Многоточия - Наталья Способина

имелись люди, которые были в этой гибели заинтересованы. Играть в детектива LastGreen не хотел, но и Лену бросить не мог. Признаться, он еще надеялся, что это недоразумение и речь вообще не о ней, а его просто с кем-то спутали.

— В общем, нужно передать ей вот это.

Вопреки заверению, что передавать нужно на словах, мужик протянул LastGreen’у небольшое полароидное фото, на котором были запечатлены мужчина и женщина, а на обратной стороне был наклеен отпечатанный на бумажке адрес.

— Да не буду я ничего передавать! — LastGreen попытался отпрянуть, но оказалось, мужик все еще его держит, просто он занемевшей рукой этого не чувствует.

— Слышь, пацан, хочешь, чтобы к тебе пришла ювеналка?

— Да с фига? — запальчиво выкрикнул LastGreen, хотя внутри все скрутилось в ледяной узел.

— Да ни с фига. Бати нет. Мать в психушке. Сеструха без присмотра.

— С присмотром она, — прошептал LastGreen, хотя это и было глупо: мужику ведь было плевать.

— Короче, девочка должна получить это до воскресенья. Сроку тебе больше суток. Справишься. И да, денег я тебе все-таки не дам. Тупой ты. Не шаришь за выгоду. Таким деньги на ветер.

Мужик выпустил его и собрался было уйти, а потом, будто что-то вспомнив, оглянулся.

— Скажешь ментам — не просто сеструха в детдом загремит, еще и ты присядешь. За что — найдем, не волнуйся. Ты, главное, пойми: девочке твоей ничего не грозит. Родители хотят с ней встретиться. Просто сами объявиться не могут. Там на деньгах все завязано. Ты же не тупой — понимаешь.

LastGreen’у хотелось сказать, что пару предложений назад чувак говорил, что он тупой, но его так приморозило, что сил возмущаться не осталось.

— Да что ты будешь делать, — вздохнул мужик. — Слушай, не смотри ты так. Да, мы плохо начали. И денег я тебе дам. Не парься. Родители девочки передадут. Там тебе хватит на безбедную жизнь лет на двадцать. Еще раз: никто ее не тронет. Мамка с папкой обнимут, расскажут, что смогут, а дальше они уже сами договорятся, где и как встречаться будут. Ну вот так у богатых. Что поделать? Многие знания — многие печали, говорят. А тут многие деньги — многие печали, — неожиданно расфилософствовался мужик. — Ну давай. Не кашляй. А то ты чё-то совсем. Извини, что напугал.

Мужик подмигнул ему и ушел, а LastGreen остался стоять, пялясь в одну точку и по-прежнему не чувствуя руку. Нужно было позвонить Потапу, рассказать, что случилось. Потап позвонил сам. Как чувствовал.

— Ты скоро? Мне уйти нужно.

— Я… да. Я закончил, — пролепетал LastGreen в трубку, собираясь с мыслями.

— Отлично. Мелкая тогда пока одна побудет, раз ты уже все.

Связь оборвалась.

— Стой! — прошептал LastGreen, но трубка промолчала.

Анька одна. Без присмотра. Бати нет, мать в психушке. Ехать на мопеде с занемевшей рукой было нереально, поэтому LastGreen откатил мопед к ближайшему жилому дому, мысленно с ним попрощался и вызвал такси.

Анька правда была дома одна. За время поездки в такси LastGreen успел накрутить себя так, что почти ожидал застать дома ювеналку или уже вообще никого не застать.

Стоило ему открыть дверь, как мелкая бросилась к нему и, обняв за пояс, пожаловалась:

— А Потапчик ушел на свидание. И меня одну бросил. Предатель.

Она громко хлюпнула носом. LastGreen крепко ее обнял и, не в силах унять колотящееся сердце, прошептал:

— Ну на свидание тоже нужно. А то он и так с тобой всю неделю просидел.

— Зачем ему нужно? Я на нем потом поженюсь.

— Так это потом, — ответил LastGreen. — Ты ела?

— Да. Потапчик суп сварил и курицу пожарил. Тебе там тоже осталось.

— Круто, — ответил LastGreen.

Есть от страха не хотелось, но Анька убежала наливать ему суп, и он не стал спорить. Вместо этого достал мобильный и набрал Сашку. Телефон у того оказался неожиданно выключенным, а это означало, что Потап окончательно «не в ресурсе». Формулировку про ресурс они услышали от двух громко беседовавших на улице девушек, поржали, а потом как-то LastGreen пришел забирать из автомастерской мелкую, а перемазанный машинным маслом Потап на вопрос, купить ли ему бургер, раз уж он тут будет до ночи, заявил, что он «ваще не в ресурсе, поэтому решите это кто-то за меня». Так это «не в ресурсе» у них и прижилось.

Если уж на то пошло, сам LastGreen тоже был не в ресурсе. Сердце бухало в груди, а суп, даром что жидкий, комом становился поперек горла.

Мелкая предсказуемо завела шарманку про «поехать к Лене», но LastGreen’у теперь эта поездка казалось путем на эшафот. Мысль о том, что кто-то выследил его, Лену, мелкую и узнал обстоятельства их жизни, отдавалась холодом в груди. Он-то, наивный, думал, что никому не нужен и не интересен. Ну правда, что с него взять? «Там все на деньгах…»

Но у него-то денег нет! За что им-то с Анькой прилетело? О благополучии Лены LastGreen в эту минуту малодушно не думал. В мозгу заполошно билась мысль про детдом. Анька же там не вывезет. Она же привыкла, что ее защищают, любят, как могут. А ему до восемнадцати еще несколько месяцев. И за эти месяцы может что угодно случиться, а уж если он «присядет»…

Сашкин телефон по-прежнему был вырублен. После двадцатого безрезультатного звонка LastGreen набрал Пузыря.

— Жек, ты не в курсе, где Потап? — не дожидаясь «алло», выпалил он.

— Не-а. Я его дня два не видел. А что? Пропал, что ли?

— Да нет. Он с Анькой сегодня был. Просто мобилу вырубил и…

Объяснить внятно, в чем проблема побыть без Потапа один вечер, LastGreen не смог.

— Вы прям как семейная пара, — заржал Пузырь, но, когда LastGreen никак это не прокомментировал, посерьезнел и уточнил: — Чё-то случилось?

Пузыря он тоже считал другом. Да, с ним они были знакомы не так долго, как с Сашкой, — Женька переехал сюда всего лет пять или шесть назад, — но за эти годы они частенько вместе влипали в разборки, и LastGreen знал, что на него тоже можно положиться. Впрочем, почему-то сказал:

— Не. Просто. Ладно, давай.

— Ну давай, — отозвался Пузырь и отключился.

LastGreen уложил Аньку, вышел в зал и принялся расхаживать от балконной двери до продавленного кресла, злясь на то, что Потап именно сегодня решил пойти по девкам. Не мог потерпеть до выходных? Шутка о том, что он ведет себя как сварливая жена, была уже давно не смешной. LastGreen’у вообще было не до смеха, потому что он понятия не имел, что делать. Дошло до того, что впервые за много лет он закрыл входную дверь на два замка,