Плетельщица снов - Наталья Журавлёва

появились двое других членов совета. Уже знакомые мне Милена Пинкет и Соломон Торн дружно поприветствовали бергтаунцев, и наконец городской глава торжественно объявил Летний бал открытым. Музыканты заиграли веселую мелодию, и площадь вновь наполнилась разговорами и веселым смехом.

Многие пары, будто только и ждали, когда им официально разрешат веселиться, и закружились в танце на широкой аллее рядом с фонтаном. Воздушные платья летали в воздухе разноцветными облаками. Парящие фонарики подсвечивали наряды, превращая их в настоящие произведения искусства.

Мужчины уверенно кружили своих спутниц, каким-то чудом избегая столкновения с танцующими. Теперь ясно, почему девушки Бергтауна все как одна стремились купить платье с пышной юбкой. Это действительно было невероятно красивым зрелищем. Впервые в жизни я пожалела, что совсем не умею танцевать.

Что-то мне подсказывало, что Курт, так же, как и я, был не слишком силен в бальных танцах. Зато Томас наверняка прекрасный танцор, сейчас он не сводил глаз с кружащихся пар.

— Хочешь чего-нибудь, Мия? — Курт кивнул в сторону красиво сервированных столов.

— Я принесу, — тут же заявил Томас.

— Прости, но в этом я разбираюсь лучше, — решительно произнес Курт.

— Вряд ли ты даже слышал названия некоторых закусок, которые подаются исключительно на Летнем балу, — парировал Томас.

— Еда есть еда, а в ней я разбираюсь, — прорычал Курт сквозь сжатые зубы.

— Одна нога здесь, другая там, — совершенно непринужденно улыбнулся мне Томас и исчез в толпе.

Музыканты заиграли очередную веселую мелодию. Курт наклонился ко мне:

— Мия, я принесу то, что тебе действительно понравится, — и он метнулся вслед за Томасом.

Я осталась в одиночестве, но сей факт ничуть меня не смущал, я была рада даже маленькой передышке. Приятно было просто полюбоваться разноцветными брызгами фонтана, ни о чем особенно не думая и не балансируя между настроениями двух мужчин. Оказывается, общество сразу двух спутников совсем не делает вечер легким и приятным, хотя оба действительно очень старались мне угодить.

— Скучаете? — совсем рядом со мной раздался хрипловатый голос. — Где же ваш спутник?

Я и не заметила, как Соломон Торн подошел ко мне. На его руках дремала Ми-Ми –удивительно, как собачке удавалось спать при таком шуме.

— Они, в смысле, он, — вовремя поправилась я, — ушел за напитками и сейчас вернется. — Я решила не посвящать представителя торгового сословия в свою историю с приглашениями на бал.

— Чудесно! — улыбнулся Торн, но глаза его при этом оставались совершенно серьезными.

Чувство благодарности за то, что именно он помог с получением разрешения на торговлю снами было еще очень сильно во мне. И в то же время все эти страшилки о том, что Соломон Торн ничего не делает просто так, действительно напугали меня, как бы я не отмахивалась от этого и как бы не делала вид перед другими, что меня это ничуть не волнует.

— Открытие лавки снов состоится по плану? — вдруг спросил Торн. — Через два дня?

Не без удивления я уставилась на члена городского совета.

— Откуда вы знаете, — удивилась я.

Мужчина переложил собачку из одной руки в другую, при этом она даже глаз не открыла:

— Такая у меня работа — все знать, чтобы иметь возможность заботиться о жителях этого города. — Торн сделал небольшую паузу и добавил: — Я забочусь о них, и они платят мне тем же.

Ну вот опять! Я уже хотела прямо спросить, что он под этим имеет в виду, но Торн быстрым движением руки приподнял элегантную шляпу в прощальном жесте и двинулся прочь:

— С нетерпением жду открытия Лавки снов и известий об успешной торговле! — крикнул он, удаляясь.

Такое внимание с его стороны отчего-то настораживало. Чему он так радовался — открытию чужой лавки? И что это за формулировка такая — «Они платят мне тем же»? Или я просто накручиваю себя и вижу проблему там, где ее нет?

Человек просто искренне помог мне, а я тут надумываю про него всякое. Усилием воли я выбросила неприятные мысли из головы, решив, наконец, отвлечься от мыслей о работе и насладиться красотой вечера.

Томас и Курт вернулись одновременно. Один держал в руке бокал на тонкой ножке с чем-то пузырящимся, второй — тарелочку с крошечными закусками одна другой меньше.

— Это приготовлено лучшими поварами Бергтауна, — произнес Курт, протягивая мне тарелку. — Некоторые рецепты я бы с удовольствием внедрил и в своем ресторане.

— Так иди внедряй! Чего время терять? — немедленно откликнулся Томас, оттесняя Курта и протягивая мне бокал.

Корн проигнорировал участливое предложение Томаса и все-таки вручил мне тарелку. На ней были какие-то крошечные квадратики коричневого цвета, посыпанные сверху белым порошком. Аппетит они у меня совсем не вызывали.

— Мия, выпей вина, — сказал Томас. — Ты слишком напряжена.

Он кивнул на бокал в моей левой руке.

— Кажется вино испорчено, — произнесла я с сомнением. — Видишь, оно пузырится. Наверно, забродило.

Томас расхохотался.

— Это же шампанское, — сказал он, продолжая смеяться. — Оно всегда с пузырьками — это нормально.

Я покосилась на Курта на случай, если Томас решил так подшутить надо мной. Курт утвердительно кивнул, и я сделала маленький глоток. Пузырьки немедленно защекотали кончик моего носа, отчего я невольно улыбнулась.

— Так-то лучше, — подбодрил меня Томас и подхватил мою руку с бокалом, не давая убрать бокал от губ. — Лучше выпей залпом.

Я сделала еще несколько глотков. В голове немного зашумело, но тело действительно расслабилось.

— Ты всегда девушек спаиваешь? — спросил его Курт, но Томас не обратил на его слова никакого внимания.

Пока мои спутники играли в гляделки, я решила отставить бокальчик и тарелку с закусками подальше. Не хотелось потерять контроль над собой из-за этого шампанского, а закусывать странными штуками я и вовсе побаивалась.

Я посмотрела вверх: на небе стали появляться первые робкие звезды, но их почти не было видно из-за многочисленных парящих огней, освещавших Летний бал.

— Как прекрасно, — выдохнула я.

Площадь становилась все оживленнее. Со всех сторон доносились голоса и веселый смех, приглушенный музыкой. Вихрь танцующих разрастался все больше.

Как бы и я хотела вот так кружиться среди этик прекрасных пар!

— Мия, потанцуем? — Томас протянул мне руку.

Мое воображение быстро нарисовало картину, где неуклюжая девушка врезается в других гостей, спотыкается, заваливается на своего партнера и наконец падает