Две Ольги Чеховы. Две судьбы. Книга 2. Ольга Константиновна - Татьяна Васильевна Бронзова

– Она тебя старше-то всего лет на десять – двенадцать.

Всё развивалось как нельзя лучше. Ольга подружилась с женой генерала, Лёвушка уже практически завоевал доверие организации, и, казалось, еще немного – и его посвятят в ее деятельность, к тому же он успешно занимался в Берлинской консерватории композицией, что ему очень нравилось, но тут вдруг всё прервалось. В декабре, накануне Рождества, пришло известие от Лулу, что отец совсем плох, и если Лёвушка не поспешит, он может его не застать. Теперь ему надо было срочно сдвинуть с мертвой точки свои дела, связанные с посвящением в тайны подрывной организации. Не мог он вернуться в Москву без этого! Пора было проявлять активность.

– Я должен ехать, – сообщил он генералу Чижову. – Не прощу себе, если не попрощаюсь с отцом. Если что-то надо кому-то передать в России, я передам. Если смогу понадобиться для работы вашим людям в Москве, я в их распоряжении. Ведь как-никак я боевой офицер царской армии!

– Когда вы едете?

– Чем быстрее, тем лучше. Мать пишет, что отец очень плох.

– Хорошо, – немного подумав, сказал Чижов. – Завтра в девять часов я жду вас в нашем клубе. Память у вас хорошая?

– Почему вы спрашиваете?

– Пароли, адреса, имена… Всё надо будет запомнить. Никаких записей.

⁂

Оля провожала брата на вокзале.

– Здесь всем рождественские подарки, – сказала она, протянув Лёвушке большой пакет. – Поздравишь, расцелуешь…

Был холодный декабрьский день, и Олечка поверх пальто из верблюжьей шерсти накинула еще свой большой оренбургский платок, который привезла из России.

– Купила бы ты себе шубу, – сказал брат. – Ведь за этот год ты неплохо заработала, можешь себе позволить.

– Ты прав. Я отработала пять фильмов, но ты же знаешь, я коплю. Как ты думаешь, ты уже сможешь получить для наших визу на выезд?

– Я постараюсь. Во всяком случае, я имею такой шанс, – многозначительно шепнул он ей на ушко и поцеловал в щеку.

– Моя Адочка, боюсь, уже совсем и забыла, что у нее есть мама, – со слезами на глазах произнесла Оля. – Как же я хочу ее увидеть! Обнять!

– Не беспокойся. Скоро ты их всех увидишь. Ну, иди. Сейчас поезд тронется.

– Ты уж постарайся! Я бы и отца здесь вылечила. Уверена, сейчас в Москве и врачей-то хороших не осталось.

Лёвушка запрыгнул в тамбур. Паровоз засвистел и, выпустив огромные клубы дыма, сдвинул состав с места.

– До встречи! – крикнул брат.

– До встречи, – помахала ему рукой Олечка.

⁂

Оля как-то сразу подружилась с женой генерала Чижова. Ей недавно исполнилось тридцать семь, но эту разницу в десять лет между ними обе подруги совсем не чувствовали. Муж же был на целых двадцать три года старше Полины.

– Мой Владимир Иванович посватался, когда мне только семнадцать исполнилось. Его имение рядом с нашим во Владимирском уезде было. Он меня с малолетства знал. Ну я и пошла за него. Нисколько не жалею. Прекрасный человек. Меня очень любит.

– А вы его?

– Я это выяснила, когда война началась и он на фронт ушел. Вот тогда я и поняла, что очень его люблю. Ждала, переживала, все сводки с фронтов читала. Потом Гражданская. Он мне сумел через одного человека передать, что ждет нас сыном в Одессе… А уж как мы туда к нему пробирались… Сейчас и вспоминать страшно.

– У вас один сын?

– Да. Одного Бог дал. Но наш Семен предпочел жить во Франции. Учится в Сорбонне. Очень умный мальчик. Я часто к нему езжу, а он бывает у нас только на каникулах. Вот ждем на Рождество.

Полина была женщиной веселой, активной, образованной. Кроме того, она обладала неплохим голосом и почти профессионально играла на рояле. Всё это напоминало Ольге ее собственный дом, мать, отца… Она любила бывать у них. Никаких разговоров, которые могли бы заинтересовать Лёвушку, Оля здесь никогда не слышала, и вскоре даже забыла, для чего, собственно, должна была бывать здесь. Она приезжала к Чижовым с удовольствием пообщаться с приятными людьми, и вскоре, обретя здесь еще и лучшую подругу, стала чувствовать себя в этой семье совсем как дома, а поэтому, проводив брата и оставшись на Рождество одна, она с удовольствием приняла приглашение от генерала провести этот семейный праздник с ними. Тем более что должен был из Парижа приехать на каникулы и их сын, студент первого курса, с которым Ольга хотела непременно познакомиться. Семен оказался коренастым, спортивного телосложения юношей с очень приятным лицом. Ему едва исполнилось девятнадцать лет, но его целеустремленность поражала.

– Я буду хирургом, – ответил он Ольге, когда она поинтересовалась его будущей профессией. – Когда мы с мамой пробирались к отцу в Одессу, я видел много раненых. Именно тогда я и решил, что обязательно стану хирургом и буду помогать людям выжить. Узкой специальности я еще не выбрал, но у меня есть время.

– Ваша мама говорила, что вы еще боксом увлекаетесь?

– Не то чтобы увлекаюсь, но занимаюсь. Это дает силу рукам, внутреннюю сосредоточенность и выдержку. Хирургу это необходимо.

На встречу Рождества Христова к семейству Чижовых присоединились, кроме Ольги, одинокая пара соседей, с которыми полковника связывали тесные узы дружбы еще со времен службы в царской армии, и мужчина лет сорока с небольшой бородкой, усами и небесно-голубыми глазами.

– Он так похож на нашего императора Николая, – ахнула Оля, когда тот вошел в гостиную.

– Пойдем, я познакомлю тебя, – взяла ее за руку Полина и подвела к мужчине.

– Князь Черниховский Петр Львович, – представила она голубоглазого красавца. – А это…

– Ольга Чехова, – с улыбкой договорил князь, показав свою осведомленность. – Видел на экране.

Олю поразило, что он не сделал ей никаких комплиментов. Просто видел, и всё.

– Вам не говорили, что вы поразительно похожи на нашего государя Николая? – спросила она.

– Говорили. Но это только благодаря глазам и этой бородке с усами. Я специально стригу ее так, как было у императора. Мне доставляет огромное удовольствие, когда некоторые люди вздрагивают при моем появлении, – улыбался князь.

– Представляю, – рассмеялась Ольга. – Вы живете в Берлине?

– Нет. Приехал из Парижа. Вместе с Семеном приехал.

– Вы его друг? – удивилась Оля, видя огромную разницу в их возрасте.

– Нет. Я друг его отца, а Семен мне поручен Владимиром Ивановичем и Полиной, как бы это сказать, под опеку, что ли. В общем, я в Париже за ним присматриваю. По-отечески. У меня ведь своей семьи нет. Жена и оба сына расстреляны красноармейцами прямо в имении. Я один. Вот каждое Рождество приезжаю в Берлин и провожу праздники в семье друга.

– Простите, – сконфузилась Ольга. – Я невольно