Добро пожаловать в Америку! - Татьяна Глисон

гости брата из Индии. Врет, наверное. Не знает, как от меня избавиться. Мне его жалко, не знаю, что делать. Дэвид ходил к юристу, тот сказал ему, что по К-1 визе мне нельзя выходить замуж за другого. Не пишет больше. У Ани в агентстве дела идут плохо, многие ушли. Не с душой она работает. Без меня все развалилось.

Со Сри сегодня был чудесный любовный вечер, я ласкала его, он отвечал мне тем же. Я сказала, что сегодня мой вечер. Сри выслал Ане 400 долларов. Обещал дать мне при отъезде еще 1500. Мои акции растут! Просил принять от него деньги, вдруг понадобятся до того, как я заработаю. Я сказала, что не надо мне его денег. Тогда он показал мне квитанции, кому он помогает. Он содержит не только родителей и братьев, но и всех родственников в Индии, делает отчисления нищим всего мира. Он необыкновенно бескорыстный человек! А сам кроме кровати и компьютера ничего не имеет. У него был дом, но после развода он не стал его делить, отдал жене и детям. Кроме алиментов на детей и жену, он еще оплачивает заем на дом. Я чем больше узнаю о нем, тем больше привязываюсь. Господи, ну что во мне не так, почему он меня не любит?

Последняя ночь в Нашуа. Завтра Сри до работы отвезет меня в Нидом, где мне предстоит теперь жить и работать. Нидом – это уже другой штат, Массачусетс».

В понедельник, в 7 часов утра, Сри привез Риту к Файлинс Бейсменту на границе Нидома и Ньютона, откуда ее должна была забрать Регина. Ее еще не было. Сри достал Ритин чемодан и сумку, прижал к себе и поцеловал.

– Удачи тебе.

– Сри, пожалуйста, поливай фиалку.

Он удивленно посмотрел на нее, сел в машину и уехал.

«А если она за мной не приедет?» – испугалась Рита.

Регина приехала через десять минут. Сказала, что оставила детей с матерью. Из окна машины Рита рассматривала Нидом. Ее телефонная знакомая Валя сказала, что это богатый город и здесь живет много евреев. Дома были большие, в два или три этажа и все разные на вид. Возле домов – газоны со все еще зеленой травой, беседки, просторные гаражи, детские площадки с качелями и горками. Ехали минут пятнадцать. Остановились возле большого двухэтажного голубого дома. Регина нажала какую-то кнопочку на брелоке, и перед ними сама собой открылась дверь гаража, находящегося под домом.

– Кто открыл нам дверь? – удивилась Рита.

Довольная произведенным эффектом, Регина показала ей брелок и продемонстрировала, как открывать и закрывать гараж, не выходя из машины.

Из гаража дверь вела на кухню. Они вошли. Там сидела женщина Ритиных лет, стройная, с большим носом, по которому сразу можно было определить, что она еврейка. На руках она держала маленькую внучку. Вокруг нее скакал и орал мальчик лет пяти.

– Знакомьтесь, это моя мама Раиса Абрамовна, а это наша новая няня Рита.

Женщины пожали друг другу руки.

– Очень приятно, – вежливо сказала Рита.

– А это мой сын Сэмуил и дочь Рэчел, – продолжала представлять свою семью Регина.

Сэмуил заорал:

– Не хочу новую няню! Пусть убирается отсюда! Хуже будет!

Мать кинулась к нему.

– Сэмик, милый, успокойся. Она хорошая, она будет слушаться тебя!

– Не хочу! Все убирайтесь! Папе пожалуюсь!

Раисе стало стыдно за истерику внука перед новым человеком. Она сказала строгим голосом:

Сэмуил, прекрати! Папа знает, что Рита будет у тебя новой няней.

– Дура, забыла свое место? – продолжал орать внук.

Рита стояла как пришибленная. Много перевидала она детей в своей жизни, но такого… «Ничего, привыкнет», – неуверенно попыталась она утешить себя.

– Мама, покажи Рите, куда она может поставить свои вещи.

Раиса повела ее на второй этаж.

– Он очень нервный ребенок. Мы устраиваем ему щадящий режим жизни. Стараемся исполнить все его желания. Он добрый мальчик, он полюбит Вас.

«А я его навряд ли», – подумала Рита. Зашли в комнату без мебели. В углу стояла раскладушка.

– Это будущая комната Рэчел, мебель заказали, но она придет через три месяца. Ее будут делать по специальному заказу, а пока девочка спит в спальне с родителями. Через три месяца ей будет пять, тогда они переведут ее сюда.

«А я где буду спать?» – подумала Рита. Потом Раиса показала ей душ в подвале, который здесь называли бейсментом. Этим душем будет пользоваться только она. На кухне ей выдали персональную посуду. Пользоваться хозяйской она не могла. Раиса унесла заснувшую девочку в кроватку. Регина к этому времени повезла сына на полдня в школу. Здесь у них школа начинается с пяти лет. Вернувшись из школы, она предложила Рите позавтракать. За столом Раиса стала жаловаться, как им плохо было в Советском Союзе. Она заведовала гинекологическим отделением одной из Московских больниц, муж был адвокатом. Пришлось многое бросить. За контейнер заплатили пять тысяч долларов. Это в то время, когда зарплата врача была сто рублей. Здесь они с мужем жили в субсидальной квартире, за которую платили только 30 процентов, остальное доплачивало государство. Дочери повезло, она вышла замуж за успешного дантиста. Сама она работала в косметическом салоне визажистом.

Рите объяснили ее распорядок дня и обязанности. Рабочий день начинался в семь утра и заканчивался в десять вечера, 15 часов. К этому Рите не привыкать. Утром она варит завтрак, кормит Сэма, собирает его в школу. Пока его нет, она водится с Рэчел, когда та спит, прибирает в доме, стирает, варит обед, перетирает хрусталь, варит ужин, кормит семью, укладывает спать детей, днем нужно погулять с ними, летом мести двор и ухаживать за клумбами, зимой чистить снег. В день она будет получать 45 долларов. Три доллара в час, – подсчитала Рита. В лицее она получала 60 за месяц. Поев и вымыв посуду, она приступила к своим обязанностям. Раиса ходила следом за ней и показывала, где что взять, как пользоваться непривычной для Риты бытовой техникой. Пропылесосив и убрав весь дом, она сварила обед. Меню на весь день ей выдали утром вместе с поваренной книгой. Хотелось есть, но она не решалась взять еду без высочайшего позволения. Только присела на кухне, вошла Раиса и с милой улыбкой сказала, что хрусталь и гжель надо протирать каждый день. Рита взяла тряпку и пошла протирать. В час дня Регина привезла Сэма из школы. Рита повела его обедать. Для него полагалось варить отдельно, он заказывал себе сам. Куриный суп с лапшой сегодня был общим для всех. Рита поставила перед ним тарелку.

– Ты