Умберто Нобиле и «Италия» на Северном полюсе. Политика и история по неопубликованным документам 1928–1978 гг - Клаудио Сиколо

мрачные скалы Земли Франца-Иосифа, но голос разума диктовал необходимость возможно скорее вернуться к родным берегам.

Затем собрание с глубоким вниманием выслушало доклад Чухновского о его летной работе. Он подчеркивает, что успех экспедиции удался благодаря сочетанию работы ледокола с авиацией и радио.

Тов. Уншлихт оглашает постановление президиума ЦИК СССР о награждении участников экспедиции. Орденами Трудового Красного Знамени нагораждаются ледоколы „Красин“ и „Малыгин“, начальник экспедиции „Красина“ Самойлович, начальник экспедиции „Малыгина“ Визе, помощник начальника экпедиции „Красина“ Орас, помощники начальника экспедиции „Малыгина“ Стрелков и Лавров, капитан „Красина“ Эгги, капитан „Малыгина Чертков, летчик „Красина“ Федотов и летчики „Малыгина“ Сергеев и Квятковский.

Орденами Красного Знамени награждается летный состав „Красина“ – Чухновский, Штраубе, Алексеев и Елагин и летный состав „Малыгина“ Бабушкин и Грошев.

Кроме того, по постановлению президиума ЦИК СССР ряд лиц из команды „Красина“ и „Малыгина“ награждается грамотами ЦИК СССР.

Под звуки „Интернационала“ и при громких овациях присутствующих членами президиума Осоавиахима СССР прикалываются ордена новым кавалерам ордена Трудового Красного Знамени. Затем, тов. Полуян вручил от имени общества спасания на водах грамоты и особые жетоны т. т. Самойловичу, Эгги, Чухновскому и председателю судкома „Красина“ Филиппову, а генеральный секретарь общества „Радио“ тов. Мукомыль преподнес золотые часы радиолюбителю коротковолновику Шмидту, первому во всем мире услышавшему сигналы о бедствии экипажа „Италии“.

Осоавиахим СССР возбуждает ходатайство перед Наркомторгом и НКПС о выдаче дополнительной 50-процентной прибавки к жалованию команде ледоколов за время плавания и единовременный месячный оклад. Все без исключения участники экспедиции, кроме того, награждаются специальными значками Осоавиахима.

В резолюции, принятой заседанием, отмечаются исключительные заслуги участников спасательных экспедиций на „Красине“ и „Малыгине“. После заседания состоялась демонстрация кинофильмы, заснятой во время работы экспедиций, и концерт“»[797].

Итак, в Москве раздавали награды, в том числе и денежные премии, к которым, между прочим, некоторое отношение имели деньги, предоставленные им Муссолини, и о которых, однако, никто даже не упомянул.

Отношение итальянцев и норвежцев к экспедиции «Красина» на Землю Франца-Иосифа

Не все страны присоединились к общему ликованию по случаю гуманного похода «Красина». Продовольственный склад, который 23 сентября Самойлович устроил на Земле Франца-Иосифа, оставив там красный флаг, был воспринят как предлог для утверждения советского господства на архипелаге, который не понравился некоторым итальянским сообществам, но особенно норвежцам.

Действительно, этот советский флаг не мог понравиться генералу Николе Ваккелли, директору Военного географического института, который в декабре 1927 года предлагал Сирианни поставить полярную обсерваторию на Земле Франца-Иосифа. Сначала эту идею перед Сирианни очень сильно защищал Луиджи Федерцони, министр итальянских колоний, 15 декабря 1927 года он высказал мнение своего Министерства, согласно которому Земля Франца-Иосифа была terra nullius, то есть ничья.

Но через некоторое время, 15 февраля 1928 года тот же Федерцони вынужден был сообщить ему, что по утверждению директора его картографического отдела Акиле Дардано, острова были заняты Советским Союзом по декрету Советского правительства от 15 апреля 1926 года[798].

