Эмуляция: Иллюзия Контроля - Егор Гориллс

в прошлом, то Системы никогда не будет. Всё связано, всё переплетено в одну неразрывную ткань. Но Система не может быть не создана… Это парадокс, возникший абсолютно случайно и изменивший нашу реальность.

— Да твою ж мать… — у меня дрожали руки. Я посмотрел на тело Кати. Случайность? Её смерть — это просто случайность в уравнении? — Как же меня бесят эти загадки!

И всё же я видел — Сэм знает больше. Намного больше. И молчит.

— Именно поэтому Система так похожа на наши земные игры, — продолжил он, будто не замечая моей злости. — Они стали её каркасом. Твой разум, твои знания легли в основу всего. Понимаешь? И ты должен вернуться. Снова. И снова сделать то, что уже делал.

И Сэм был прав.

Мне нужно было скорее уходить — я чувствовал, как пространство вибрирует. В небе, ещё чистом, уже начинала формироваться багровая точка разрыва. Я сам позвал его, окропив медальон своей кровью после боя с Ангелом, я призвал Повелителя Кровавого Молота. И он шёл сюда, чтобы уничтожить Пастыря.

Я чувствовал, как Пастырь прорывается в этот мир и если это не последняя битва, то что тогда?

Но не я тут главный герой этого сражения, оно пройдёт без меня. А моя битва будет там — в прошлом. Я должен буду сделать так, чтобы Система снова появилась. И всё пришло к одному — Владыка должен победить Пастыря. Жаль, что я этого не увижу и не узнаю результат их противостояния.

— Не медли, друг, — почти умоляющим голосом сказал Сэм. — Сделай дело, к которому всё и шло.

— Хорошо, — вздохнул я и положил руку на плечо друга. — Жаль, что тебя не будет со мной там.

— Я буду с тобой, — улыбнулся Сэм грустно.

И в этот момент я поглотил его аспект. Не было никакой борьбы. Его душа скользнула в меня так легко, что я почти ничего не почувствовал. Лишь мгновение — и я стал более цельным. Я поймал его безжизненное тело, прежде чем оно упало, и аккуратно уложил его на асфальт. Вместе с его аспектом пришла и мысль: я всё сделал правильно. И я знал — эта мысль не моя. Это он нашёптывал мне изнутри.

А ещё — формула ритуала вспыхнула во мне, словно выжженная огнём.

— Теперь я, — Элла подошла ко мне. Её глаза блестели слезами, проявляя непривычные для неё эмоции, но голос был твёрдым. Она смотрела на тело Кати, потом на Сэма. Она отпустила Аспект, чтобы прочувствовать каждую последнюю секунду своей жизни. — Я готова.

— Прости… — я обнял её, прижал к себе, как младшую сестру, и забрал её силу. Вместе с душой. — Прости меня…

Её тело обмякло в моих руках. Я уложил её рядом с Сэмом. Два очень близких мне человека. Друзья, пожертвовавшие всем, чтобы спасти всё.

— Кос… — я повернулся к другу. Он стоял на коленях между телами Сэма и Эллы, его плечи тряслись от беззвучных рыданий. — Я должен идти.

— Иди… — всхлипнув, кивнул он, не поднимая головы. — Я побуду с ними.

— Орин? — я посмотрел на вампира. Он поднялся с колен, отходя от Кати. Его лицо было суровым, словно высеченным из камня. Вся боль, вся ярость были спрятаны глубоко внутри. — Защищай его. Как меня.

— Да, Хозяин, — произнёс он и склонился в низком поклоне.

Аспект Разума. Аспект Порядка. Аспект Времени. Аспект Пустоты. Не хватало лишь Аспекта Творения… И Хаос — шестой, истинный. Хаос, которому не нужны двери, который рвёт любую преграду.

Все силы соединились во мне, сплетаясь в тугой узел. Пространство завибрировало, и я услышал, как время завыло, словно зверь. Оно пыталось сопротивляться моей воле. Но я был сильнее.

Я чувствовал, как каждая клетка моего тела рвётся. Мир ломался, но ломался по моим правилам.

И вот — чёрная воронка открылась прямо передо мной. Последний взгляд — на Коса, склонившегося над телами наших друзей, на Орина, застывшего рядом с телом Кати.

Мир распался. Время оборвалось.

И меня затянуло в тьму.

Кос

Кос смотрел на мёртвых Сэма и Эллу и не мог поверить в то, что произошло. Их больше нет. А в паре метров от него лежала Катя. Такая же холодная и безжизненная. Макс забрал всё у двоих: и аспекты, и души. Он вырвал их из цикла перерождений.

Хотя… какое может быть посмертие, если победит Пастырь? Тогда у всех одна судьба — небытие. И в этом свете их жертва действительно казалась меньшим злом.

Но легче от этого не становилось, хоть Сэм и был очень убедителен. Сейчас, глядя на его бледное лицо, хотелось вернуть все назад и переубедить его. Заставить сделать хоть что-то, чтобы этого не произошло. Чтобы никто не умер. Ни он, ни Даша, которая пряталась под именем вымышленной героини…

Кос прикоснулся к холодным рукам, и по его лицу катились тяжёлые слёзы. Мир потерял краски. Оставалось только ждать. Ждать прихода Владыки и той битвы, что грядёт.

Сзади раздалось резкое шипение. Вампир. Орин.

Этот звук прорезал тишину, вырывая Коса из вязкой пелены горя. Он обернулся и увидел, как Орин занял боевую стойку. Его глаза налились алым светом, он шипел в сторону растущего в небе багрового разлома.

— Чего там? — хрипло спросил Кос, не веря, что может быть что-то хуже.

Ответ не понадобился.

Воздух перед ними дрогнул. Из красного, демонического портала шагнул он. Валлтраксион. Тот самый демон, вручивший Максу медальон.

Он вышел медленно, и втянул воздух, словно наслаждаясь запахом крови и смерти.

— Вот вы где, — сказал демон, и голос его был гладким, обволакивающим. — Вижу, что ушёл? Значит, всё складывается как нужно.

Кос поднялся на ноги. Он не чувствовал страха. Просто… ничего. Пустота.

— Оно того стоит? — спросил он тихо, глядя прямо в глаза демону.

— Конечно, — Валлтраксион кивнул и на его лице появилась задорная улыбка, которая была совершенно не к месту. Но что можно было взять с демона. — Но я думаю, Владыка сам вам всё объяснит.

Он повернулся к порталу и опустился на одно колено.

И тогда тьма разверзлась шире.

Сначала наружу шагнула нога — огромная, закованная в тяжёлую сталь. Потом показалась фигура целиком.

Он. Владыка Кровавого Молота.

Огромный воин, ростом под три метра, в доспехах, прошедших сотни битв. На плече его покоился Молот, в центре которого пульсировало красное пламя.

— Приветствуйте же Владыку Кровавого Молота! — громко возгласил Валлтраксион. — Добро пожаловать домой, Владыка!

— Домой?.. — еле слышно повторил Кос.

И тут доспехи на груди гиганта дрогнули. Железо раскрылось, как раковина. Тяжёлая пластина упала