Эмуляция: Иллюзия Контроля - Егор Гориллс

Это было безумием, но единственным выходом. Орин, как самый ловкий даже с учетом отсутствия одной руки, полез первым. Его когти легко цеплялись за металл, и через минуту он уже был наверху, на следующем уровне. Он сбросил нам аварийный трос.

Подъём был мучительным. Особенно для Артёма. Нам пришлось обвязать его и буквально тащить на себе, пока шахта вокруг нас осыпалась, а оборванные кабели искрили, угрожая сжечь нас заживо.

Наконец, мы были наверху. Последний коридор. В его конце виднелся тусклый свет. Выход.

— Он сейчас рухнет! Весь! — закричала Катя, её лицо исказилось от ужаса. Она чувствовала, как весь сектор за нами начинает складываться.

Мы сделали последний, отчаянный рывок. Бежали, не чувствуя боли в ранах, не замечая падающих с потолка обломков. Бежали на свет.

Я выбил плечом тяжёлый, заклинивший люк, и в лицо ударил свежий, холодный воздух, пахнущий дождём и озоном. Свобода.

Я выбрался наружу и помог остальным. Мы были в лесу, в нескольких километрах от основного комплекса. Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь нашим тяжёлым, рваным дыханием и шумом ветра в кронах деревьев.

Мы отошли от люка и обернулись.

Там, где ещё час назад был сверхсекретный военный объект, теперь был ад.

Огромная, в несколько метров высотой, фигура Ангела висела над центром комплекса. Он не парил — он именно висел, как хищная птица перед атакой, чтобы затем камнем рухнуть вниз.

Он не просто ломал бункер. Он методично, удар за ударом, вбивал его в землю. Каждый его удар, приземлявшийся на комплекс, вызывал землетрясение, волна которого докатилась даже до нас, заставив землю под ногами содрогнуться. Каждый раз, когда его кулак опускался, бетонные перекрытия, толщиной в метры, лопались, как яичная скорлупа. Земля вокруг него проваливалась, образуя гигантскую, растущую на глазах воронку, на дне которой исчезали последние остатки человеческой гордыни.

Это было зрелище апокалиптического масштаба. Чудовищное и… величественное.

Мы ввалились в конспиративную квартиру, как раненые звери, вернувшиеся в своё логово. Измотанные, истекающие кровью, но с добычей. Я тащил на себе почти невесомое тело Артёма, вампиры замыкали тыл, готовые в любой момент отразить атаку, которой, к счастью, не последовало.

Дверь распахнулась прежде, чем мы успели до неё дотронуться. На пороге стоял Кос. На его лице не было паники. Была злая, измотанная усталость.

— Неужели! — рявкнул он, отступая в сторону и пропуская нас внутрь. — Я уж думал, вы там решили прописаться. Экскурсия по секретным подвалам Родины затянулась?

— Мы его достали, — прохрипел я, усаживая Артёма в ближайшее кресло. — Артём с нами.

— О, я вижу, — сарказм в его голосе сочился ядом. Он ткнул пальцем в сторону окна, за которым небо полыхало тревожными отсветами. — А вы в курсе, что пока вы там развлекались, к нам в гости пожаловал грёбаный конец света⁈

Он подскочил к телевизору и врубил звук на полную. На экране вертолёт новостного канала показывал прямую трансляцию из центра города. Паника. Тотальная, всепоглощающая паника. И посреди этого хаоса, над крышами домов, двигалась тень. Чёрная, как сама ночь, фигура с крыльями. Ангел.

— Он прилетел! — заорал Кос, поворачиваясь к нам. — Минут десять назад! Как только он вошёл в воздушное пространство столицы, земля затряслась! Я думал, дом развалится! Вы хоть представляете, что это было⁈

— Мы знаем, — глухо сказал я. — Мы его видели. Это он разрушил бункер.

Кос уставился на меня, его лицо исказила гримаса.

— Видели⁈ То есть эта хреновина шла за вами, а вы решили не предупредить⁈

— А как я должен был тебе позвонить, гений⁈ — рыкнул я в ответ. — По подземному телеграфу⁈

Наше напряжение готово было вылиться в драку, но Кос резко сдулся. Его ярость сменилась отчаянием. Он махнул рукой в сторону комнаты, где лежал Сэм.

— Да какая уже разница… Пойдём.

Картина была удручающей. Сэм лежал на койке. Простая капельница с физраствором была единственным, что поддерживало в нём жизнь. Но и она уже не помогала. Кожа Сэма стала почти серой, губы посинели. Проклятие, которое до этого медленно его пожирало, вошло в финальную стадию. Тело Сэма больше не боролось. Оно сдавалось.

— Я не знаю, что делать, — голос Коса стал глухим, полным боли. Он сидел рядом с другом, беспомощно сжимая его холодную руку. — Его пульс и так был редкий, а теперь вообще почти не прощупывается. Он уходит, Макс. Прямо сейчас.

В этот момент в комнату, опираясь на дверной косяк, вошёл Артём. Он был слаб, но на его лице была решимость. Он подошёл к койке, посмотрел на Сэма.

— Ясно, — тихо сказал он. — Полный системный отказ. Проклятие разрушает его на клеточном уровне.

— Ты можешь что-нибудь сделать? — спросил я, хватая его за плечо. Надежда, последняя, отчаянная, вспыхнула во мне.

Артём поднял на меня свои пустые, выцветшие глаза.

— Они выпили меня до дна, Максим. Вакцина… их эксперименты… Во мне почти ничего не осталось. Я — пустой сосуд.

— Но хоть что-то! — взмолился я. — Любой шанс!

Артём снова посмотрел на Сэма. Он молчал с минуту, будто принимая самое важное решение в своей жизни.

— Шанс есть, — наконец произнёс он. — Но он вам не понравится. Это проклятие — как чёрная дыра, как негативная жизненная сила. Лекарствами её не убрать. Её можно только… заместить. Вытеснить. Заполнить пустоту чистой, положительной энергией.

— И где мы её возьмём? — спросила Катя.

Артём слабо улыбнулся.

— Она прямо перед вами.

До меня дошло. Медленно, страшно.

— Нет, — прорычал я. — Нет! Мы тебя не для этого из ада вытаскивали! Я не позволю!

— А у тебя никто не спрашивает, — голос Артёма вдруг стал твёрдым. Он отстранил мою руку и, шатаясь, выпрямился. — Я устал, Максим. Я так устал, что вы себе даже представить не можете. Я отдал всё, что у меня было, на эту проклятую вакцину. А потом они забирали остатки, чтобы создавать тех тварей, с которыми вы дрались. Во мне больше нет ничего, кроме последней искры. Я могу просто угаснуть через пару часов. А могу… могу уйти не просто так. Я могу отдать то, что осталось, ради вашего друга.

Он посмотрел на меня, и в его взгляде я увидел нечто, чего не видел раньше. Покой.

— Это мой выбор. Я хочу на покой. И это лучший способ его обрести.

Он повернулся к Сэму, не давая мне возразить. Он положил свои тонкие, почти прозрачные руки ему на грудь.

— Нет! Артём, стой! — крикнул я, бросаясь к нему.

Но было поздно.

Не было ни вспышки света, ни спецэффектов. Ничего.

Просто Артём замер. Его тело начало