17 сентября 1928 года Карло Сенни, от имени итальянской делегации в Осло, под давлением норвежского судовладельца Карла Сатера снова поставил геополитический вопрос о Земле Франца-Иосифа в докладе, отправленном в Министерство иностранных дел.

Сенни подал предложение Сатера о покупке Италией нескольких английских угольных залежей на островах Шпицбергена, представителем которых он являлся. Норвежский судовладелец утверждал, что купля-продажа могла бы быть очень выгодной для Италии и абсолютно законной согласно Версальскому договору, который регулировал права экономического использования островов.

Что же касалось Земли Франца-Иосифа, Сенни разделял опасения Сатера, что Советский Союз воспользовался экспедицией «Красина», чтобы закрепить захват архипелага под предлогом проведения научных исследований. По мнению Сатера, это могло нанести урон охотникам и рыбакам на этих островах, до сих пор свободно там охотившихся и рыбачивших и считавших эту территорию свободной.

В завершение, Сенни призвал Министерство принять во внимание возможные права Италии на арктические земли, по возможности учитывая исторические прецеденты, созданные Луиджи Амедео ди Савойя и Умберто Каньи[799].

Когда позже узнали, что «Красин» 23 сентября действительно выставил на мысе Ниль советский флаг, Сенни сообщил, что норвежские газеты увидели в действиях Советского Союза угрозу свободе полярных земель и морей[800].

От опасений, высказанных норвежскими газетами, перешли к протестам норвежских судовладельцев, рыбаков и охотников, когда через некоторое время Москва официально подтвердила наличие продовольственного склада, оставленного «Красиным» на земле Франца-Иосифа как подтверждение аннексии этих островов.

«Общество судовладельцев Тромсё, – писал Сенни в Министерства иностранных дел и морского флота 6 ноября 1928 года, – которые зарабатывают на жизнь исключительно в Северном Ледовитом океане, и для которых действия Советского Союза представляют угрозу их интересам, считают, что такие действия противоречат международным нормам. Недавно Союз навигационных сообществ отправил норвежскому Совету Шпицбергена протест, в котором заявлено, что Советский Союз не имел никакого права присоединять себе территории или части морей, являющиеся незыблемо международными, и, как можно предположить, будет взимать плату за право на охоту и рыболовство в местах, всегда считавшихся свободными»[801].

Сенни заключал свое сообщение, еще раз напомнив о возможных правах Италии на данные острова.

Прибытие «Красина» в Ленинград после спасательной экспедиции. (из книги Самойловича, 1930)

26 ноября 1928 года адмирал Сирианни решил поставить точки над i о возможности отстоять права Италии на Землю Франца-Иосифа. Они должны бы принадлежать Королевскому флоту, который должен ограничиться правами научного характера, как, например, тот старый проект полярной обсерватории.

Сирианни ответил Сенни через посредничество Министерства иностранных дел:

«Я считаю, что должен привлечь Ваше внимание к содержанию вышеназванного официального сообщения ‹сообщение Сенни от 6 ноября 1928 г.›, – пишет Сирианни. – Особо акцентирую внимание на последнем абзаце. Должен отметить, что если право приоритета на Землю Франца-Иосифа существует, оно должно быть признано за итальянским Королевским флотом, прямым наследником Королевского и Императорского австрийского флота, которому принадлежит открытие Земли Франца-Иосифа… Такое признание, по очевидным причинам, не преследует политических или экономических целей; однако было бы желательно дать право открытия в этом далеком регионе, с научными целями, метеорологической обсерватории»[802].

Скандал вокруг итальянских денег, выданных «Красину», и реакция итальянской дипломатии

О миллионе лир, которые Италия выдала Самойловичу, в Большом театре 8 октября 1928 года не сказали ни слова, как и на праздновании по поводу прибытия «Красина» в Ленинград, и еще меньше в литературе, посвященной этим событиям, а ведь прошло уже девяносто лет.