарно улыбнулась ему в ответ.

Вскоре мои иллюзорные кавалеры расселились, будто их никогда и не было, а вместе с ними и исчез и повышенный интерес гостей бала к моей персоне. Любопытствующие разошлись, а я, наконец, осталась с двумя вполне реальными мужчинами.

Бал близился к завершению.

Танцующих пар становилось все меньше. Гости теперь стягивались к столам, где закуски и напитки по-прежнему обновлялись с завидной регулярностью.

— Мия, если хочешь, я могу проводить тебя домой, — неожиданно произнес Курт.

Я действительно ощущала легкую усталость, но покидать бал раньше времени мне совсем не хотелось.

— Нет, спасибо, — я отрицательно покачала головой. — Мне здесь нравится. Но если ты устал…

Я не успела договорить, зато Томас не упустил случая подразнить Курта:

— То можешь смело отправляться восвояси, — закончил дозорный.

Курт не обратил никакого внимания на самодовольную улыбку Томаса. Он поднял голову и посмотрел вверх.

Небо неожиданно затянуло облаками, но света от фонариков хватало, чтобы по-прежнему освещать всю площадь.

— Нет, все в порядке, я совсем не устал, — произнес Курт. — И ты права, Мия, прекрасный вечер, и не стоит покидать бал слишком рано.

— Тем более в полночь будет салют, — со знанием дела заявил Томас. — Это просто незабываемое зрелище.

— Салют в полночь? — в голосе Курта прозвучало беспокойство.

— Ага, — откликнулся Томас. — Уже совсем скоро.

Я заметила, что Курт нервно приглаживает волосы и как-то отрывисто дышит.

— Курт, ты хорошо себя чувствуешь? — немедленно поинтересовалась я.

Я вгляделась в его лицо, которое блестело от испарины. На миг мне показалось, что в глазах парня блеснули желтые огоньки, но сразу потухли.

— Нормально, — ответил он приглушенным голосом.

— Дружище, ты и впрямь выглядишь каким-то нездоровым, — вмешался Томас. — Может действительно пойдешь домой?

Сейчас Томас говорил серьезно, на его лице читалось озабоченность.

— Нет, я останусь и буду вместе с Мией любоваться салютом, — сквозь стиснутые зубы произнес Курт.

В следующий момент раздался первый залп, а потом еще и еще один. Небосвод окрасился разными цветами. Яркие всполохи целиком закрывали собой небо над городом, и каждую секунду вверх взмывали разноцветные точки, которые рассыпались огненными цветами. Это было удивительно!

В Больших Котлах на ярмарках иногда запускали фейерверки, но они не могли даже сравниться с той красотой, на которую я смотрела сейчас. У меня на глазах сами собой навернулись слезы. Просто так, без повода, просто потому что было слишком красиво.

Украдкой я взглянула на своих кавалеров. Оба неотрывно смотрели в небо. На губах Томаса блуждала легкая почти детская улыбка. Глаза Курта блестели.

И все люди на площади, будь то гости или официанты, замерли с поднятыми к небу восхищенными лицами.

Мой взгляд зацепился за знакомое розовое платье в толпе. Я смотрела на Ванессу Торн, которая в это самое мгновение обеими руками притянула к себе Максимилиана и впилась в его губы. Помедлив, Макс обхватил Ванессу и ответил на поцелуй.

Он целовал ее медленно и так неприлично долго. Это был бесконечно долгий поцелуй на глазах десятков людей, которые его даже не заметили.

Я замерла, не в силах отвести взгляд, а потом все-таки заставила себя отвернуться. В животе что-то сжалось, руки похолодели. Я вновь посмотрела в небо, но яркие разноцветные всполохи больше не восхищали меня.

Когда салют закончился, я снова взглянула на Максимилиана и Ванессу. Они стояли как ни в чем не бывало и о чем-то весело переговаривались с рядом стоящей парой.

— Я хочу домой, — сказала я, обхватив себя руками. — Холодно.

Томас и Курт одновременно взглянули на меня.

— Разве? — произнес Фо. — А, по-моему, ночь очень теплая.

— Я устала и замерзла, — произнесла я резче, чем собиралась.

Курт быстро снял свой пиджак и набросил его мне на плечи.

— Я провожу тебя.

Томас Фо замер в нерешительности.

— Мне нужно попрощаться с командиром и его супругой, — сказал он. — Это быстро, а потом я догоню вас.

Томас быстро зашагал туда, где поблескивали золотом такие же кители, как у него. Мы же с Куртом направились в противоположную сторону, покидая главную площадь.

Я шла молча, то и дело мысленно возвращаясь к случайно подсмотренному поцелую Макса и Ванессы.

— Спасибо за этот вечер, Мия, — заговорил Курт, когда мы свернули на узкую улочку. После теплого света магических светильников она казалась особенно темной.

— Что, прости? — переспросила я, вынырнув из задумчивости.

— Я сказал, что мне очень понравился бал, — мягко произнес Курт. — И я очень благодарен тебе за то, что ты приняла мое приглашение.

— И не только твое, — устало проговорила я. — Курт, ты не обижаешься на меня за все это? Так вышло случайно.

— Не нужно ничего объяснять, — прервал меня Курт. — Я был с тобой на Летнем балу, остальное не имеет значения.

Я остановилась и посмотрела на Курта. Облака окончательно затянули небо, и я плохо видела его лицо. Чувство вины перед этим парнем запоздало накрыло меня.

— И спасибо за браслет — чудесный подарок!

Я повернулась и вытянула руку, стараясь рассмотреть зеленые камни на запястье.

Рядом раздалось рычание. Громкое и отчетливое. Точно по улице бродило дикое животное.

Пару раз в больших Котлах мне доводилось слышать в лесу рык медведя. Тогда матушка Вуна сразу хватала меня за руку, и мы бежали обратно к людям, не думая об оставленных в лесу корзинках и собранных травах.

Я не знала, водятся ли в Бергтауне медведи, но это определенно было рычание сильного и очень крупного животного.

— Курт, — прошептала я, пытаясь нащупать Корна в темноте.

Мои ладони скользнули по воздуху.

Снова раздался оглушающий рык зверя. Очень-очень близко.

А потом я увидела тень, скользящую по стене дома. Глаза мои расширились.

Это была тень огромной кошки, беззвучно скользившей на четырех лапах. Как мне показалось, она быстро удалялась вглубь улицы. О том, что это может быть за животное на самом деле, я решила просто не думать.

Я снова уловила какое-то движение совсем рядом, и тогда сделала то, чего не