Многоточия - Наталья Способина

— Может, они были того… не очень? — Волков наконец улыбнулся по-настоящему.

— Придется испечь еще раз и накормить тебя.

— Я опасаюсь, — заржал он.

— Ничего не знаю. Завтра жду тебя после универа на крендельки.

— Ок, — кивнул Волков и, не прощаясь, сбежал по ступенькам, а Юла прислонилась к стене и прикрыла глаза. Хотелось стереть сегодняшний вечер из памяти и одновременно запомнить каждую его секунду.

Глава 20

Весь твой мир отражается в грязных холодных лужах.

Вообще-то у него был план: прекратить отношения с Леной. Не то чтобы они были, эти отношения, но он собирался обрубить все, что было до этого, любые намеки. Раз уж все правда зашло так далеко, что стало заметно всем окружающим, включая саму Лену.

Вот только дурацкий поцелуй все усложнил. Казалось бы, можно было просто отморозиться и больше не писать и не звонить, но LastGreen как подорванный строчил ей сообщения каждую свободную минуту. Выглядело это битьем головой в глухую стену. Потому что она не отвечала. Ни на «привет», ни на «прости, я идиот», ни на «скажи что-нибудь, пожалуйста», ни на «я не хотел тебя обидеть».

Ответила только на его «мне больше не писать?» словом «дурак». LastGreen в этот момент сидел на литературе и разулыбался, как ненормальный, за что поплатился ответом у доски. К счастью, большую часть «Трех товарищей» Ремарка он успел прослушать в аудио, пока гонял по заказам, поэтому хромую четверку получил.

Выйдя из школы, он позвонил. Лена долго не брала трубку, а потом, когда он уже почти сбросил звонок, ответила коротким:

— Что?

— Лен, ты прости, пожалуйста. Я не хотел тебя обидеть. Ты так быстро убежала. Ты вообще быстро бегаешь. Я так не умею.

Он нес какую-то ерунду, путаясь в словах, и понимал, что ему важно быть услышанным. Оказывается, это очень много значило. Как будто стоишь на краю пропасти, но пока тебя слышат — впереди мостик, а как перестают — ты опять один на один с бездной.

— Я не умею общаться, — сказала Лена, когда он остановился перевести дух. — Ты это знал. И да, я не хочу, чтобы все вокруг продолжали считать меня ребенком. Ты, Сергей, Димка, Ромка, Саша — вы все думаете, что с меня нужно сдувать пылинки, что я рассыплюсь. А я хочу нормально жить, понимаешь? Меня только Аня нормально и воспринимает.

Лена всхлипнула, и у LastGreen’а заныло в груди. Еще со времени гибели отца он очень плохо переносил чьи-то слезы, потому что мама плакала постоянно.

— Прости, пожалуйста. Я исправлюсь. Обещаю!

— Ты что делаешь сейчас? — спросила она, все еще шмыгая носом.

— Из школы только вышел.

— Вечером работаешь?

— Да.

— Понятно.

Голос Лены звучал грустно, и LastGreen поймал себя на мысли, что уже придумывает способ соскочить со смены. Остановило только то, что это было бы нечестно по отношению к Ане и к Потапу.

— Приедешь к нам на выходных? — спросила Лена.

— Да. Если хочешь.

— Если бы не хотела, я бы не приглашала, — капризно отозвалась она.

LastGreen слышал, что она все еще обижена, но ведь хочет его видеть. От этого в груди становилось тепло, а мысли о том, что он вообще-то собирался все оборвать, казались каким-то далекими и ненужными. В конце концов, можно же это отложить на чуть-чуть, правда? А там вдруг он все-таки решится на переезд? После ссоры с Сашкой эта идея уже не вызывала протеста. Тоску да, а вот протеста — нет.

С Потапом все так и подвисло. Нет, они общались. Сашка до конца недели так и просидел с мелкой, а в пятницу повел ее к педиатру выписывать, потому что у LastGreen’а была контрольная по физике. Но они больше толком не разговаривали. Их общение стало похоже на то, которое бывает, наверное, у пар на излете совместной жизни, когда каждый сидит, уткнувшись в свой телефон, и максимум, что можно услышать за столом: «Передай хлеба».

LastGreen не знал, как откатить все назад, а Потап включил режим «для посторонних», припасенный для людей, которые ему не слишком нравились, но от общества которых он не мог избавиться. Это выражалось в том, что он был будто не здесь. Подавал голос, только если к нему обращались, был при этом односложен, неприятно вежлив и, главное, задумчив. Что творилось в это время в его башке, волновало LastGreen’а до икоты. Потому что Сашка Потапов был частью его жизни много лет и менять это не хотелось ни за что.

Мелкая, чувствующая общее напряжение, ныла, требовала внимания, от чего оба, не сговариваясь, периодически на нее орали. Та, разумеется, в ответ ревела. Поэтому к пятнице LastGreen вымотался настолько, что, когда после последней смены к нему на парковке подвалил какой-то мужик, он даже не стал разбираться — сразу незатейливо послал подальше. Мужик неожиданно не обиделся, а доверительно спросил, хочет ли LastGreen заработать нормальных денег, а не те копейки, которые платят за доставку.

LastGreen жил на земле не первый день, поэтому прекрасно знал, за что человеку его возраста могут предложить быстрые и большие деньги.

— Спасибо, обойдусь, — отрезал он и сел на мопед.

— Да стой ты, бешеный. — Мужик схватил его за рукав, и LastGreen всерьез решил ему вломить.

Плевать, что тот выше и явно тяжелее. Достало уже все.

— Это не то, о чем ты подумал. Нужно просто передать кое-что одному человеку.

LastGreen передумал вламывать, потому что было понятно: мужик держит его за лоха, а значит, сам не слишком умный. «Бить идиотов негуманно», — как-то сказал Потап.

— Отвали, — со вздохом попросил LastGreen, но мужик и не думал отпускать его локоть.

— На словах передать, чучело. К тому же человека ты знаешь. Девушка твоя.

LastGreen добросовестно обработал в голове слова мужика. Они по-прежнему смысла не обретали. Тем более после упоминания мифической девушки. Ну не Лена же это, в самом деле? Она и не появлялась у него почти.

— Да не рыпайся ты! — Мужик вдруг сжал его локоть так, что рука у LastGreen’а моментально занемела.

В груди екнуло. Кажется, все-таки этот чувак подвалил к нему не просто так.

— Ну чё, готов побазарить?

— Ну допустим, — ответил LastGreen.

— Вот и славно. Смотри, твоя подруга, — слово «подруга» мужик произнес многозначительным тоном, — думает, что ее родители погибли. Но есть человечки, которые готовы сообщить, где они.

— Так я при чем? — севшим голосом спросил LastGreen.

Ситуация нравилась ему все меньше. Лена сказала, что ее родители погибли. Они явно были людьми небедными. То есть: если погибли не случайно, то наверняка рядом с ними